Расстрела царской семьи в реальности не было? Последняя царская семья. Убийство царской семьи: причины и последствия

Москва. 17 июля.. в Екатеринбурге был расстрелян последний русский император Николай II и все члены его семьи. Спустя почти сто лет трагедия вдоль и поперек изучена российскими и зарубежными исследователями. Ниже - 10 самых важных фактов о том, что произошло в июле 1917 в Ипатьевском доме.

1. Семью Романовых со свитой разместили в Екатеринбурге 30 апреля , в доме военного инженера в отставке Н.Н. Ипатьева. С царской семьей в доме проживали доктор Е. С. Боткин, камер-лакей А. Е. Трупп, горничная императрицы А. С. Демидова, повар И. М. Харитонов и поваренок Леонид Седнев. Все кроме поваренка были убиты вместе с Романовыми.

2. В июне 1917 г. Николай II получил несколько писем якобы от белого русского офицера. Анонимный автор писем рассказывал царю, что сторонники короны намерены похитить узников Ипатьевского дома и просил Николая оказать помощь – нарисовать планы комнат, сообщить расписание сна членов семьи и пр. Царь, однако, в своем ответе заявил: "Мы не хотим и не можем бежать. Мы только можем быть похищены силой, как силой нас привезли из Тобольска. Поэтому не рассчитывайте ни на какую нашу активную помощь", тем самым отказавшись содействовать "похитителям", но не отказываясь от самой идеи быть похищенными.

Впоследствии выяснилось, что письма были написаны большевиками с целью проверить готовность царской семьи к побегу. Автором текстов писем был П.Войков.

3. Слухи об убийстве Николая II появились еще в июне 1917 г. после убийства Великого князя Михаила Александровича. Официальной версией исчезновения Михаила Александровича стал побег; в то же время царь был якобы убит ворвавшимся в Ипатьевский дом красноармейцем.

4. Точный текст приговора , который вынесли и зачитали большевики царю и его семье, неизвестен. Примерно в 2 часа ночи с 16 на 17 июля караульные разбудили врача Боткина с тем, чтобы тот разбудил царскую семью, велел собраться и спуститься в подвал. На сборы ушло, по разным источникам, от получаса до часа. После того, как Романовы с прислугой спустились, чекист Янкель Юровский сообщил им о том, что они будут убиты.

По разным воспоминаниям, он сказал:

"Николай Александрович, Ваши родственники старались Вас спасти, но этого им не пришлось. И мы принуждены Вас сами расстрелять" (по материалам следователя Н. Соколова)

"Николай Александрович! Попытки Ваших единомышленников спасти Вас не увенчались успехом! И вот, в тяжелую годину для Советской республики… - Яков Михайлович повышает голос и рукой рубит воздух: - …на нас возложена миссия покончить с домом Романовых" (по воспоминаниям М.Медведева (Кудрина))

"Ваши друзья наступают на Екатеринбург, и поэтому вы приговорены к смерти" (по воспоминаниям помощника Юровского Г.Никулина.)

Сам Юровский позже говорил, что точных слов, которые он произнес, не помнит. "…я тут же, насколько помню, сказал Николаю примерно следующее, что его царственные родственники и близкие как в стране, так и за границей, пытались его освободить, а что Совет рабочих депутатов постановил их расстрелять".

5. Император Николай, услышав приговор, переспросил: "Боже мой, что же это такое?" Согласно другим источникам, он успел сказать только: "Что?"

6. Трое латышей отказались исполнять приговор и вышли из подвала незадолго до того, как туда спустились Романовы. Оружие отказников было распределено между оставшимися. В расстреле участвовали, по воспоминаниям самих участников, 8 человек. "На самом же деле нас было исполнителей 8 человек: Юровский, Никулин, Медведев Михаил, Медведев Павел четыре, Ермаков Петр пять, вот я не уверен, что Кабанов Иван шесть. И ещё двоих я не помню фамилий", - пишет в воспоминаниях Г.Никулин.

7. До сих пор неизвестно, был ли расстрел царской семьи санкционирован высшей властью. По официальной версии, решение о "казни" было принято исполкомом Уралоблсовета, в то время как центральное советское руководство узнало о случившемся уже после. К началу 90-х гг. сформировалась версия, согласно которой уральские власти не могли принять такое решение без директивы Кремля и согласились принять на себя ответственность за самовольный расстрел ради обеспечения центральной власти политического алиби.

Тот факт, что Уральский облсовет не являлся судебным или иным органом, который имел полномочия выносить приговор, расстрел Романовых долгое время рассматривался не как политические репрессии, а как убийство, что препятствовало посмертной реабилитации царской семьи.

8. После расстрела тела убитых вывезли за город и сожгли, предварительно полив серной кислотой, чтобы довести останки до неузнаваемости. Санкцию на выделение большого количества серной кислоты выдал комиссар снабжения Урала П.Войков.

9. Информация об убийстве царской семьи стала известна обществу спустя несколько лет; изначально советская власть сообщила, что убит только Николай II, Александр Федоровна с детьми якобы перевезена в безопасное место в Пермь. Правду о судьбе всей царской семьи сообщил в статье "Последние дни последнего царя" П. М. Быков.

Кремль признал факт расстрела всех членов царской семьи, когда на западе стали известны результаты расследования Н.Соколова, в 1925 году.

10. Останки пяти членов императорской семьи и четверых их слуг, были найдены в июле 1991 г. неподалеку от Екатеринбурга под насыпью Старой Коптяковской дороги. 17 июля 1998 г. останки членов императорской семьи были захоронены в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга. В июле 2007 г. были найдены останки царевича Алексея и великой княжны Марии.

О трагедии семьи царя Николая II изданы сотни книг на многих языках мира. В этих исследованиях достаточно объективно представлены события июля 1918 года в России. Некоторые из этих сочинений мне приходилось читать, анализировать и сопоставлять. Однако остается много загадок, неточностей и даже заведомой неправды.

К числу наиболее достоверной информации принадлежат протоколы допросов и другие документы колчаковского судебного следователя по особо важным делам Н.А. Соколова. В июле 1918 года после захвата Екатеринбурга белыми войсками Верховный главнокомандующий Сибири адмирал А.В. Колчак назначил Н.А. Соколова руководителем по делу о расстреле царской семьи в этом городе.

Н.А. Соколов

Соколов два года работал в Екатеринбурге, провел допросы большого количества людей, причастных к этим событиям, пытался найти останки расстрелянных членов царской семьи. После захвата Екатеринбурга красными войсками Соколов покинул Россию и в 1925 году в Берлине опубликовал книгу «Убийство царской семьи». С собой он увез все четыре экземпляра своих материалов.

В Центральном партийном архиве ЦК КПСС, где я работал руководителем, хранились в основном подлинные (первые) экземпляры этих материалов (примерно тысяча страниц). Как они попали в наш архив — неизвестно. Все их я внимательно прочитал.

Впервые детальная проработка материалов, связанных с обстоятельствами расстрела царской семьи, была проведена по заданию ЦК КПСС в 1964 году.

В подробной справке «о некоторых обстоятельствах, связанных с расстрелом царской семьи Романовых» от 16 декабря 1964 года (ЦПА Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, фонд 588 опись 3С) документально и объективно рассмотрены все эти проблемы.

Справку написал тогда заведующий сектором идеологического отдела ЦК КПСС Александр Николаевич Яковлев, выдающийся политический деятель России. Не имея возможности опубликовать всю упомянутую справку, привожу лишь некоторые места из нее.

«В архивах не обнаружено каких-либо официальных отчетов или постановлений, предваряющих расстрел царской семьи Романовых. Нет бесспорных данных и об участниках расстрела. В связи с этим изучены и сопоставлены материалы, опубликованные в советской и зарубежной прессе, и некоторые документы советских партийных и государственных архивов. Кроме того, записаны на магнитофонную ленту рассказы бывшего помощника коменданта Дома особого назначения в Екатеринбурге, где содержалась царская семья, Г.П. Никулина и бывшего члена коллегии Уральской областной ЧК И.И. Радзинского. Это единственные оставшиеся в живых товарищи, имевшие то или иное отношение к расстрелу царской семьи Романовых. На основании имеющихся документов и воспоминаний, нередко противоречивых, можно составить такую картину самого расстрела и обстоятельств, связанных с этим событием. Как известно, Николай II и члены его семьи были расстреляны ночью с 16 на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге. Документальные источники свидетельствуют, что Николай II и его семья были казнены по решению Уральского областного Совета. В протоколе № 1 заседания ВЦИК от 18 июля 1918 года читаем: «Слушали: Сообщение о расстреле Николая Романова (телеграмма из Екатеринбурга). Постановлено: По обсуждении принимается следующая резолюция: Президиум ВЦИК признает решение Уральского областного Совета — правильным. Поручить тт. Свердлову, Сосновскому и Аванесову составить соответствующее извещение для печати. Опубликовать об имеющихся в ВЦИК документах — (дневник, письма и т.п.) бывшего царя Н. Романова и поручить т. Свердлову составить особую комиссию для разбора этих бумаг и их публикации». Подлинник, хранящийся в Центральном государственном архиве, подписан Я.М. Свердловым. Как пишет В.П. Милютин (нарком земледелия РСФСР), в тот же день, 18 июля 1918 года, в Кремле поздно вечером проходило очередное заседание СНК (Совет народных комиссаров. — Ред. ) под председательством В.И. Ленина. «Во время доклада товарища Семашко в зал заседаний вошел Я.М. Свердлов. Он сел на стул сзади Владимира Ильича. Семашко закончил свой доклад. Свердлов подошел, наклонился к Ильичу и что-то сказал. — Товарищи, Свердлов просит слово для сообщения, — объявил Ленин. — Я должен сказать, — начал Свердлов обычным своим ровным тоном, — получено сообщение, что в Екатеринбурге по постановлению областного Совета расстрелян Николай. Николай хотел бежать. Чехословаки подступали. Президиум ЦИКа постановил: одобрить. Молчание всех. — Перейдем теперь к постатейному чтению проекта, — предложил Владимир Ильич». (Журнал «Прожектор», 1924 г., стр. 10). Это сообщение Я.М. Свердлова было зафиксировано в протоколе № 159 заседания СНК от 18 июля 1918 года: «Слушали: Внеочередное заявление Председателя ЦИК т. Свердлова о казни бывшего царя — Николая II по приговору Екатеринбургского Совдепа и о состоявшемся утверждении этого приговора Президиумом ЦИК. Постановили: Принять к сведению». Подлинник этого протокола, подписанный В.И. Лениным, хранится в партархиве Института марксизма-ленинизма. За несколько месяцев перед этим на заседании ВЦИК обсуждался вопрос о переводе семьи Романовых из Тобольска в Екатеринбург. Я.М. Свердлов говорит об этом 9 мая 1918 года: «Должен вам сказать, что вопрос о положении бывшего царя ставился у нас в Президиуме ВЦИК еще в ноябре месяце, в начале декабря (1917 г.) и с тех пор неоднократно поднимался, но мы не принимали никакого решения, считаясь с тем, что необходимо предварительно точно ознакомиться с тем, как, в каких условиях, насколько надежна охрана, как, одним словом, содержится бывший царь Николай Романов». На этом же заседании Свердлов докладывал членам ВЦИК, что в самом начале апреля Президиум ВЦИК заслушал доклад представителя комитета команды, охранявшей царя. «На основании этого доклада мы пришли к заключению, что оставлять дальше Николая Романова в Тобольске невозможно… Президиум ВЦИК решил перевести бывшего царя Николая в более надежный пункт. Таким более надежным пунктом был избран центр Урала — г. Екатеринбург». О том, что вопрос о переводе семьи Николая II был решен с участием ВЦИК, говорят в своих воспоминаниях и старые коммунисты-уральцы. Радзинский сказал, что инициатива перевода принадлежала Уральскому областному Совету, а «Центр не возражал» (Магнитофонная запись от 15 мая 1964 г.). П.Н. Быков, бывший член Уральского совета, в своей книге «Последние дни Романовых», изданной в 1926 году в Свердловске, пишет, что в начале марта 1918-го в Москву специально по этому поводу ездил областной военком И. Голощекин (партийная кличка «Филипп»). Ему было дано разрешение перевести царскую фамилию из Тобольска в Екатеринбург».

Далее в справке «О некоторых обстоятельствах, связанных с расстрелом царской семьи Романовых» приведены ужасные подробности жестокой казни царской семьи. Говорится о том, как были уничтожены трупы. Рассказывается, что у убитых нашли в зашитых корсетах и поясах примерно полпуда бриллиантов и драгоценностей. В этой статье не хотел бы обсуждать столь бесчеловечные деяния.

В мировой прессе многие годы распространяется утверждение о том, что «истинный ход событий и опровержение «фальсификаций советских историков» содержится в дневниковых записях Троцкого, не предназначавшихся для печати, поэтому, дескать, особенно откровенных. Они были подготовлены для публикации и изданы Ю.Г. Фельштинским в сборнике: «Лев Троцкий. Дневники и письма» (Эрмитаж, США, 1986 г.).

Привожу отрывок из этой книги.

«9 апреля (1935 г.) Белая печать когда-то очень горячо дебатировала вопрос, по чьему решению была предана казни царская семья. Либералы склонялись, как будто, к тому, что уральский исполком, отрезанный от Москвы, действовал самостоятельно. Это неверно. Постановление вынесено было в Москве. Дело происходило в критический период гражданской войны, когда я почти все время проводил на фронте, и мои воспоминания о деле царской семьи имеют отрывочный характер».

В других документах Троцкий рассказывает о заседании Политбюро за несколько недель до падения Екатеринбурга, на котором он отстаивал необходимость открытого судебного процесса, «который должен был развернуть картину всего царствования».

«Ленин откликнулся в том смысле, что это было бы очень хорошо, если б было осуществимо. Но времени может не хватить. Прений никаких не вышло, так (как) я на своем предложении не настаивал, поглощенный другими делами».

В следующем эпизоде из дневников, наиболее часто цитируемом, Троцкий вспоминает, как уже после расстрела на его вопрос о том, кто решал судьбу Романовых, Свердлов ответил: «Мы здесь решали. Ильич считал, что нельзя оставлять нам им живого знамени, особенно в нынешних трудных условиях».

«Решали» и «Ильич считал» можно, а согласно другим источникам и нужно, трактовать как принятие общего принципиального решения о том, что Романовых нельзя оставлять в качестве «живого знамени контрреволюции».

И так ли важно, что непосредственное постановление о расстреле семьи Романовых было вынесено Уральским Советом?

Привожу еще один интересный документ. Это телеграфный запрос от 16 июля 1918 года из Копенгагена, в котором было написано: «Ленину, члену правительства. Из Копенгагена. Здесь распространился слух, что бывший царь убит. Сообщите, пожалуйста, по телефону факты». На телеграмме Ленин собственноручно написал: «Копенгаген. Слух неверен, бывший царь здоров, все слухи — ложь капиталистической прессы. Ленин».

Нам не удалось выяснить, была ли тогда отослана ответная телеграмма. Но это был самый канун того трагического дня, когда расстреляли царя и его близких.

Иван Китаев — специально для «Новой»

справка

Иван Китаев — историк, кандидат исторических наук, вице-президент Международной академии корпоративного управления. Прошел путь от плотника на строительстве Семипалатинского полигона и дороги Абакан-Тайшет, от военного строителя, возводившего в таежной глуши завод по обогащению урана, до академика. Окончил два института, Академию общественных наук, аспирантуру. Работал секретарем Тольяттинского горкома, Куйбышевского обкома, директором Центрального партийного архива, замдиректора Института марксизма-ленинизма. После 1991 года работал начальником главка и начальником департамента Министерства промышленности России, преподавал в академии.

Ленину свойственна высшая мера

Об организаторах и заказчике убийства семьи Николая Романова

В своих дневниках Троцкий не ограничивается цитированием слов Свердлова и Ленина, но также выражает собственное мнение о расстреле царской семьи:

«По существу, решение (о казни. — О. Х. ) было не только целесообразно, но и необходимо. Суровость расправы показала всем, что мы будем вести борьбу беспощадно, не останавливаясь ни перед чем. Казнь царской семьи нужна была не просто для того, чтоб запугать, ужаснуть, лишить надежды врага, но и для того, чтобы встряхнуть собственные ряды, показать, что отступления нет, что впереди полная победа или полная гибель. В интеллигентских кругах партии, вероятно, были сомнения и покачивания головами. Но массы рабочих и солдат не сомневались ни минуты: никакого другого решения они не поняли бы и не приняли бы. Это Ленин хорошо чувствовал: способность думать и чувствовать за массу и с массой была ему в высшей мере свойственна, особенно на великих политических поворотах…»

Насчет высшей меры, свойственной Ильичу, Лев Давидович, разумеется, архиправ. Так Ленин, как известно, лично требовал повесить как можно больше попов, едва получив сигнал, что массы кое-где на местах проявили такую инициативу. Как же народной власти не поддержать инициативу снизу (а в действительности самые низменные инстинкты толпы)!

Что же касается суда над царем, на который, по словам Троцкого, Ильич был согласен, да время поджимало, то и этот суд со всей очевидностью завершился бы приговором Николая к высшей мере. Вот только в таком случае с царской семьей могли возникнуть лишние трудности. А тут как славно получилось: Уральский Совет решил — и всё, взятки гладки, вся власть Советам! Ну, может, только «в интеллигентских кругах партии» некоторая оторопь и была, но быстро прошла, как у самого Троцкого. В своих дневниках он приводит фрагмент разговора со Свердловым уже после екатеринбургской казни:

«— Да, а где царь? — Кончено, — ответил он, — расстрелян. — А семья где? — И семья с ним. — Все? — спросил я, по-видимому, с оттенком удивления. — Все! — ответил Свердлов. — А что? Он ждал моей реакции. Я ничего не ответил. — А кто решал? — Мы здесь решали…»

Некоторые историки делают акцент на том, что Свердлов ответил не «решили», а «решали», что якобы важно для выявления главных виновных. Но они при этом вырывают слова Свердлова из контекста разговора с Троцким. А тут ведь как: каков вопрос, таков ответ: Троцкий-то спрашивает, кто решал, вот Свердлов и отвечает «Мы здесь решали». И уже дальше говорит еще конкретнее — про то, что Ильич считал: «нельзя оставлять нам им живого знамени».

Так что в своей резолюции на датской телеграмме от 16 июля Ленин явно лукавил, говоря о лжи капиталистической прессы относительно «здоровья» царя.

В современных терминах можно сказать так: если Уральский Совет был организатором убийства царской семьи, то Ленин — заказчиком. Но в России организаторы редко, а заказчики преступлений почти никогда на скамье подсудимых, увы, не оказываются.

Сергей Осипов, «АиФ»: Кто из большевистских вождей принимал решение о расстреле царской семьи?

Вопрос этот до сих пор служит предметом дискуссии среди историков. Существует версия: Ленин и Свердлов не санкционировали цареубийство, инициатива которого якобы принадлежала лишь членам исполкома Уральского облсовета. Действительно, прямые документы за подписью Ульянова пока нам неизвестны. Однако Лев Троцкий в изгнании вспоминал о том, как он задал вопрос Якову Свердлову: « - А кто решал? - Мы здесь решали. Ильич считал - нельзя оставлять нам им живого знамени, особенно в нынешних трудных условиях». На роль Ленина без какого-либо смущения недвусмысленно указывала и Надежда Крупская .

В начале июля в Москву из Екатеринбурга срочно отбыл партийный «хозяин» Урала и военный комиссар Уральского военного округа Шая Голощёкин . 14-го числа он вернулся, по всей видимости, с окончательными инструкциями от Ленина, Дзержинского и Свердлова об уничтожении всей семьи Николая II .

- Зачем большевикам потребовалась смерть не только уже отрёкшегося Николая, но и женщин, и детей?

Истребление членов Дома Романовых не только уничтожало правовые основы для восстановления легитимной власти в России, но и связывало ленинцев круговой порукой.

Они могли выжить?

- Что было бы, если б подходящие к городу чехи освободили Николая II?

Остались бы в живых государь, члены его семьи и их верные слуги. Сомневаюсь в том, что Николай II смог бы дезавуировать акт об отречении от 2 марта 1917 года в части, касавшейся его лично. Однако очевидно - никто бы не смог подвергнуть сомнению права наследника престола, цесаревича Алексея Николаевича . Живой наследник, несмотря на болезнь, олицетворял бы собой легитимную власть в охваченной смутой России. Кроме того, вместе с вступлением в права Алексея Николаевича автоматически восстанавливался бы и порядок престолонаследия, разрушенный в ходе событий 2-3 марта 1917 года. Именно такого варианта отчаянно и боялись большевики.

Почему часть царских останков была захоронена (а сами убиенные канонизированы) в 90-х годах прошлого века, часть - совсем недавно и есть ли уверенность, что эта часть - действительно последняя?

Начнём с того, что отсутствие мощей (останков) не служит формальным основанием для отказа в канонизации. Канонизация царской семьи Церковью состоялась бы даже в том случае, если бы большевики полностью уничтожили тела в подвале Ипатьевского дома. Кстати, в эмиграции многие так и полагали. В том, что останки нашли по частям, нет ничего удивительного. И само убийство, и сокрытие следов происходили в страшной спешке, убийцы нервничали, подготовка и организация оказались из рук вон плохими. Поэтому уничтожить тела полностью не смогли. У меня нет сомнений в том, что останки двух человек, найденные летом 2007 года в местечке Поросёнков лог под Екатеринбургом, принадлежат детям императора. Поэтому точка в трагедии царской семьи, скорее всего, поставлена. Но, к сожалению, и она, и последовавшие за ней трагедии миллионов других российских семей оставили наше современное общество практически безучастным.

В час ночи 17 июля 1918 года бывшего русского царя Николая II, царицу Александру Федоровну, их пятерых детей и четверых слуг, включая врача, отвели в подвал дома в Екатеринбурге, где они содержались под стражей, где их зверски расстреляли большевики, а впоследствии сожгли их тела.

Жуткая сцена продолжает преследовать нас и по сей день, а их останки, большую часть века пролежавшие в безымянных могилах, место расположения которых знало только советское руководство, по-прежнему окружены ореолом таинственности. В 1979 историки-энтузиасты обнаружили останки некоторых членов царской семьи, а в 1991 году, после распада СССР, при помощи анализа ДНК была подтверждена их принадлежность.

Останки еще двух царских детей —Алексея и Марии- были обнаружены в 2007 году и подвергнуты аналогичному анализу. Тем не мене, РПЦ поставила под сомнение результаты тестов ДНК. Останки Алексея и Марии не были захоронены, а переданы в научное учреждение. В 2015 годы их снова подвергли анализу.

Историк Саймон Себаг-Монтефиоре (Simon Sebag Montefiore) подробно повествует об этих событиях в своей книге «Романовы, 1613-1618» (’The Romanovs, 1613-1618′), вышедшей в свет в нынешнем году. El Confidencial уже писала о ней. В журнале Town & Country автор напоминает, что осенью прошлого года было возобновлено официальное расследование убийства царской семьи, эксгумированы останки царя и царицы. Это породило противоречивые заявления со стороны правительства и представителей Церкви, вновь поставив данный вопрос в центр внимания общественности.

По словам Себага, Николай был хорош собою, и кажущаяся слабость скрывала властного человека, презиравшего правящий класс, яростного антисемита, не сомневавшегося в своем священном праве на власть. Они с Александрой женились по любви, что было тогда редким явлением. Она привнесла в семейную жизнь параноидальное мышление, мистический фанатизм (достаточно вспомнить Распутина) и еще одну опасность — гемофилию, которая передалась ее сыну, наследнику престола.

Раны

В 1998 году перезахоронение останков Романовых произошло в ходе торжественной официальной церемонии, призванной залечить раны прошлого России.

Президент Ельцин говорил о том, что политические перемены никогда больше не должны осуществляться насильственным путем. Многие православные вновь выразили свое несогласие и восприняли это событие как попытку президента навязать либеральную повестку дня в бывшем СССР.

В 2000 году Православная церковь канонизировала царскую семью, в результате чего мощи ее членов стали святыней, и согласно заявлениям ее представителей, необходимо было провести их достоверное опознание.

Когда Ельцин оставил свой пост и выдвинул никому не известного Владимира Путина, подполковника КГБ, считавшего распад СССР «самой большой катастрофой XX века», молодой лидер начал сосредоточивать в своих руках власть, ставить преграды иностранному влиянию, способствовать укреплению православной веры и проводить агрессивную внешнюю политику. Казалось —с иронией размышляет Себаг- он решил продолжить политическую линию Романовых.

Путин — политический реалист, и он движется по пути, обозначенному лидерами сильной России: от Петра I до Сталина. Это были яркие личности, противостоявшие международной угрозе.

Позиция Путина, поставившего под сомнение результаты научных исследований (слабый отголосок холодной войны: среди исследователей было много американцев), успокоила Церковь и создала питательную среду для конспирологических, националистических и антисемитских гипотез относительно останков Романовых. Одна из них заключалась в том, что Ленин и его последователи, многие из которых были евреями, перевезли тела в Москву, распорядившись изуродовать их. Действительно ли это были царь и его семья? Или кому-то удалось спастись?

Контекст

Как цари вернулись в российскую историю

304 года правления Романовых

Почему и Ленин, и Николай II - «хорошие»

Что Николай II подарил финнам?

Когда стало очевидно, что белогвардейцы вот-вот возьмут Екатеринбург, Ленин издал негласный указ о казни всей царской семьи, поручив исполнение Якову Юровскому. Сначала предполагалось тайно захоронить всех в близлежащих лесах. Но убийство оказалось плохо спланированным и еще хуже исполненным. Каждый из членов расстрельной команды должен был убить одну из жертв. Но когда подвал дома наполнился дымом от выстрелов и криками расстреливаемых людей, многие из Романовых были еще живы. Они были ранены и плакали от ужаса.

Дело в том, что в одежду княжон были вшиты бриллианты, и пули отскакивали от них, что привело в смятение убийц. Раненых добивали штыками и выстрелами в голову. Один из палачей рассказывал впоследствии, что пол был скользким от крови и мозгов.

Шрамы

Завершив свое дело, пьяные палачи обобрали трупы, погрузили их на грузовик, который заглох по дороге. Ко всему прочему, в последний момент выяснилось, что все тела не помещаются в заранее вырытые для них могилы. Одежду с убитых сняли и сожгли. Тогда перепуганный Юровский придумал другой план. Он оставил тела в лесу и отправился в Екатеринбург за кислотой и бензином. В течение трех дней и ночей он завозил в лес емкости с серной кислотой и бензином, чтобы уничтожить тела, который он решил захоронить в разных местах, чтобы сбить с толку тех, кто вознамерится их отыскать. О произошедшем никто ничего не должен был узнать. Облив тела кислотой и бензином, их сожгли, а затем похоронили.

Себаг задается вопросом о том, как в 2017 году будет отмечаться 100-летие со дня Октябрьской революции. Что будет с царскими останками? Страна не хочет утратить свою прежнюю славу. Прошлое всегда воспринимается в положительном свете, однако законность самодержавия по-прежнему порождает споры. Новые исследования, инициированные Русской Православной Церковью и осуществленные Следственным комитетом, привели к повторной эксгумации тел. Был проведен сравнительный анализ ДНК с живыми родственниками, в частности, с британским принцем Филиппом, одной из бабушек которого была Великая княгиня Ольга Константиновна Романова. Таким образом, он является праправнуком царя Николая II.

То, что Церковь все еще принимает решения по столь важным вопросам, обратило на себя внимание в остальной Европе, а также отсутствие открытости и беспорядочная череда захоронений, эксгумаций, анализов ДНК у тех или иных членов царской семьи. Большинство политических обозревателей считают, что окончательное решение относительно того, что делать с останками в 100-летнюю годовщину революции, примет Путин. Удастся ли ему наконец примирить образ революции 1917 года с варварской расправой 1918? Придется ли ему проводить два отдельных мероприятия, чтобы удовлетворить каждую сторону? Будут ли возданы Романовым царские почести или церковные, как святым?

В российских учебниках многие русские цари по-прежнему представлены в качестве героев, овеянных славой. Горбачев и последний царь Романов отреклись, Путин сказал, что никогда этого не сделает.

Историк утверждает, что в своей книге ничего не опустил из исследованных им материалов по расстрелу семьи Романовых… за исключением самых отвратительных подробностей убийства. Когда тела везли в лес, две княжны стонали, и их пришлось добивать. Каким бы ни было будущее страны, невозможно будет стереть из памяти этот страшный эпизод.

Убийство семьи Романовых породило немало слухов, домыслов, попробуем и мы разобраться кто приказал убить царя.

Версия первая «Секретная директива»

Одна из версий, которой часто и весьма единодушно отдают предпочтение западные ученые, состоит в том, что все Романовы были уничтожены согласно некоей «секретной директиве», поступившей от правительства из Москвы.

Именно этой версии придерживался и следователь Соколов, изложив ее в своей насыщенной различными документами книге об убийстве царской семьи. Такую же точку зрения высказывают и два других автора, которые в 1919 году лично принимали участие в расследовании: генерал Дитерихс, получивший от указание «вести наблюдение» за ходом следствия, и корреспондент лондонской «Таймс» Роберт Уилтон.

Написанные ими книги являются важнейшими источниками для понимания динамики развития событий, но - как и книга Соколова - отличаются определенной тенденциозностью: Дитерихс и Уилтон любой ценой стремятся доказать, что большевики, орудовавшие в , были чудовищами и преступниками, но всего лишь пешками в руках «нерусских» элементов, то есть горстки евреев.

В некоторых правых кругах белого движения - а именно к ним примыкали упомянутые нами авторы - антисемитские настроения проявлялись в то время в крайних формах: настаивая на существовании заговора «жидо-масонской» элиты, они объясняли этим все произошедшие события, от революции до убийства Романовых, обвиняя в содеянном исключительно евреев.

Нам практически ничего не известно о возможно существовавшей «секретной директиве», поступившей из Москвы, зато нам хорошо известны намерения и перемещения различных членов Уралсовета.

В Кремле продолжали увиливать от принятия какого-либо конкретного решения относительно судьбы императорской семьи. Возможно, вначале московское руководство подумывало о тайных переговорах с Германией и предполагало использовать бывшего царя в качестве своего козыря. Но затем в очередной раз одержал верх принцип «пролетарского правосудия»: должны были судить на показательном открытом процессе и тем самым продемонстрировать народу и всему миру грандиозный смысл революции.

Троцкий, преисполненный романтического фанатизма, видел себя в качестве общественного обвинителя и мечтал пережить моменты, по своей значимости достойные Великой французской революции. Свердлову поручили заняться этим вопросом, а Уралсовет должен был подготовить сам процесс.

Однако Москва находилась слишком далеко от Екатеринбурга и не могла до конца оценить обстановку на Урале, которая стремительно нагнеталась: белоказаки и белочехи успешно и быстро продвигались к Екатеринбургу, а красноармейцы бежали, не оказывая сопротивления.

Положение становилось критическим, и даже казалось, что революцию с трудом удастся спасти; в этой сложной ситуации, когда Советская власть могла пасть с минуты на минуту, сама мысль о проведении показательного процесса представлялась анахронической и нереальной.

Существуют доказательства, что президиум Уралсовета и областная ЧК обсуждали с руководством «центра» вопрос о судьбе Романовых, и именно в связи с усложнившейся обстановкой.

К тому же известно, что в конце июня 1918 года военком Уральской области и член президиума Уралсовета Филипп Голощекин отправился в Москву, чтобы решить участь императорской семьи. Нам точно не известно, чем закончились эти встречи с представителями правительства: мы знаем только, что Голощекина принимали в доме Свердлова, его большого друга, и что он вернулся в Екатеринбург 14 июля, за два дня до роковой ночи.

Единственным источником, где говорится о существовании «секретной директивы» из Москвы, является дневник Троцкого, в котором бывший нарком утверждает, что узнал о расстреле Романовых только в августе 1918 года и что сообщил ему об этом Свердлов.

Однако значение этого свидетельства не слишком велико, поскольку нам известно другое заявление того же Троцкого. Дело в том, что в тридцатые годы в Париже вышли мемуары некоего Беседовского, бывшего советского дипломата, бежавшего на Запад. Любопытная деталь: Беседовский работал вместе с советским послом в Варшаве Петром Войковым, «старым большевиком», сделавшим головокружительную карьеру.

Это был тот самый Войков, который - еще будучи комиссаром продовольствия Уральской области - доставал серную кислоту, чтобы облить ею трупы Романовых. Став послом, он сам умрет насильственной смертью на перроне Варшавского вокзала: 7 июня 1927 года Войкова застрелит семью выстрелами из пистолета девятнадцатилетний студент и «русский патриот» Борис Коверда, решивший отомстить за Романовых.

Но вернемся к Троцкому и Беседовскому. В мемуарах бывшего дипломата приводится рассказ - записанный якобы со слов Войкова - об убийстве в Ипатьевском доме. Среди прочих многочисленных вымыслов есть в книге один совершенно невероятный: Сталин оказывается непосредственным участником кровавой расправы.

Впоследствии Беседовский прославится именно как автор выдуманных историй; на обрушившиеся со всех сторон обвинения он отвечал, что правда никого не интересует и что его главной целью было поводить за нос читателя. К сожалению, - уже находясь в изгнании, - ослепленный ненавистью к Сталину, поверил автору мемуаров и отметил следующее: «По словам Беседовского, цареубийство было делом рук Сталина…»

Существует еще одно свидетельство, которое может считаться подтверждением того, что решение о расстреле всей императорской семьи было принято «вне» Екатеринбурга. Речь идет опять-таки о «Записке» Юровского, в которой говорится о приказе расстрела Романовых.

Не следует забывать, что «Записка» составлена в 1920 году, через два года после кровавых событий, и что в некоторых местах Юровскому изменяет память: например, он путает фамилию повара, называя его Тихомировым, а не Харитоновым, а также забывает, что Демидова была служанкой, а не фрейлиной.

Можно высказать и другую гипотезу, более правдоподобную, и попытаться объяснить некоторые не совсем понятные места в «Записке» следующим образом: эти краткие воспоминания предназначались для историка Покровского и, вероятно, первой фразой бывший комендант хотел свести до минимума ответственность Уралсовета и, соответственно, свою собственную. Дело в том, что к 1920 году кардинально изменились как цели борьбы, так и сама политическая обстановка.

В других своих мемуарах, посвященных расстрелу царской семьи и до сих пор не изданных (они были написаны в 1934 г.), больше не говорит о телеграмме, а Покровский, затрагивая эту тему, упоминает лишь некую «телефонограмму».

А теперь рассмотрим вторую версию, которая выглядит, быть может, более правдоподобно и больше импонировала советским историкам, так как снимала с высших партийных руководителей всякую ответственность.

Согласно этой версии решение о расстреле Романовых приняли члены Уралсовета, причем совершенно самостоятельно, даже не обратившись за санкцией к центральному правительству. Екатеринбургским политикам «пришлось» пойти на такие крайние меры из-за того, что белые стремительно наступали и нельзя было оставить противнику бывшего государя: если использовать терминологию того времени, Николай II мог стать «живым знаменем контрреволюции».

Не существует сведений - или же они еще не опубликованы - о том, чтобы перед расстрелом Уралсовет направлял в Кремль сообщение о своем решении.

Уралсовет явно хотел скрыть правду от московских руководителей и в связи с этим дал две ложные информации первостепенной важности: с одной стороны, утверждалось, что семья Николая II «эвакуирована в надежное место» и к тому же Совет якобы располагал документами, подтверждавшими существование белогвардейского заговора.

Что касается первого утверждения, нет сомнений, что это была позорная ложь; но и второе заявление оказалось обманом: и в самом деле, не могли существовать документы, связанные с неким крупным белогвардейским заговором, поскольку не было даже личностей, способных организовать и осуществить подобное похищение. Да и сами монархисты считали невозможным и нежелательным восстановление самодержавия с Николаем II в качестве государя: бывший царь никого больше не интересовал и при всеобщем безразличии шел навстречу своей трагической гибели.

Третья версия: сообщения «по прямому проводу»

В 1928 году некий Воробьев, редактор газеты «Уральский рабочий», написал свои воспоминания. После расстрела Романовых прошло десять лет, и - как бы жутко ни звучало то, что я сейчас скажу, - эту дату рассматривали как «юбилей»: данной теме было посвящено множество трудов, причем их авторы считали своим долгом похвастаться непосредственным участием в убийстве.

Воробьев был еще и членом президиума исполкома Уралсовета, и благодаря его воспоминаниям - хотя в них нет ничего для нас сенсационного - можно представить себе, как происходила связь «по прямому проводу» между Екатеринбургом и столицей: руководители Уралсовета диктовали текст телеграфисту, а в Москве Свердлов лично отрывал и прочитывал ленту. Отсюда следует, что екатеринбургские лидеры имели возможность в любой момент связаться с «центром». Итак, первая фраза «Записки» Юровского - «16.7 была получена телеграмма из Перми…» - неточна.

В 21 час 17 июля 1918 года Уралсовет направил в Москву второе сообщение, но на этот раз самую обычную телеграмму. Было в ней, правда, и нечто особенное: лишь адрес получателя и подпись отправителя оказались написанными буквами, а сам текст представлял собой набор цифр. Очевидно, беспорядок и небрежность всегда были постоянными спутниками советской бюрократии, в то время лишь формировавшейся, а уж в обстановке поспешной эвакуации и подавно: оставляя город, забыли на екатеринбургском телеграфе много ценных документов. Среди них была копия той самой телеграммы, и она, разумеется, оказалась в руках белых.

К Соколову этот документ попал вместе с материалами следствия и, как тот пишет в своей книге, сразу же привлек его внимание, отнял у него много времени и доставил массу неприятностей. Еще находясь в Сибири, следователь тщетно пытался дешифровать текст, но ему это удалось только в сентябре 1920 года, когда он уже жил на Западе. Телеграмма была адресована секретарю Совнаркома Горбунову и подписана председателем Уралсовета Белобородовым. Ниже приводим ее полностью:

«Москва. Секретарю Совнаркома Горбунову обратной проверкой. Передайте Свердлову, что все семейство постигла та же участь, что и главу. Официально семья погибнет при эвакуации. Белобородов».

До сих пор эта телеграмма представляла собой одно из основных свидетельств того, что были убиты все члены императорской семьи; поэтому нет ничего удивительного, что ее подлинность часто ставилась под сомнение, причем теми авторами, кто охотно клевал на фантастические версии о том или ином из Романовых, которому якобы удалось избежать трагической участи. Сомневаться в подлинности этой телеграммы нет никаких серьезных причин, в особенности если ее сопоставить с другими аналогичными документами.

Соколов использовал послание Белобородова для того, чтобы показать изощренное коварство всех большевистских руководителей; он считал, что дешифрованный текст подтверждает существование предварительной договоренности между екатеринбургскими лидерами и «центром». Вероятно, следователю не был известен первый отчет, переданный «по прямому проводу», да и в русском варианте его книги текст этого документа отсутствует.

Отвлечемся, однако, от личной точки зрения Соколова; мы располагаем двумя информациями, переданными с промежутком в девять часов, причем истинное положение вещей раскрывается лишь в последний момент. Отдавая предпочтение версии, по которой решение о расстреле Романовых принял Уралсовет, можно сделать вывод, что, не сразу сообщая обо всем случившемся, екатеринбургские лидеры хотели смягчить, возможно, негативную реакцию Москвы.

В подтверждение этой версии можно привести два свидетельства. Первое принадлежит Никулину, заместителю коменданта Ипатьевского дома (то есть Юровского) и его активному помощнику во время расстрела Романовых. Никулин также почувствовал необходимость написать свои воспоминания, явно считая себя - как, впрочем, и другие его «коллеги» - важным историческим лицом; в своих мемуарах он открыто утверждает, что решение об уничтожении всей царской семьи принял Уралсовет, совершенно самостоятельно и «на свой страх и риск».

Второе свидетельство принадлежит уже знакомому нам Воробьеву. В книге воспоминаний бывший член президиума исполкома Уралсовета рассказывает следующее:

«…Когда стало очевидным - Екатеринбург нам не удержать, - вопрос о судьбе царской семьи был поставлен ребром. Увозить бывшего царя было некуда, да и везти его было далеко не безопасно. И на одном из заседаний Облсовета мы решили Романовых расстрелять, не ожидая суда над ними».

Повинуясь принципу «классовой ненависти», люди не должны были испытывать ни малейшей жалости по отношению к Николаю II «Кровавому» и проронить хоть слово о тех, кто разделил с ним его страшную участь.

Анализ версий

А теперь возникает следующий вполне закономерный вопрос: было ли в компетенции Уралсовета самостоятельно, даже не обращаясь за санкцией к центральной власти, принимать решение о казни Романовых, беря на себя, таким образом, всю политическую ответственность за содеянное?

Первое обстоятельство, которое следует учитывать, - это откровенный сепаратизм, присущий в период гражданской войны многим местным Советам. В этом смысле Уралсовет не был исключением: он считался «взрывоопасным» и уже успел несколько раз открыто продемонстрировать свое несогласие с Кремлем. К тому же на Урале активно действовали представители левых эсеров и множество анархистов. Своим фанатизмом они толкали большевиков на показательные акции.

Третьим подстегивающим обстоятельством было то, что некоторые члены Уралсовета - в том числе и сам председатель Белобородов, чья подпись стоит под вторым телеграфным сообщением, - придерживались крайне левых взглядов; эти люди пережили долгие годы ссылок и царских тюрем, откуда и их специфическое мироощущение. Хотя члены Уралсовета были относительно молодыми, но все они прошли школу профессиональных революционеров, и у них за спиной были годы подполья и «служения делу партии».

Борьба с царизмом в любых формах являлась единственной целью их существования, и поэтому у них даже не возникло сомнений, что Романовых, «врагов трудового народа», следовало уничтожить. В той напряженной обстановке, когда свирепствовала гражданская война и судьба революции, казалось, висела на волоске, казнь императорской семьи представлялась исторической необходимостью, долгом, который нужно было исполнить, не впадая в сочувственные настроения.

В 1926 году Павел Быков, сменивший Белобородова на посту председателя Уралсовета, написал книгу под названием «Последние дни Романовых»; как мы увидим позднее, то был единственный советский источник, где подтверждался факт убийства царской семьи, но эту книгу очень скоро изъяли. Вот что пишет Таняев во вступительной статье: «Эта задача была выполнена Советской властью со свойственной ей смелостью - принимать все меры для спасения революции, как бы с внешней стороны произвольны, беззаконны и суровы они ни казались».

И еще: «…для большевиков суд ни в какой мере не имел значения органа, выясняющего истинную виновность этой «святой семейки». Если суд и имел какой-либо смысл, то лишь как весьма хорошее агитационное средство для политического просвещения масс, и не больше». А вот еще один из наиболее «интересных» отрывков из предисловия Таняева: «Романовых пришлось ликвидировать в чрезвычайном порядке.

Советская власть в этом случае проявила крайний демократизм: она не сделала исключение для всероссийского убийцы и расстреляла его наравне с обыкновенным бандитом». Права была героиня романа А. Рыбакова «Дети Арбата» Софья Александровна, нашедшая в себе силы выкрикнуть в лицо своему брату, несгибаемому сталинисту, такие слова: «Если бы царь судил вас по вашим законам, то он продержался бы еще тысячу лет…»