Умер генерал-диктатор мануэль норьега. Мануэль Норьега: диктатор Панамы из трущоб
Экс-диктатор Панамы умер в тюремной больнице в 83 года..
Будущий диктатор Мануель Норьега родился 11 февраля 1934 года в бедном районе Панамы, где хозяйничали торговцы наркотиками и преступники. Сразу после школы он оказался на медицинских курсах, где завел знакомства с местными социалистами. Позже он поступает в военное учебное заведение в Перу: военная карьера в странах Латинской Америки тогда считается действенным социальным лифтом. В то время, как пишут многие исследователи, он начинает сотрудничать с ЦРУ.
Вернувшись в родную страну, Норьега идет на службу в Национальную гвардию Панамы. В 1968 году в стране происходит военный переворот – к власти приходит Омар Торрихос. Норьегу производят в полковники и назначают главой военной разведки и контрразведки. В 1981 году Торрихос погибает в авиакатастрофе, к подготовке которой мог быть причастен и главный разведчик Панамы Норьега. Сразу после смерти диктатора он назначает себя генералом и берет неофициальный титул высшего лидера национального освобождения Панамы. При этом формально сохраняются демократические институты, в стране выбирают президента, но де-факто Норьега – полновластный диктатор страны.
В 80-е годы через Панаму увеличивается наркотрафик. После ареста Норьегу подозревают в сотрудничестве с колумбийскими наркокартелями. Также некоторые американские исследователи говорят о том, что Норьега сотрудничал не только с ЦРУ, но и с КГБ и кубинской разведкой. Он пристрастился к кокаину, и у него «поехала крыша»: несколько раз диктатор путал, кому какую секретную информацию отправлять, и пересылал в Москву то, что было предназначено для Вашингтона, и наоборот.
При этом стоит отметить, что во время правления Норьеги отношения с США накаляются. Традиционно Панама и Панамский канал – объекты внешнеполитических интересов США, и американцы оказывают давление на руководителей Панамы. После прихода к власти Джоржа Буша – старшего (бывшего руководителя ЦРУ) многие американские СМИ начинают поднимать вопросы репрессий и беззакония в центральноамериканской стране. Норьега, в свою очередь, отвечает, что Джордж Буш его друг. Но именно в президентство Буша начинается военная операция против диктатора.
Джордж Буш / Consolidated News Photos, LLC/dpa/Global Look Press
В декабре 1989 года происходит полномасштабное вторжение США в Панаму. Норьега скрывается в представительстве Ватикана, но потом сдается. В 1992 году его приговаривают в США к 40 годам заключения за наркоторговлю и вымогательство. После срок сокращают до 30 лет, но в американской тюрьме диктатор их полностью не проводит: его судебная одиссея продолжается.
Как и многие сегодняшнего дня, Норьега вкладывал свои средства в недвижимость за рубежом: у него было три квартиры в элитных районах Парижа. Во время своей диктатуры президент Панамы был во Франции желанным гостем, его даже наградили орденом Почетного легиона. Увы, после падения это ему не помогло: в 2007 году суд Франции заочно приговорил диктатора к десяти годам за контрабанду наркотиков и отмывание денег через французские банки. В 2010-м США выдают Норьегу Франции. Всего через год бывшего диктатора отправляют на родину, там ему приговаривают к 20 годам заключения за политические убийства и нарушения прав человека.
В Панаме Норьегу приговаривают к 20 годам заключения / theapricity.com/Global Look Press
Последний раз Норьега приковывает к себе общественное внимание, когда подает в суд на создателей игры Сall of Duty. Образ диктатора используется там якобы неверно – в качестве главного злодея.
Норьега отбывал наказание в тюрьме «Эль Ренасер» из-за болезни его перевели под домашний арест, умер он в больнице «Санто-Томас».
О роли диктатора в истории Панамы сайт рассказал Михаил Белят, научный сотрудник РГГУ, эксперт по Латинской Америке. По словам эксперта, Норьега был неоднозначной политической фигурой – латиноамериканским диктатором со всеми вытекающими из этого последствиями. Он очень жестко расправлялся с оппозицией. При этом есть и другие страницы его биографии:
– Все-таки его можно в определенном смысле отнести к прогрессивным деятелям. Норьега был продолжателем дела Омара Торрихоса, который после прихода к власти взял курс на национальное освобождение Панамы. Напомню, что до этого страна была фактически колонией США. Он провозгласил возвращение Панамского канала стране и добился этого. В 1977 году был подписан важнейший договор с США, по которому канал постепенно возвращался Панаме.
По словам эксперта, Норьега, возглавляя страну, выдерживал курс национально ориентированной внешней и внутренней политики. Диктатор был настроен антиамерикански, что крайне не нравилось Вашингтону.
"Норьега был продолжателем дела Омара Торрихоса, который после прихода к власти взял курс на национальное освобождение Панамы" / alchetron.com/Global Look Press
Относительно деятельности Норьеги как наркоторговца эксперт призывает не доверять массово распространяемой информации:
– Существует огромное количество версий и спекуляций на тему сотрудничества Норьеги с наркокартелями и ЦРУ. Не существует подкрепленных фактами доказательств деятельности Норьеги в качестве наркодельца. Во время суда в США доказательства так и не были представлены общественности. Рассуждать на эту тему можно бесконечно.
Странно говорить о том, что США организовали вторжение в Панаму из-за ареста наркодилера. Причины интервенции были более серьезными и более глубокими, – подытоживает эксперт.
Возомнившем себя местным Наполеоном Бонапартом. Действительно, как и французский император, он сделал головокружительную военную карьеру, однако до наполеоновского масштаба все же недотягивал. Зато превратил Гавану в кубинский Лас-Вегас, построив там десятки казино и борделей. На этот раз речь пойдет о панамском диктаторе Мануэле Норьеге, который заключал сделки с наркодилерами и сотрудничал с американской разведкой, а также стал одним из главных отрицательных персонажей игры Call of Duty.
«Панамский лидер вел распутную жизнь наркоторговца, утопающего в деньгах: роскошные виллы, кокаиновые вечеринки с громкой музыкой и морем алкоголя, коллекции старинного оружия», - примерно так биографы описывают жизнь диктатора .
Многие до сих пор ломают голову, как этому человеку удавалось усидеть на двух стульях: с одной стороны, работать на американскую разведку и службу по борьбе с наркотиками, с другой - продавать американские секреты врагам США и предупреждать наркокартели об облавах.
В 1990 году Ричард Костер и Гильермо Санчес Борбон написали книгу «Годы тиранов», в которой рассказали о двойной натуре диктатора. Авторы утверждают, что Норьега передавал секреты кубинского правительства США, а продавал тысячи панамских паспортов, которые впоследствии использовались кубинскими секретными агентами. Он сколотил на этом состояние в сотни миллионов долларов.
Диктатор из трущоб
Мануэль Норьега родился в столице Панамы - городе Панаме 11 февраля 1934 года. Его отец был бухгалтером, мать - поваром и прачкой. Семья проживала в печально известном районе трущоб Террплен, заселенном бедняками. Этот район расположен всего в пяти минутах пути от президентского дворца. Именно тогда маленький Мануэль загорелся мечтой выбраться из нищеты и жить в роскоши.
После смерти родителей мальчика на воспитание взяла крестная, учитель по образованию. Она настояла на том, чтобы он закончил школу и пошел на медицинские курсы.
Там он познакомился со студентами-социалистами, которые смогли выбить для него небольшую стипендию. Однако вместо благодарности, как утверждают биографы диктатора, он рассказывал о планах социалистической партии Панамы агентам .
Считается, что именно американцы помогли ему поступить в военную школу в Перу. Вернувшись из Лимы, он стал быстро продвигаться по карьерной лестнице. В Латинской Америке у военных большой авторитет и влияние. Этим и решил воспользоваться Норьега.
Настоящий успех пришел к нему в конце 1960-х: его заметил тогдашний диктатор Омар Торрихос. Норьега быстро стал ближайшим помощником генерала. Он участвовал в военном перевороте 1968 года. Возглавив страну, Торрихос сделал Мануэля полковником и поручил ему возглавить управление военной разведки и контрразведки. Норьега устроил гонения на политических оппонентов и, по слухам, стал еще теснее сотрудничать с американской разведкой.
Биографы Норьеги уверены, что работа на ЦРУ принесла ему более 10 миллионов долларов. Новая должность и сотрудничество с Вашингтоном сделали Мануэля богатым и влиятельным. Однако этого ему показалось мало.
В 1981 году при загадочных обстоятельствах в авиакатастрофе погиб Торрихос. За четыре года до этого ему удалось договориться с американцами о постепенной передаче Панамского канала Панаме.
После смерти покровителя путь Норьеги во власть был открыт: провозгласив себя генералом и командующим силами Национальной обороны, он получил неограниченную власть и превратился в фактического диктатора Панамы. Постепенно он укреплял свою власть, обеспечивая своим кандидатам места в парламенте. Американские власти убедили Норьегу провести экономическую реформу, разработанную . Впрочем, она не задалась: непопулярная у населения, она приводила к обнищанию страны. Латиноамериканский лидер это вовремя понял и решил сменить курс, развернувшись от США в сторону соседей по Центральной Америке.
В то время Норьега даже придумал себе прозвище «сильный человек», однако в народе оно не прижилось: за то, что его лицо было усыпано оспинами, панамцы прозвали его «ананасовой мордой». Тем временем все прочнее становились связи Норьеги с наркоторговцами.

Панама издавна считалась среди наркодилеров перевалочным пунктом и местом, где из сотни банков хоть один, но примет грязные деньги. Каждый лидер страны так или иначе был втянут в этот бизнес, а Норьега решил участвовать в нем наиболее активно.
В Панаме стали брать деньги с колумбийцев за отмывание наркоденег в местных банках, на территории государства появлялось все больше новых лабораторий и перевалочных пунктов, все активнее колумбийцы скупали панамские паспорта, а впоследствии с новыми документами переезжали в США. Деньги в карман Норьеги текли рекой. Тем временем в американских СМИ стали появляться обличающие диктатора статьи. В ответ тиран лишь обвинял в случившемся членов правительства и отправлял их в отставку.
Норьега был уверен в своей безнаказанности. Американские власти и правда вначале закрывали глаза на происходящее, но потом наглость панамского диктатора им порядком надоела. В январе 1989 года стал президентом. И Белый дом решил разобраться с Норьегой.
Сыты по горло
США прекрасно понимали, что Норьега ведет двойную игру, однако он их устраивал, тем более что в других латиноамериканских странах в тот период наметился левый уклон. Однако с годами панамский диктатор все больше выходил из-под контроля. Терпение Вашингтона лопнуло в 1989 году, когда подходил срок передачи Панамского канала Панаме. Норьега становился все более упрямым в этом вопросе, отказываясь идти на уступки американцам, предлагавшим пересмотреть условия соглашения.
Тем временем внутри страны зрела оппозиция. Чтобы разделаться с ней, диктатор создал спецподразделения, которые в народе прозвали «доберманами», - они беспощадно расправлялись с активистами. Последней каплей стал арест либерала доктора Уго Спадафора. Его долго пытали, а потом казнили.

Фамилия генерала Мануэля Норьеги, некогда союзника, а затем врага США, наркобарона, была хорошо известная каждому, кто вырос в СССР. Фотография Норьеги в песочного цвета форме, со значками парашютиста и в фуражке с высокой тульей часто появлялась в советских газетах, когда речь шла о ситуации в Латинской Америке.
Сделав блестящую военную карьеру в Панаме, Норьега дорос до высоких должностей в генеральном штабе, а затем стал главнокомандующим силами обороны страны. Харизматичный военный и любимец женщин, Норьега славился довольно жесткими нравами.
John Hopper/AP Мануэль Норьега в президентском дворце Панамы, 1988 год
Будучи соратником генерала Омара Торрихоса, который осуществил военный переворот в стране, Норьега, как считают его оппоненты, приложил руку к устранению генерала, погибшего в авиакатастрофе.
Любопытно, что в юности Норьега совсем не стремился к военной карьере, а хотел быть врачом — эта профессия была самой востребованной в бедной Панаме. Правда, он также рассказывал друзьям, что хочет быть президентом. Махнув рукой на врачебную карьеру, Норьега смог поступить в военную академию в Перу, а после возвращения из нее поступил на службу в гвардию.
Придя к власти, Норьега установил в стране дикторский режим, преследуя политических оппонентов при помощи тайной полиции и агентов. Формально верховная власть в стране была у президента, однако реальные рычаги управления были в руках Норьеги. Высший лидер национального освобождения Панамы — так назывался его титул.
При этом США, бывшие в то время союзником Норьеги, закрывали глаза на его действия, рассматривая его как полезного союзника в противостоянии с левыми. Правда, сам Норьега не брезговал общением с левыми.
«Цель жизни Норьеги — быть человеком-загадкой, которого трудно расшифровать. Как верная супруга, он заявлял о преданности США, однако при этом изменял с другими ливийцами, никарагуанцами, кубинцами, израильской разведкой.
В конце концов все это партнеры узнавали, что этот военный человек был предан только себе, а не какой-то стране или идеологии», — пишет американский журналист Фредерик Кемпе в своей книге о диктаторе «Развод с диктатором: неуклюжий американский роман с Норьегой».
Из друзей США во враги
Норьега начал сотрудничать с ЦРУ еще в 1950-е годы и, придя к власти, даже разрешил американским разведчикам открыть пост наблюдения в Панаме, откуда можно было наблюдать за активностью других государств на прилежащих морских путях. Норьега также играл роль посредника между США и отрядами контрас, которые боролись против левого правительства сандинистов в Никарагуа. Политические связи между США и Панамой, правда, не мешали генералу заниматься торговлей наркотиками, о чем, как считается, знали в ЦРУ.
Вопрос, насколько американские разведчики были осведомлены о делах Норьеги, всплыл во время предвыборных дебатов кандидата в президенты США Джорджа Буша-старшего и его оппонента — демократа Майкла Дукакиса в сентябре 1988 года.
Буш действительно мог знать много о работе Норьеги на ЦРУ, так как сам возглавлял эту организацию. Правда, во время дебатов отметил, что Норьега сотрудничал с США, однако сотрудничество прекратилось, когда президент Рональд Рейган получил веские доказательства вовлеченности Норьеги в торговлю наркотиками.
По подсчетам американских спецслужб, личное состояние Норьеги, которое он заработал на наркоторговле, составляло от $200 млн до $300 млн. Его партнерами в торговле кокаином были знаменитые колумбийские наркокартели.
В 1986 году конгресс США принял резолюцию, которая призывала руководство Панамы убрать Норьегу с поста командующего войсками, однако панамские власти не послушались. Сам Норьега, узнав, что тучи над его головой сгущаются, написал старому знакомому — американскому полковнику Оливеру Норту, который с ведома Белого дома курировал сделки по продаже оружия боевикам контрас.
Во время встречи в Лондоне Норьега сказал Норту, члену Совета по национальной безопасности США, что может организовать убийства лидеров сандинистов в Никарагуа, если Норт поможет ему уладить дела с американскими властями. Встреча прошла в сентябре 1986 года. Норт внимательно выслушал Норьегу, но помочь уже не успел — вскоре он сам был арестован по делу «Иран-контрас», громкому скандалу, связанному с продажей оружия противникам сандинистов.
В 1988 году американский суд признал Норьегу виновным в организации наркотрафика в США. Однако поводом для интервенции стало убийство панамскими военными американского военнослужащего — на территории Панамы находился в то время небольшой контингент американских военных.
В связи с этим инцидентом Джордж Буш-старший принял решение начать военное вторжение в Панаму с целью отстранения и ареста генерала Норьеги.
Несмотря на неприязнь многих жителей страны к Норьеге, вторжение США в Панаму объединило вокруг него самые разные политические силы, в том числе коммунистов, которых диктатор не жаловал.
«Концентрированное наступление, ведущееся против генерала Норьеги, имеет целью навязать стране продажное правительство», — говорилось в обращении компартии к коллегам в СССР. Несмотря на улучшение отношений с США, вторжение в Панаму осудила и Москва.
Узник в Ватикане
Сопротивление панамской армии было быстро подавлено американскими военными, а сам Норьега укрылся от ареста в миссии Ватикана. Чтобы выкурить Норьегу, американские военные включали под окнами громкую музыку.
Гремевшие под окнами посольства мелодии хеви-метал сводили с ума папских нунциев. Однако, слушая, как мощный звук гитары Ван Халена буквально пронизывает стены посольства, Норьега пытался сосредоточиться. «Я был весь в своих мыслях и медитировал», — вспоминал он позже.
Однако вскоре его спокойствие подошло к концу — в начале 1990 года Норьега сдался агентам управления по борьбе с наркотиками и был вывезен в США, где предстал перед судом по обвинению в контрабанде наркотиков. В апреле 1992 года американский суд приговорил его к 40 годам тюрьмы. Норьега стал заключенным #41586 — последние две цифры были словно напоминанием о 1986 годе, когда началось его политическое падение.
Впоследствии его срок был уменьшен на 10 лет, а сам Норьега даже получил небольшие послабления как военный. Его воспоминаниям о том времени посвящена книга «Мануэль Норьега. Американский пленник», которая вышла в 1997 году.
«Я не признаю, что получал приказы от американцев, — пишет он. — Я также не принимал подчинение капризам и интересам экономических игроков Панамы. Врагом США я стал в результате махинаций американской пропагандистской машины в сочетании с тактическими ошибками на моей стороне, оппортунизмом богатой элиты Панамы и кровожадностью правительства США под руководством Рейгана и Буша», — писал генерал.
В сентябре 2007 года Норьега была освобожден из тюрьмы после сокращения срока за примерное поведение, однако его ждала не свобода, а экстрадиция во Францию по обвинению в отмывании денег.
Французский суд приговорил его к семи годам, но год спустя Франция выдала его Панаме, где он был приговорен к 20-летнему заключению как виновный в исчезновении политических оппонентов. В 2015 году во время интервью он попросил прощения у своих соотечественников: «Я хотел бы закрыть эту страницу военного правления и прошу прощения».
Руководитель хунты, пришедшей к власти после вооруженного переворота, умер в больнице, где ему должны были сделать операцию на мозге.
Норьега снискал сомнительную славу как человек, сумевший превратить целую страну в один большой наркокартель. В итоге он был свергнут и арестован армией США. «МИР 24» вспомнил жизненный путь одного из самых одиозных диктаторов Латинской Америки.
Мануэль Норьега вырос в криминальном районе Панама-Сити. С детства его окружали наркоторговцы и участники преступных группировок. Скорее всего, молодой Норьега вступил бы в одну из банд, но родственники заставили его получить образование и записаться на медицинские курсы.
В институте Мануэль вступил в ячейку социалистов и сблизился со многими левыми активистами. Тогда же будущий диктатор был завербован агентами ЦРУ. С его помощью американская разведка собирала сведения о Социалистической партии Панамы и о наиболее авторитетных последователей Маркса.
Работа медика амбициозного Норьегу не устраивала. Он поступил в военную школу, а затем устроился на службу в национальную гвардию.
В 1968 году в Панаме произошел переворот, одним из активных участников которого стал будущий диктатор. После победы хунты страну возглавил генерал Омар Торрихос, с которым Норьегу связывали приятельские отношения. Новый панамский лидер назначил своего товарища на пост руководителя разведки.
В 70-х годах Норьега строил карьеру в правительстве, параллельно работая в ЦРУ, где с ним подписали официальный контракт. Со временем военный начал строить планы по созданию криминальной империи.
Генерал Торрихос неожиданно погиб в 1981 году. Многие считают, что убийство было подстроено Норьегой, но веских доказательств этой версии не найдено. Воспользовавшись неразберихой, Норьега объявил себя единоличным лидером страны. Заодно диктатор присвоил себе звание генерала. В это же время в ЦРУ начали подозревать, что их агент выходит из-под контроля.
Очень скоро Норьега становится фактическим владельцем всего криминального бизнеса в Панаме. Страна под его руководством превратилась в настоящий рай для преступников. При участии правительства в Панаме был налажен наркотрафик, сам Норьега также зарабатывал на торговле поддельными паспортами. Одна только продажа поддельных документов принесла диктатору порядка 400 миллионов долларов.
Журналисты сразу же прознали, что новый панамский лидер получает нелегальные доходы. На обвинения Норьега отвечал довольно неубедительно, лишь иногда устраивая показательные отставки министров.
В 1988 году бывший директор ЦРУ Джордж Буш объявил о намерении баллотироваться в президенты. Его соперники воспользовались тем, что кандидат лично знаком с Норьегой, и развернули в прессе кампанию по разоблачению криминального бизнеса диктатора и его связей с разведкой. Ходили даже слухи, что в ЦРУ закрывали глаза на преступления своего агента в обмен на часть прибыли от наркоторговли. Тогдашнему президенту США Рональду Рейгану даже пришлось принять закон, запрещавший какие-либо финансовые отношения с Панамой.

Фото: AP/ТАСС
Несмотря на старания журналистов, Буш стал президентом, и Белый дом решил избавиться от ставшего ненужным «друга». В декабре 1989 года американская армия начинает операцию «Правое дело». В Панаму был направлен десант из 25 тысяч военных, которым поручили арестовать диктатора.
В Белом доме считали, что операция пройдет за считанные дни, однако планы Вашингтона сорвались. Армия Панамы оказала сопротивление, несколько недель велись кровопролитные бои. Жертвами «Правого дела» стали сотни гражданских.
И все же военным удалось занять дворец диктатора, Норьегу арестовали и доставили в США. Лидер хунты предстал перед судом, его обвинили в торговле наркотиками и вымогательстве. Процесс шел два года, в итоге диктатора приговорили к 40 годам тюрьмы. Однако суд учел сотрудничество Норьеги со спецслужбами и снизили срок до 30 лет.
Одновременно с этим начался процесс во Франции. Парижский суд признал Норьегу виновным в отмывании денег и заочно приговорил его к 10 годам лишения свободы.
В декабре 2011 года Норьегу досрочно освободили за примерное поведение, но сразу же экстрадировали во Францию. Затем панамские власти добились того, что генерала вернули на родину, где ему предъявили обвинения в убийствах политических оппонентов.

Фото: AP/ТАСС
В последние месяцы жизни Норьега находился в столичной больнице святого Фомы, где ему удалили опухоль мозга. После операции начались осложнения, состояние экс-диктатора резко ухудшилось.
О смерти Норьеги сообщил действующий президент Панамы Хуан Варела. «Смерть Мануэля Норьеги закрывает страницу в истории нашей страны», - написал панамский лидер в Twitter.
Muerte de Manuel A. Noriega cierra un capítulo de nuestra historia; sus hijas y sus familiares merecen un sepelio en paz.
— Juan Carlos Varela (@JC_Varela)
Панама-Сити , Панама
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field "wikibase" (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field "wikibase" (a nil value).
Мануэ́ль Анто́нио Норье́га Море́но (исп. Manuel Antonio Noriega ; 11 февраля , Панама , Панама) - панамский военный и государственный деятель, главнокомандующий Национальной гвардией Панамы, де-факто руководитель Панамы в -1989 годах . Официально не занимал никаких государственных должностей, однако имел титул «Высший лидер национального освобождения Панамы» .
Свергнут в 1989 году в результате военной операции США в Панаме .
Биография
После получения среднего образования в Национальном институте Панамы окончил военное училище Чорильос в Перу. В 1962 году в звании младшего лейтенанта начал службу во втором военном округе Национальной гвардии, впоследствии получил звание капитана и должность командующего батальоном. В 1968 году, в звании майора Национальной гвардии, поддержал военный переворот, осуществленный генералом Омаром Торрихосом и был назначен командующим военной зоной в северо-восточной провинции Чирики . После поддержки О. Торрихоса во время попытки военного переворота в декабре 1969 года был назначен на должность руководителя Управления военной разведки и контрразведки Генерального штаба .
После гибели Торрихоса в авиакатастрофе в (по одной из версий, организованной Норьегой ) был назначен начальником генерального штаба вооруженных сил при новом военном правительстве. В стал командующим национальной гвардией, а вскоре главнокомандующим Силами национальной обороны Панамы и де-факто руководителем Панамы.
Вначале был союзником США в Латинской Америке и активно сотрудничал с ЦРУ с конца 1950-х, а в 1967 году даже стал получать приличное жалование по контракту, но в 1988 году Администрация по борьбе с наркотиками США обвинила его в употреблении и торговле наркотиками.
Свергнут в декабре 1989 в ходе агрессии США (операция «Just Cause»), имевшей целью его смещение, Норьега был арестован 4 января 1990 года , через несколько дней после вторжения американских войск в Панаму. Он добровольно сдался воинским подразделениям США, которые в течение нескольких дней блокировали резиденцию папского нунция, где он укрывался. Генерала на вертолете доставили на базу ВВС США «Говард» в зоне Панамского канала, а оттуда переправили в Майами. 10 июля 1992 г. он был приговорен американским судом к 40 годам лишения свободы за торговлю наркотиками и вымогательство, однако за длительное сотрудничество с ЦРУ срок заключения ему был уменьшен до 30 лет. Заключение отбывал в тюрьме штата Флорида. По завершении судебного процесса ему был присвоен статус военнопленного, благодаря чему он отбывал наказание в более комфортабельной камере и в соответствии с Женевской конвенцией не подлежал выдаче третьей стороне.
В играх
Напишите отзыв о статье "Норьега, Мануэль"
Примечания
Ссылки
Для улучшения этой статьи желательно :
|
Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field "wikibase" (a nil value).
|
||||||||||||
Отрывок, характеризующий Норьега, Мануэль
– Мой дом, как и всё то, что находится внутри него, Ваше святейшество, после смерти моего горячо любимого мужа, Джироламо, принадлежит моей дочери Анне, пока она жива! – возмущённо воскликнула я. – Или «святая» церковь уже не считает её жильцом на этом свете?!Внутри у меня всё кипело, хотя я прекрасно понимала, что, злясь, я только усложняла своё и так уже безнадёжное, положение. Но бесцеремонность и наглость Караффы, я уверена, не могла бы оставить спокойным ни одного нормального человека! Даже тогда, когда речь шла всего лишь о поруганных, дорогих его сердцу воспоминаниях...
– Пока Анна будет жива, она будет находиться здесь, мадонна, и служить нашей любимой святейшей церкви! Ну, а если она, к своему несчастью, передумает – ей, так или иначе, уже не понадобится ваш чудесный дом! – в бешенстве прошипел Караффа. – Не переусердствуйте в своём рвении найти справедливость, Изидора! Оно может лишь навредить вам. Моё долготерпение тоже имеет границы... И я искренне не советую вам их переступать!..
Резко повернувшись, он исчез за дверью, даже не попрощавшись и не известив, как долго я могу оставаться одна в своём, так нежданно воскресшем, прошлом...
Время остановилось... безжалостно швырнув меня, с помощью больной фантазии Караффы, в мои счастливые, безоблачные дни, совсем не волнуясь о том, что от такой неожиданной «реальности» у меня просто могло остановиться сердце...
Я грустно опустилась на стул у знакомого зеркала, в котором так часто когда-то отражались любимые лица моих родных... И у которого теперь, окружённая дорогими призраками, я сидела совсем одна... Воспоминания душили силой своей красоты и глубоко казнили горькой печалью нашего ушедшего счастья...
Когда-то (теперь казалось – очень давно!) у этого же огромного зеркала я каждое утро причёсывала чудесные, шёлковистые волосы моей маленькой Анны, шутливо давая ей первые детские уроки «ведьминой» школы... В этом же зеркале отражались горящие любовью глаза Джироламо, ласково обнимавшего меня за плечи... Это зеркало отражало в себе тысячи бережно хранимых, дивных мгновений, всколыхнувших теперь до самой глубины мою израненную, измученную душу.
Здесь же рядом, на маленьком ночном столике, стояла чудесная малахитовая шкатулка, в которой покоились мои великолепные украшения, так щедро когда-то подаренные мне моим добрым мужем, и вызывавшие дикую зависть богатых и капризных венецианок в те далёкие, прошедшие дни... Только вот сегодня эта шкатулка пустовала... Чьи-то грязные, жадные руки успели «убрать» подальше все, хранившееся там «блестящие безделушки», оценив в них только лишь денежную стоимость каждой отдельной вещи... Для меня же это была моя память, это были дни моего чистого счастья: вечер моей свадьбы... рождение Анны... какие-то мои, уже давно забытые победы или события нашей совместной жизни, каждое из которых отмечалось новым произведением искусства, право на которое имела лишь я одна... Это были не просто «камни», которые стоили дорого, это была забота моего Джироламо, его желание вызвать мою улыбку, и его восхищение моей красотой, которой он так искренне и глубоко гордился, и так честно и горячо любил... И вот теперь этих чистых воспоминаний касались чьи-то похотливые, жадные пальцы, на которых, съёжившись, горько плакала наша поруганная любовь...
В этой странной «воскресшей» комнате повсюду лежали мои любимые книги, а у окна грустно ждал в одиночестве старый добрый рояль... На шёлковом покрывале широкой кровати весело улыбалась первая кукла Анны, которой было теперь почти столько же лет, как и её несчастной, гонимой хозяйке... Только вот кукла, в отличие от Анны, не знала печали, и её не в силах был ранить злой человек...
Я рычала от невыносимой боли, как умирающий зверь, готовый к своему последнему смертельному прыжку... Воспоминания выжигали душу, оставаясь такими дивно реальными и живыми, что казалось, вот прямо сейчас откроется дверь и улыбающийся Джироламо начнёт прямо «с порога» с увлечением рассказывать последние новости ушедшего дня... Или вихрем ворвётся весёлая Анна, высыпая мне на колени охапку роз, пропитанных запахом дивного, тёплого итальянского лета...
Это был НАШ счастливый мир, который не мог, не должен был находиться в стенах замка Караффы!.. Ему не могло быть места в этом логове лжи, насилия и смерти...
Но, сколько бы я в душе не возмущалась, надо было как-то брать себя в руки, чтобы успокоить выскакивающее сердце, не поддаваясь тоске о прошлом. Ибо воспоминания, пусть даже самые прекрасные, могли легко оборвать мою, и так уже достаточно хрупкую жизнь, не позволяя покончить с Караффой... Потому, стараясь как-то «оградить» себя от дорогой, но в то же время глубоко ранящей душу памяти, я отвернулась, и вышла в коридор... Поблизости никого не оказалось. Видимо Караффа был настолько уверен в своей победе, что даже не охранял входную в мои «покои» дверь. Или же наоборот – он слишком хорошо понимал, что охранять меня не имело смысла, так как я могла «уйти» от него в любой, желаемый мною момент, несмотря ни на какие предпринимаемые им усилия и запреты... Так или иначе – никакого чужого присутствия, никакой охраны за дверью «моих» покоев не наблюдалось.
Тоска душила меня, и хотелось бежать без оглядки, только бы подальше от того чудесного призрачного мира, где каждое всплывшее воспоминание забирало капельку души, оставляя её пустой, холодной и одинокой...
Понемногу приходя в себя от так неожиданно свалившегося «сюрприза», я наконец-то осознала, что впервые иду одна по чудесно расписанному коридору, почти не замечая невероятной роскоши и богатства караффского дворца. До этого, имея возможность спускаться только лишь в подвал, или сопровождать Караффу в какие-то, его одного интересующие встречи, теперь я удивлённо разглядывала, изумительные стены и потолки, сплошь покрытые росписями и позолотой, которым, казалось, не было конца. Это не был Ватикан, ни официальная Папская резиденция. Это был просто личный дворец Караффы, но он ничуть не уступал по красоте и роскоши самому Ватикану. Когда-то, помнится, когда Караффа ещё не был «святейшим» Папой и являл собою лишь ярого борца с «распространявшейся ересью», его дом был более похож на огромную крепость аскета, по настоящему отдававшего жизнь за своё «правое дело», каким бы абсурдным или ужасным для остальных оно не являлось. Теперь же это был богатейший, «вкушающий» (с удовольствием гурмана!) свою безграничную силу и власть, человек... слишком быстро сменивший образ жизни истинного «монаха», на лёгкое золото Ватикана. Он всё так же свято верил в правоту Инквизиции и человеческих костров, только теперь уже к ним примешивалась жажда наслаждения жизнью и дикое желание бессмертия, ... которого никакое золото на свете (к всеобщему счастью!) не могло ему купить.
