За что расстреляли николая бухарина

Реквизиты

Датировка:

Источник:

Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы Том 1 май 1927 - ноябрь 1929. Москва РОССПЭН 1999. Стр. 530-537.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 2. Д. 726. Л. 83-99. Машинописная копия.

Ввиду того, что в принятой комиссией резолюции на основе шантажистской, якобы троцкистской прокламации делается попытка дискредитации трех членов высшего учреждения партии - тт. Бухарина, Рыкова, Томского, мы, в интересах партии, считаем необходимым дать общий ответ на эту резолюцию, переполненную утверждениями, которые мы затрудняемся квалифицировать иначе как грубейшее извращение истины. Мы, таким образом, вынуждены отвечать на этот неслыханный документ. Мы считаем его образцом закулисно подготовленного нападения, увенчивающего ту кампанию организованной беспринципной травли против нас, которая систематически «неофициально» велась уже в течение ряда месяцев. Принятый комиссией документ, несомненно, послужит исходным толчком для новой волны «проработок» как подготовки отсечения ряда членов Политбюро. Он с фатальной необходимостью будет орудием этой усекающей «работы». Мы не можем поэтому не ответить на него и в интересах элементарной истины, и в интересах партии, в рядах которой мы боролись в течение нескольких десятков лет... 1 *

3. О лозунге «дани», провозглашенном т. Сталиным

В главе 2-й «Куда растет фракционная деятельность т. Бухарина» к этой «фракционной деятельности» отнесено даже помещение статьи «Заметки экономиста», а также отставка т. Томского и т.д. Эти чудовищные «заключения» сопровождаются коварно лживыми утверждениями, будто т. Бухарин разделяет позицию т. Фрумкина. Выпады такого рода должны помочь т. Сталину выбраться из того неудобного положения, в котором он очутился, став глашатаем и провозвестником теории «дани» с крестьянства.

Предварительно нужно заметить, что проект резолюции неоднократно ставит рядом т. Сталина и партию, как равновеликие величины, или же прямо заменяет т. Сталина Центральным Комитетом, а ЦК - т. Сталиным. На этом «смешении» строятся обвинения против т. Бухарина в «нападении» на ЦК. Ни ЦК, ни партия в целом отнюдь не провозглашали теории «дани». Тов. Сталин эту теорию провозгласил и не хочет признать свои ошибки.

Уже несколько лет тому назад т. Преображенский выступил с теорией, в которой он проводил аналогию между колониями для капиталистов и крестьянством для нас. Закон «первоначального социалистического накопления», по его мнению, и состоит в том, чтобы взять, что технически можно взять с крестьянина, подобно тому, как империалисты берут с колоний. Тов. Бухарин отвечал тогда т. Преображенскому подробной критической статьей 160 , причем вся партия, все антитроцкисты были с этой статьей согласны. Сам т. Сталин позднее выступил по этому поводу с такими заявлениями: «Я думаю, что т. Преображенский, приравнивая крестьянское хозяйство к "колониям" и пытаясь строить отношения между пролетариатом и крестьянством, как отношения эксплуатации , - подрывает тем самым, пытается подорвать, сам того не понимая, основы всякой возможной индустриализации.

Я утверждаю, что эта политика не имеет ничего общего с политикой партии, строящей дело индустриализации на основе экономического сотрудничества между пролетариатом и крестьянством» (Доклад на XV всесоюзной конференции ВКП(б) 1-3 декабря 1926 г. Сб. «Об оппозиции», стр. 369) 2 *.

А теперь на июльском пленуме он повторил аргументацию Преображенского! Это не политика, а качка!

Ошибка т. Сталина, как и ошибка Преображенского, состоит вовсе не в голом утверждении, что крестьянство «переплачивает» (это, возможно, будет еще долгое время, хотя мы должны напрягать все усилия к быстрой ликвидации такого положения, согласно прямым указаниям Ленина). Эта ошибка состоит в неправильной, антиленинской, антимарксистской характеристике социального отношения пролетариата и крестьянства, что ведет неминуемо и к практике чрезмерного обложения, подрывающего основы Союза рабочих и крестьян. Дань есть категория эксплуататорского хозяйства. Если крестьянин платит дань , значит, он - данник, эксплуатируемый и угнетенный, значит он, с точки зрения государства, - не гражданин, а подданный. Можно ли соучастие крестьянства в строительстве промышленности обозначать как дань ? Это вздорно, неграмотно и политически опасно. Какой же союз с середняком можно наладить, если считать его за данника ? Какую же смычку можно организовать, если исходить из теории дани ? Если смотреть на дело с точки зрения дани, тогда, разумеется, нечего заботиться ни о мере обложения, ни о снабжении деревни и т.д. Ленин, как известно, смотрел не так, что мы должны брать с крестьянина дань , а говорил о «кредите», о «ссуде» у крестьянства, подчеркивая, что мы должны «платить по векселям».

Ленин говорил на XI съезде:

«Мы до сих пор писали программы и обещали... 3 *, но сейчас дело обстоит так, что мы должны проверку нашей работы установить уже серьезную, не ту, которая бывает через контрольные учреждения, теми же коммунистами создаваемые... 3 * Не эта проверка теперь нужна, а та, которая является проверкой с точки зрения массовой экономики.

Капиталист умел снабжать. Он это делал плохо, он это делал грабительски, он нас оскорблял, он нас грабил... 3 * но капиталист все же умел снабжать, а вы умеете? Вот самая простая и самая убийственная критика, которую крестьянство в прошлом году, а через крестьянство целый ряд слоев рабочих, направляли против коммунистической партии. Проверка нужна настоящая» (Протоколы, с. 30) 4 *.

«Крестьянин знает рынок и знает торговлю. Прямого коммунистического распределения мы вести не могли... 3 * Тогда мы должны дать через торговлю, но дать это не хуже, чем это делал капиталист, иначе такого управления народ вынести не может. В этом гвоздь положения» (Протоколы, с. 55) 4 *.

«Наша цель - восстановить смычку, доказать крестьянину делами, что мы начинаем с того, что ему понятно, знакомо и сейчас доступно при всей его нищете, а не с чего-то отдаленного, фантастического с точки зрения крестьянина; доказать, что мы ему умеем помочь, что коммунисты в момент тяжелого положения разоренного, обнищалого, мучительно голодающего мелкого крестьянина ему сейчас помогает на деле. Либо мы это докажем, либо он нас пошлет ко всем чертям. Это совершенно неминуемо 5 *.

Крестьянин нам кредит оказывает, но этот кредит не может быть неисчерпаем, это надо знать и, получивши кредит, все-таки поторапливаться. Надо знать, что приближается момент, когда крестьянская страна нам дальнейшего кредита не окажет, когда она, если можно употребить коммерческий термин, спросит наличными... 3 * вот какой экзамен на нас неминуемо надвигается, и он решит в последнем счете судьбу нэпа и коммунистической власти в России» (Протоколы, с. 28) 4 *.

Так, как смотрел Ленин, смотрит и вся партия. Но это вовсе не то, что выражается словом «дань». Для чего понадобилась т. Сталину переделка ленинской «смычки» на «дань»? Для чего изменять формулировку, для чего давать формулировку, соответствующую совершенно другим отношениям, если не хочешь менять самого содержания отношений? Это изменение формулировки наших отношений с крестьянством было особенно опасно потому, что мы только что имели чрезвычайные меры, и теория «дани» легко могла быть воспринята как идеологическое увековечение этих мер.

Тов. Сталин лишь «углубил» Е.А.Преображенского, он не только приравнял крестьянство к колониям, не только приравнял отношение пролетариата и крестьянства к отношениям экплуататорского типа, но взял наиболее жесткую форму эксплуатации («дань»). Тов. Сталин (не партия, не ЦК) переполз на точку зрения Преображенского (с. 116 стенограмм).

Неправда, что т. Бухарин прошел мимо «дани» на июльском пленуме ЦК. Тов. Бухарин заявил на июльском пленуме т. Молотову о своем несогласии с тезисами о дани. Тов. Бухарин в речи на том же пленуме говорил против «закона» Преображенского 6 *.

Он не разжигал дискуссии по этому вопросу, как не делали этого и другие товарищи из соображений сохранения единства, зная, как воспринимает т. Сталин любое критическое замечание по своему адресу. Тов. Томский выступал против теории дани открыто. Так, в стенограммах пленума в речи т. Томского мы читаем: «Конечно, тяготы этого строительства ложатся на всех трудящихся, ложатся на рабочий класс, ложатся на крестьянство, но я бы отсюда не рекомендовал делать рискованного вывода, во всяком случае, я считаю опасной формулировкой, если мы будем говорить, что середняк и рабочий платят дань за восстановление промышленности и ее реконструкцию» (Стенограмма июльского пленума, выпуск 2-й, стр. 138).

Представленный проект резолюции не только не осуждает теории дани, но протаскивает ее как партийное решение, предлагая одобрить эту теорию на объединенном заседании Политбюро и Президиума ЦКК. На это не может пойти ни один ленинец.

Не мудрено, что после всего этого Е.Преображенский писал о молчаливом блоке со «сталинцами», а Троцкий требовал вывода нас из Политбюро!

4 . Тов. Крумин и лозунг наступления на крестьянское хозяйство

Сползание на троцкистскую точку зрения нашло свое выражение и на ноябрьском пленуме, и после ноябрьского пленума. Известно, что наряду с «технически досягаемым» обложением крестьянства, «колониями» и т.д. у Преображенского была развита и другая мысль, находившаяся в ближайшей связи со всей его установкой. Разделяя хозяйство СССР не на пять укладов и даже не на три (капитализм, простое товарное хозяйство, социализм, что соответствует: а) кулаку и нэпману, т.е. буржуазии, б) трудовому крестьянству, в) пролетариату), а на два (государственное хозяйство и хозяйство частное), Преображенский утверждал необходимость вытеснения, «пожирания» крестьянского хозяйства. Ленинцы указывали ему на недопустимость смешивания в одну кучу капиталистов и трудящихся крестьян (простых товаропроизводителей). Ленинцы утверждали, что выдвигать теорию «пожирания» (разорения под напором государственного хозяйства) крестьянских хозяйств значит изменять Ленину, не понимать учения о смычке, соучастии крестьянства под руководством пролетариата в деле социалистического строительства. Ленинцы говорили, что по отношению к мелким и мельчайшим крестьянским хозяйствам пролетариат ведет политику не «вытеснения», не «пожирания», не разорения, а подъема и социалистической переделки.

На ноябрьском пленуме ЦК было подчеркнуто то обстоятельство, что одной из центральных задач партии является задача стимулирования индивидуального крестьянского (бедняцкого и середняцкого) хозяйства 7 *. Эта задача почти исчезла, когда дело дошло до трактовки, разъяснения, комментирования резолюций пленума. Но особенно отличилась здесь «Экономическая жизнь». В передовой статье «Индустриализация и зерновая проблема (к итогам пленума ЦК ВКП (б))» газета говорит: «...невредно напомнить азы ленинизма, забытые ими»... 3 * «Вопрос о том, какая форма возьмет верх, сводится к вопросу о темпе наступления пролетарских командных высот на капиталистические элементы хозяйства, с одной стороны, и на мелкое и мельчайшее крестьянское производство, которое является тормозом социалистического развития страны, с другой» («Экономическая жизнь», № 274 от 25 ноября).

Во всей этой передовице что ни фраза, то перл. Исчезает буржуазия (нэпманы), что, очевидно, тоже «азы ленинизма». Утверждается, что крестьянство само может скинуть пролетариат, тогда как в «азах» Ленин учил об опасности его смычки с нэпманом (город ведет деревню). Сеется страх перед крестьянством как таковым, хотя Ленин прямо писал: «Всякое улучшение положения крупного производства, возможность пустить некоторые крупные фабрики - настолько упрочивает положение пролетариата, что бояться стихии мелкой буржуазии, даже возрастающей, нечего. Не того надо бояться, что мелкая буржуазия и мелкий капитал вырастут, надо бояться того, что слишком долго продолжается состояние нужды , недостатков продуктов, из которого вытекает уже обессиление пролетариата, его невозможность противостоять стихии мелкобуржуазных колебаний. При увеличении количества продуктов никакое развитие мелкой буржуазии не будет больше минусом, поскольку это дает развитие крупной промышленности»... 3 * (см. том XVIII, ч. 1-я, стр. 154 -

(Сталин, кстати сказать, цитируя это место, прибавлял в своем докладе на XV конференции: «Поймут ли когда-либо товарищи из оппозиции, что паника насчет дифференциации и частного капитала в деревне есть обратная сторона неверия в возможность победоносного социалистического строительства в нашей стране» 9 *.)

Но все это бледнеет перед формулой, данной учителем «азов марксизма» из «Экономической жизни», а именно, перед формулой наступления на капиталистические элементы и «на мелкое и мельчайшее крестьянское производство ». Оказывается, «азы марксизма» состоят в том, что рядом с наступлением на капитал нужно наступать и на мельчайшего крестьянина, т.е. на бедняка. До такого уродства не договаривался даже Преображенский. Под статьей подписи нет. Она редакционная. Подпись редактора - Г. Крумин, тот самый, который посажен для контроля над Бухариным в «Правду».

Понятно, что при установке на «дань » и «наступление на мелкое и мельчайшее крестьянское производство » этому производству не поздоровится: но тогда и хлеба не будет, и союза рабочих и крестьян тоже не будет.

5. О хозяйственной политике и о фактическом ее проведении

Честное, правдивое изображение того, что есть, изучение и строгая проверка фактов является непременной предпосылкой правильной марксистской политики и правильного руководства. Проект резолюции обходит, к сожалению, одни тяжелые факты и приукрашивает другие. Основным фактом нашего теперешнего экономического положения является тот факт, что на 12-м году пролетарской диктатуры, при больших успехах социалистического строительства вообще, мы вводим систему хлебных карточек, что налицо полуголод в ряде районов, недостаток сырья, острый недостаток промтоваров, признаки инфляции и тяжелое положение с золотыми и валютными средствами. При этом нельзя не отметить того параллельного объективного факта, что в силу целого ряда условий мы вынуждены были сходить с рельс правильной политики. В самом деле, какие у нас были главные хозяйственные споры с троцкистами до их окончательного отхода от партии?

Это были следующие вопросы:

а) об обложении крестьянства в связи с индустриализацией;

б) о политике промышленных цен;

в) о значении нашего рубля и инфляции;

По всем этим вопросам нам грозит опасность быть сбитыми на неправильную позицию.

С обложением крестьянства дело обстоит не так, как его излагает проект резолюции. В прошлом году речь шла об увеличении налога на имущие слои (кулачество, зажиточные середняки). А в действительности, фактически были чрезвычайно переобложены середняки (т.е. факты «случились» по Преображенскому).

С промценами дело обстоит далеко не благополучно. Если ранее осью политики была здесь политика на систематическое снижение цен, то теперь фактически налицо политика либо стабильных, либо повышающихся цен.

С нашим червонцем, о твердости коего мы в противоположность инфляционистским планам троцкистов раньше так заботились, дело обстоит так, что налицо уже явные признаки инфляции.

Индустриальное строительство, строительство внеиндустриальное и т.д. развивалось у нас за последние годы в значительной мере за счет траты золота и эмиссий; сельское зерновое хозяйство росло совершенно недостаточным темпом. Сокращение озимых примерно на 4% по Союзу в этом году есть грозное явление. Не кто иной, как т. Сталин, говорил в своем докладе об итогах июльского пленума (в Ленинграде): «Когда нет смычки, крестьянин теряет веру в завтрашний день, он уходит в себя, он перестает верить в прочность Советской власти, он начинает сокращать свои посевы и, во всяком случае, не рискует расширять их, боясь, что пойдут опять обходы дворов, обыски и т.д. и отберут у него хлеб» 10 *.

Хлебозаготовки, начиная с января, идут неудовлетворительно. В этом отношении проект резолюции говорит отнюдь не то, что есть на самом деле. Широчайшая кампания (агрономическая) не принесет необходимых плодов, если не будет подведен базис личной хозяйственной заинтересованности «мелких и мельчайших» крестьян.

В этом отношении, несмотря на решения июльского пленума, сделано было мало, ибо говорить об индивидуальном хозяйстве, усилении стимулов его подъема, всемерном содействии его развитию до ноябрьского пленума вообще считалось неприличным. Резолюция июльского пленума в части отношения к индивидуальному середняцко-бедняцкому хозяйству на деле осталась только «литературным произведением».

Только теперь, несмотря на вредные передовицы, опубликованные московской печатью после ноябрьского пленума, начался сдвиг в отношении середняка. Сдвиг этот нужно закрепить, нужно довести его до самого низу, откидывая одновременно не только на словах, но и на деле, линию на кулака, выраженную в предложениях тт. Калинина и Микояна (предложение Калинина и Микояна, принятое комиссией ПБ и внесенное на рассмотрение ПБ, об освобождении от налога новых кулацких посевов и предложение т. Микояна, внесенное в свое время на обсуждение комиссии ноябрьского Пленума ЦК, о льготах кулакам, сдающим продукты кооперативам).

Глупо обвинение нас в недооценке колхозного движения: страна терпит недостаток в хлебе не благодаря развитию колхозов, а несмотря на это развитие; этот недостаток хлеба будет обостряться, если все успехи нашей политики в деревне на ближайшие годы мы свяжем только и исключительно с успехами колхозного движения, которое, конечно, нужно всячески и всемерно поддерживать. Простой арифметический расчет показывает нам, что в ближайшие годы они (колхозы и совхозы) не смогут быть основным источником хлеба. Основным источником будут еще долгое время индивидуальные хозяйства крестьян. До каких геркулесовых столбов доходило, однако, невнимание к индивидуальному крестьянскому хозяйству, показывает цитированная выше передовица «Экономической жизни», где речь идет об экономическом наступлении на мелкое и мельчайшее крестьянское хозяйство. Приблизительно так же «трактовали» вопрос и другие газеты. Тон «разъяснения» ноябрьских резолюций был дан совершенно определенный 11 *.

В общем этот тон получился таким образом: известно, что до Пленума была борьба за резолюцию в Комиссии. Нас обвиняли, что мы слишком мрачно оцениваем положение дел в сельском хозяйстве; долго упорствовали в принятии формулы о необходимости стимулировать личные интересы индивидуальных крестьян и т.д. Таким образом, текст резолюции явился результатом известного компромисса, что вовсе не плохо и даже необходимо в сложной обстановке, когда не сразу находятся готовые решения. Но разъяснение резолюции пошло только по одной половине. Из этого вытекала характеристика резолюции как эклектической, характеристика, которая открыто давалась людьми, зараженными детской болезнью левизны, и на пленуме, и на собраниях после него. Разъяснялось не то, что принял официально ЦК на пленуме, а лишь одна сторона дела. А эта однобокость имела уже своим последствием несомненный практический вред.

Все эти факты вовсе не говорят о том, что «виноват ЦК». Документ Комиссии утверждает, будто тезис, что «ЦК решает одно, а проводится в жизнь другое», означает непризнание линии партии. Это, конечно, плохо сделанный софизм, это прямая неправда. Если «Экономическая жизнь» пишет о наступлении на крестьянское хозяйство - это есть неправильное «проведение в жизнь» решений ЦК. Если ряд газет брали такие же тона - это кривое «проведение в жизнь» официальных решений ЦК. Если кто-либо популяризировал «дань» - это не есть проведение в жизнь решений ЦК. Неужели теперь воспрещается делать даже такие замечания?

Утверждение проекта резолюции о том, что т. Бухарин (и, очевидно, мы все вместе с ним) «сползает на позицию т. Фрумкина», рассчитывает на «развязывание капиталистических элементов» и т.д., - это утверждение представляет собою такое же совершенно противоречащее истине измышление, какими документ изобилует на каждом шагу 12 *.

Измышлением является и утверждение, будто т. Бухарин заявил «о безнадежности нашего валютного положения». Нигде и никогда о безнадежности речи не было. Речь шла о недальновидной, нехозяйственной и политически опасной растрате золотого фонда. И здесь лучше всего видны софизмы автора резолюции. Партия в лице ее съездов, в том числе последнего съезда, приняла резолюцию о резервах. Эти директивы не выполнены. Мы считаем необходимым большее внимание к этим решениям, принятие дополнительных мер для их выполнения, включение в план работы всех решающих органов выполнение их на деле. А по проекту резолюции Комиссии наше стремление выполнить решение партии по этому вопросу означает несогласие с линией партии.

Никто из нас вовсе не желает оспаривать лавры у т. Рудзутака. Мы хотели бы все же установить такие факты: проект резолюции XV съезда о пятилетке, с особой силой подчеркивавший вопрос о резервах, в том числе и о золоте, писали т. Бухарин и т. Рыков; о резервах на ноябрьском пленуме говорил в своем докладе т. Рыков, также и т. Бухарин (на июльском пленуме); в «Заметках экономиста» во главу угла поставлен вопрос о резервах. Этого достаточно. Мы вовсе не хотим снижения темпа индустриализации. Наоборот, мы хотим наибольших темпов, прочных и длительных, индустриализации. Но мы полагаем, что на «дани» социалистической индустриализации не построить; что индустриализация не должна базироваться на растрате до последней копейки наших фондов; что она должна иметь своей базой подъем бедняцко-середняцкого хозяйства и общий рост производительности труда. Мы полагаем, что только со здоровым сельским хозяйством, здоровой валютой, хорошими резервами мы можем быстро идти вперед и гарантировать свою победу над внешним врагом в случае военного столкновения. Только в таком случае мы будем идти максимально быстро по пути победы социализма и в городе, и в деревне.

Таким образом, грубым измышлением является навязывание нам какой-то другой, непартийной линии. Мы боремся именно за то, чтобы полностью проводить официальные решения партии, Только такое проведение (а не однобокое извращение линии) позволит избегать ошибок, приводящих к тяжелейшим хозяйственным последствиям.

6. О бюрократизме и внутрипартийной демократии

Документ Комиссии нападает очень ожесточенно на заявление т. Бухарина о бюрократизации в партии. Документ цитирует старую брошюру т. Ленина против криков о бюрократизме. Документ обвиняет т. Бухарина (а следовательно, и солидаризировавшегося с ним т. Рыкова) в том, что он «повторяет» Троцкого. Все эти замечательные аргументы могут быть с успехом применены и к «Обращению ЦК о самокритике». Если ряд товарищей считает, что «Обращение» уже устарело, что самокритику нужно приостановить, что бюрократизм у нас вовсе не так силен и т.д. - тогда нужно сказать об этом открыто. Мы, однако, не согласны с тем, что нужно отменять «Обращение». Точно так же мы не согласны с фактической отменой партийных прав, предоставленных членам партии уставом. Так, например, на фракции VIII съезда профсоюзов угрожали снятием всякого голосующего за просьбу о пересмотре решения ЦК. По этому поводу т. Томский в своем заявлении членам ЦК писал: «Устав партии гласит: "В случае существенного разногласия между партийным комитетом и фракцией в каком-либо вопросе, входящем в ее компетенцию, комитет обязан вторично рассмотреть с представителями фракций этот вопрос и принять окончательное решение, подлежащее немедленному выполнению со стороны фракции"» (Устав ВКП(б), п. 95, раздел второй)...

Документ Комиссии облыжно ссылается на демократию и обвиняет тт. Томского и Бухарина в «воплях» против «политкомиссаров», в «партийном феодализме», в протестах против «всякой проверки их повседневной работы » со стороны органов ЦК.

Что касается проверки, то никто из нас против проверки нашей работы не протестовал. Но вопрос в формах этой проверки. В документе впервые обнаружена цель «введения» «политкомиссаров». Оказывается, что тт. Крумин и Савельев введены, чтобы от имени «органов ЦК» каждодневно «проверять» члена ПБ Бухарина; что т. Каганович введен, чтобы каждодневно «проверять» т. Томского и т.д. Следовательно, все ставится на голову по сравнению с прежней партийной конституцией: раньше от имени ЦК ответственный редактор проверял работу всех сотрудников и отвечал сам перед ЦК; теперь сотрудники проверяют его (ответственного редактора) каждодневно, будучи поставлены для контроля над ним от имени ЦК (хотя ЦК так вопроса не решал и пока не ставил). Тов. Каганович проверяет от имени ЦК т. Томского, а т. Томский не имеет права «проверять» т. Кагановича, ибо он не для этого дела поставлен.

В чем секрет этой новой партийной конституции, возвещенной в документе Комиссии?

Разгадку его следует искать в фактическом уничтожении коллективного руководства в ЦК. Сущей нелепицей является утверждение документа, будто кто-либо из нас претендует на «феодальные княжества». Но мы за коллективное руководство. Мы против того, чтобы единолично решались вопросы партийного руководства. Мы против того, чтобы контроль со стороны коллектива заменялся контролем со стороны лица, хотя бы и авторитетного...

8. Об организованных «проработках » и о вынужденных отставках

Сейчас вся страна переживает исключительно трудный момент. В ближайшие месяцы трудности (прежде всего на хлебном фронте), по всей вероятности, еще более возрастут. С другой стороны, можно с полнейшей уверенностью утверждать, что при дружности работы, при правильной политике, при исправлении извращений этой политики можно с полным успехом выбраться из этих трудностей. Для нас главнейшим вопросом был вопрос о середняке. Реформа сельхозналога, мероприятия в области машиноснабжения деревни, постановка вопроса о середняке на ближайшей конференции, как нам кажется, снимет в значительной мере известные разногласия в области хозяйственной политики, которые у нас были. Вот почему разногласия, о которых речь шла выше (не с резолюциями, разноречий с коими не было вообще), принадлежат уже, возможно, истории. Тем более необходима была бы дружная работа всех товарищей в руководстве партии. Тем более успешна была бы эта работа. Она, к сожалению, и без того страшно затруднена практикуемыми организационными методами (проработка, окружение, дискредитация, подозрительность, оргвыводы и т.д.). Кроме этого работа в ПБ в настоящее время сугубо осложнена положением т. Томского в ВЦСПС и т. Бухарина в «Правде» и Коминтерне. Именно поэтому мы просим ЦК (и будем просить Пленум ЦК и ЦКК) удовлетворить просьбу т. Бухарина и т. Томского об освобождении их от некоторых работ, где им, совершенно объективно, работать невозможно. Нужно дать им возможность переключить энергию на другие виды работы, повысив интенсивность их дружной работы со всеми товарищами в Политбюро. Нужно устранить, вывести за скобки вопросы о работе в КИ, ВЦСПС и т.д., которые будут предметами постоянных споров. Тт. Томскому и Бухарину вовсе не сладко уходить с работы, где они были добрый десяток лет. Им вовсе не сладко воздерживаться от ответа на всяческие районные, городские, общесоюзные и т.п. проработки. Но они делают это, однако, во имя мира в партии.

У нас нет ни малейшего желания обострять отношения. Мы убеждены, что тт. Томскому и Бухарину лучше отойти от тех областей работы, в которых она в современных условиях невозможна и из-за которых отношения в Политбюро без всякой необходимости обостряются. Мы хотим работать. Мы считаем, что сможем помочь преодолеть трудности. Мы считали бы прямым преступлением какую то бы ни было спекуляцию на трудностях 13 *.

Крайне осложняет вопрос резолюция Комиссии. Ее установка - на отсечение. Она - документ войны на истребление и ничего более. Поэтому принятие этой резолюции является, по нашему мнению, актом, неизбежно влекущим за собою наше отсечение и окончательное разрушение действительно коллективного руководства.

Н. Бухарин.

А. Рыков.

М. Томский.

1 * Опущены разделы: 1. Как велась подготовка ложного обвинения; 2. Ложь о «блоке с Каменевым» и ложь о «фракционной работе»; 7. О руководстве в Коминтерне.

2 * См.: Сталин И.В. Соч. М., 1948. Т. 8. С. 289.

3 * Отточие документа.

4 * Текст дан в изложении. См.: Ленин В.И. ПСС. Т. 45. С. 78 - 79.

5 * Часть текста дана в изложении. См.: Ленин В.И. ПСС. Т. 45. С. 77.

6 * См. док. К? 117.

7 * См.: КПСС в резолюциях... М., 1984. Т. 4. С. 374 и др.

8 * Исходные данные после цитаты указаны неверно. Следует читать: см,: Т. 18. Ч, 1. С. 142. См.: Ленин В.И. ПСС. Т. 43. С. 83-84.

9 * См.: Сталин И.в. Соч. М., 1948. Т. 8. С. 292.

10* См.: Там же. Т. И. С. 212.

11* Как отражаются на практике комментарии к решениям партии, видно, например, из разосланной Отделом по работе в деревне ЦК докладной записки (2 февраля с.г.), трактующей о ходе подготовки к яровой кампании, в ней говорится: «При пропаганде роли и значения в деревне бедноты слабо поставлен вопрос о середняке. Середняк и заботы об индивидуальном хозяйстве выпали». (Прим. док.).

12 * См. Резолюцию объединенного заседания Политбюро ЦК и Президиума ЦИК по внутриполитическим делам от 9 февраля 1929 г. (КПСС в резолюциях... Т. 4. С. 187-199).

13 * Но мы просим дать нам наилучший выход из создавшегося положения и будем просить об этом объединенный пленум ЦК и ЦКК. (Прим. док.).

160 Речь идёт о статье Н.И.Бухарина «К вопросу о закономерностях переходного периода», впервые напечатанной в «Правде» в июле 1926 г. (Бухарин Н.И. Путь к социализму. Избранные произведения. Новосибирск, 1990. С. 114 - 153)

Бухарин и Рыков защищаются

После четырёхдневного обсуждения своего дела Бухарин и Рыков дошли до состояния предельной изнурённости и подавленности. Н. А. Рыкова вспоминает, что в первые дни пленума её отец часто повторял: «Они меня хотят посадить в каталажку». В последующие дни он уже почти не говорил с родными, не курил и не ел .

В соответствии со сценарием «партийного следствия» Бухарину и Рыкову предстояло выступить с заключительными речами.

Поскольку длительное обсуждение немного прибавило к показаниям, разосланным до пленума, Бухарин не смог добавить ничего существенного к ранее высказанным им аргументам. Он безуспешно повторял, что не может «до конца и даже до половины объяснить рад вопросов о поведении людей, на меня показывающих» .

Уверяя, что он «абсолютно не хотел опорочить новый состав Наркомвнудела», Бухарин осмелился лишь напомнить, что, согласно представленным на пленум тезисам Ежова, в НКВД было раскрыто много двойных агентов, и в этой связи высказывал предположение: «Может быть, и в аппарате [НКВД] не совсем до конца дочистили» .

Другим рубежом, который не смел переступить Бухарин, было выражение сомнений по поводу «троцкистских процессов». Когда Молотов стал его настойчиво допрашивать, считает ли он правдоподобными показания подсудимых на этих процессах, Бухарин под смех зала заявил: в этих показаниях правдоподобно всё, за исключением того, что относится к нему .

На протяжении всей речи Бухарина прерывали злобными и язвительными репликами, тон которым задавали Молотов и Каганович. В один из наиболее драматических моментов объяснений Бухарина Молотов прервал его словами: «Чёрт тебя знает, что ты делаешь, от тебя всего можно ожидать». Когда Бухарин начал говорить о своих прежних заслугах перед партией, Молотов бросил реплику: «Даже Троцкий кое-что хорошее делал, а теперь он фашистский агент, докатился!», что Бухарин тут же поспешил подтвердить: «Верно, верно» .

Помимо «вождей», особенно усердствовали в репликах Стецкий и Межлаук, изрядно напуганные напоминанием Бухарина об их принадлежности в прошлом к его «школе» (имя Межлаука даже называлось в криминальном контексте в одном из показаний). Достаточно было Бухарину начать открещиваться от обвинений в «нападении на НКВД», как Стецкий поспешил выкрикнуть: «Это вы всё заимствовали у Троцкого. Троцкий во время процесса то же самое писал в американской печати» .

Отвечая на все эти злобные выпады, Бухарин продолжал винить в создании вокруг него конфронтационной атмосферы исключительно «двурушников-троцкистов». «Вся трагичность моего положения,- говорил он,- в том, что Пятаков и все прочие так отравили всю атмосферу, просто такая атмосфера стала, что не верят человеческим чувствам - ни эмоции, ни движению души, ни словам. (Смех. )»

В конце бухаринской речи из зала стали раздаваться выкрики: «В тюрьму посадить давно пора!» На это Бухарин ответил последними словами, прозвучавшими в его выступлении: «Вы думаете, от того, что вы кричите - посадить в тюрьму, я буду говорить по-другому? Не буду говорить» .

Рыков начал свою заключительную речь словами о том, что он отчётливо понимает: «Это собрание будет последним, последним партийным собранием в моей жизни». С отчаянием он повторял, что сложившаяся на пленуме обстановка прямо подталкивает его к мыслям о самооговоре: «Я вот иногда шепчу, что не будет ли как-то на душе легче, если я возьму и скажу то, что я не делал… Конец один, всё равно. А соблазн - может быть, мучения меньше будет - ведь очень большой, очень большой. И тут, когда я стою перед этим целым радом обвинений, ведь нужна огромная воля в таких условиях, исключительно огромная воля, чтобы не соврать…»

Эта трагическая исповедь послужила Сталину поводом для того, чтобы попытаться подтолкнуть Рыкова на путь самооклеветания, поставив ему в пример поведение расстрелянных подсудимых недавних процессов. «Есть люди,- заявил Сталин,- которые дают правдивые показания, хотя они и страшные показания, но для того, чтобы очиститься вконец от грязи, которая к ним пристала. И есть такие люди, которые не дают правдивых показаний, потому что грязь, которая прилипла к ним, они полюбили и не хотят с ней расстаться» .

В ходе речи Рыкова ему упорно напоминали о единственном «преступлении», в котором он признался,- чтении вместе с другими «правыми» рютинской листовки. Когда Рыков вновь упомянул об этом эпизоде, на него посыпались упреки в недоносительстве, уже давно возведённом сталинистами в ранг партийного и государственного преступления.

Ворошилов : Если она [листовка], на твоё счастье, попалась, ты должен был забрать её в карман и тащить в Центральный Комитет…

Любченко : На пленуме Центрального Комитета почему не сказал, что у Томского её уже читали?

Хрущёв : У нас кандидаты партии, если попадётся антипартийный документ, они несут в ячейку, а вы - кандидат в члены ЦК.

Отвечая на эти реплики, Рыков заявил, что допустил «совершенно явную ошибку». Не удовлетворившись этим, Молотов напомнил Рыкову ещё один факт его «двурушничества»: при обсуждении в 1932 году на пленуме ЦК вопроса о «Рютинской платформе» Рыков заявил, что если бы узнал, что у кого-то имеется эта платформа, то потащил бы такого человека в ГПУ. В ответ на это Рыков заявил: «Тут я виноват и признаю целиком свою вину… За то, что я сделал, меня нужно карать, но нельзя карать за то, чего я не сделал… одно дело, если меня покарают за то, что я не притащил куда нужно Томского и других, совершенно другое, когда утверждают, что я с этой программой солидаризировался, что эта программа была моя». Не удовольствовавшись такой квалификацией Рыковым своего поведения, Шкирятов бросил ещё одну реплику: «Раз об этом не сообщил, значит был участником» .

Стремясь доказать свою предельную лояльность по отношению к «генеральной линии», Рыков сообщил о своей беседе в 1930 году с неким Трофимовым, который с возмущением рассказывал о том, как происходило «раскулачивание». «Я ему тогда ответил,- сказал Рыков,- что в таком деле, которое идёт сейчас в деревне, известные издержки производства будут» .

Доказывая невозможность своих контактов с «троцкистами», Рыков подчёркивал свою давнюю личную ненависть к ним. «Ни с какой троцкистской сволочью, повторяю, не был, вместе с вами боролся, с вами не уклонялся и никогда, ни одной минуты не был с ними… С Зиновьевым с этим дрался и не ценил его никак, никогда и нигде… Пятакова всегда считал лицемером, которому верить нельзя… самым отвратительнейшим человеком».

В ответ на это отмежевание Рыкова от «троцкистов», Сталин напомнил о его «блоке с Зиновьевым и Каменевым на другой день после взятия власти против Ленина». Этот хорошо известный факт коллективной отставки нескольких деятелей партии в 1917 году после отказа большинства ЦК от формирования коалиционного правительства совместно с меньшевиками и эсерами - Рыков подтвердил: «Это было». Тогда Сталин бросил новое, на этот раз лживое обвинение в том, что Рыков вместе с Зиновьевым и Каменевым выступал и против Октябрьского восстания. Рыков возразил: «Этого не было» .

В конце речи, проходившем под градом яростных выкриков с мест, Рыков с отчаянием произнёс: «Я теперь конченый человек, это мне совершенно бесспорно, но зачем же так зря издеваться?.. Это дикая вещь». Свою речь он заключил словами: «Я опять повторяю, что признаться в том, чего я не делал, сделать из себя… подлеца, каким я изображаюсь здесь, этого я никогда не сделаю… И я это буду утверждать, пока живу» .