Анна Стюарт 1665-1714 Последнюю представительницу протестантской линии династии Стюартов обвиняли в посредственности и подчинении влиянию фрейлин, однако в действительности она была ловким монархом, которому были нипочем как существенные изменения во внутренней

Стюарт Бранд Стюарт Бранд, этот долговязый энтузиаст с лучезарной улыбкой, кочевал из одной контркультурной тусовки в другую, везде появляясь неожиданно, будто материализовался из воздуха по мановению волшебной палочки. Он сильнее всех приветствовал союз инженеров и

Впервые в истории нации суд над короной

Судебный процесс, в результате которого король Англии Карл 1 Стюарт был приговорен к смертной казни, был первым в истории судом, который утвердил право подданных не только подчиняться монаршей милости, но и требовать от короля защиты собственных интересов.

В начале XVII века Англия раньше всех держав Европы вышла на передовые рубежи развития новых промышленных отношений. Зарождающаяся английская буржуазия впервые в истории смогла ощутить свою значимость, а значит, и свое право потребовать от короля защиты собственных интересов. Выразителем этих интересов был парламент, образованный в Англии еще в XIII столетии как орган представительства всех сословий, в том числе английской буржуазии.

Но правившая в те времена династия Стюартов не признавала ограничения абсолютной монархической власти. Борьба между короной и парламентом обострилась уже при первом ее представителе - сыне Марии Стюарт Якове I. В таком же духе был воспитан и его наследник, Карл I, который взошел на трон в 1625 г.

1628 год — молодой король, очень нуждавшийся в средствах для поддержания привычного образа жизни, был вынужден созвать парламент. На первом же его заседании парламентарии подали королю «Петицию о праве», в соответствии с ней любые подати и налоги можно было взыскивать лишь с согласия парламента. Остальные же приношения королю объявлялись незаконными. Но Карл 1 постоянно нарушал принятый закон, а в скором времени совсем распустил парламент.

Следующие 11 лет король правил единолично. Однако в 1637 г. развязалась война между Англией и Шотландией, и Карлу 1 понадобились немалые средства. 1640 год, апрель – король вынужден был снова созвать парламент, для утверждения дополнительных налогов. Но парламент, защищая интересы буржуазии, не стал поддерживать новый законопроект. Ко всему парламентарии начали требовать упразднить чрезвычайные королевские суды, которые король ввел во время своего единоличного правления, а также наказать наиболее ненавистных чиновников. В ответ на это уже 5 мая король распустил и этот парламент, который получил в истории название Короткого.

В этой ситуации Карл явно переоценил свои силы. К осени стало понятным, что королевская власть в Англии пребывает в критическом состоянии - народ не подчинялся королю. Потому в ноябре 1640 г. Стюарт созвал новый парламент, получивший название Долгого (потому как он просуществовал до 1653 г). Карл 1 был вынужден утвердить закон, по которому парламент можно было распустить лишь в соответствии с решением самого же парламента. Все институции королевской власти, а именно Звездная палата и Высокая комиссия, которые были призваны вершить суд в государстве, были распущены. Таким образом абсолютная власть короля была ограничена и монархия стала конституционной.

Король с этим смириться не мог. Им была издана декларация о защите короны от парламента и о формировании королевской армии. После неудачной попытки 4 января 1642 г. арестовать 5 наиболее влиятельных парламентариев по обвинению в государственной измене король вынужден был покинуть столицу, в расчете на поддержку провинций.

В Англии установилось двоевластие. 1642 год, июль — палата общин принимает постановление о создании собственной армии, а Карл 1 в августе в том же году объявил парламенту войну. Это было начало гражданской войны 1642–1646 годах. На стороне монарха были отсталые в экономическом отношении северные и западные графства, а также англиканская церковь. За парламент ратовали экономически развитые юго-западные, а также отдельные промышленные и торговые районы центра и севера государства.

Вначале преимущество было за хорошо обученной королевской армией. Но в 1645 г. оппозиционеры создали постоянную армию с единым командованием и суровой дисциплиной. Во главе армии парламента встал талантливый политик и полководец Оливер Кромвель. Он смог создать военные формирования, которые заслужили славу лучших в Европе.

1645 год, 14 июня — в битве при Несби новая армия парламента смогла разгромить королевские войска. Карлу 1 удалось сбежать в Шотландию, но противник захватил не только артиллерию, боеприпасы и королевские знамена, но еще и секретную переписку королевского кабинета, которая сыграла важную роль в ходе последовавшего в скором времени судебного процесса.

Шотландцы оказались ненадежными союзниками. За 400 000 фунтов стерлингов они выдали Карла парламенту. После чего монарх стал узником. Поначалу местом его пребывания избрали Херсткасл. Сторонники Карла готовили побег. Его племянник, принц Руперт, должен был освободить дядю из замка. Но к тому времени короля перевели и заточить поближе к Лондону (в Виндзорском замке). По дороге к Виндзору во время остановки в Бэгшоте, поместье лорда Ньюберга, гостеприимный хозяин хотел предоставить Карлу одного из лучших скакунов, которыми славились его конюшни.

Тогда никакая погоня не могла бы догнать короля, если бы тот смог решиться на побег. Но начальник стражи Гаррисон предусмотрительно приказал отдать рысака одному из солдат конвоя. А в Виндзоре узника перевели на более строгий режим содержания: число его слуг сократили; оставшихся обязали доносить обо всем, что смогло бы поспособствовать побегу. Дверь в помещение, где находился король, все время была под охраной. Запретили все свидания, а прогулки ограничили террасой замка.

К тому моменту решение о суде над монархом было уже принято. Политическая ситуация в Англии складывалась таким образом. К власти пришла радикальная политическая группировка индепенденты во главе с Оливером Кромвелем. Эта политическая партия выражала интересы радикального крыла буржуазии и нового дворянства (джентри). Она насильственным путем смогла добиться большинства в палате общин.

23 декабря эта палата приняла постановление - оно назвало Карла 1 главным виновником всех несчастий в державе, которая в действительности испытывала огромные трудности, связанные с гражданской войной и ее последствиями. Назначили специальный комитет, который должен был разработать процедуру суда над королем.

Не только в практике английского судопроизводства тех времен, но и вообще европейского, такого рода прецедентов не было. Потому комитет учредил особенную судебную коллегию, а палата общин 28 декабря 1648 г. вынесла постановление о суде над государем.

Такое решение далось парламенту нелегко. Из столицы сбежали многие его члены, в том числе и те, от которых зависела разработка юридических основ будущего процесса. Даже будучи убежденными противниками короля, не все парламентарии смогли выступить против законного монарха.

1649 год, 1 января — палата общин рассмотрела и приняла проект ордонанса, который был представлен подготовительным комитетом.

Он гласил: «Поскольку известно, что Карл 1 Стюарт, теперешний английский король, не довольствуясь многими посягательствами на права и свободы народа, допущенными его предшественниками, задался целью полностью уничтожить древние и основополагающие законы и права этой нации и ввести вместо них произвольное и тираническое правление, ради чего им была развязана ужасная война против парламента и народа, которая опустошила страну, истощила казну, приостановила полезные занятия и торговлю и стоила жизни многим тысячам людей… изменнически и злоумышленно стремился поработить английскую нацию.

На страх всем будущим правителям, которые могут попытаться предпринять что-то подобное, король должен быть привлечен к ответу перед специальной судебной палатой, состоящей из 150 членов, назначенных настоящим парламентом, под председательством двух верховных судей».

Приняли решение создать для суда над королем специальный Верховный суд правосудия.

Уже на другой день палата лордов, состоявшая на тогда всего из 16 человек, получила это постановление и единогласно отвергла его. Парламентарии-аристократы считали, что король обладает большими правами, чем парламент, и имеет право его распустить. А граф Нортумберленд, убежденный сторонник парламента, заявил: «Навряд ли даже один человек из двадцати согласится с утверждением, что король, а не парламент развязал войну. Без предварительного выяснения этого обстоятельства нельзя короля обвинить в государственной измене».

Так, представленный палатой общин законопроект, не получил юридической силы. Тогда 4 января 1649 г. палата общин объявила себя носителем верховной власти в стране. Права короля и палаты лордов ограничили. Источником любой законной власти объявили народ, а высшей властью - его избранники в лице членов палаты общин.

Несмотря на значительное недовольство королевской политикой у большинства населения, собрать Верховный суд правосудия оказалось делом не простым. Часть назначенных палатой общин судей отказались брать участие в судебном процессе. А один из них, Сидней, прямо заявил председателю суда Дж. Бредшоу, что «никакой суд вообще не имеет права судить короля, а такому, как этот суд, никого судить нельзя». Он фактически признал Верховный суд правосудия нелегитимным органом.

В ответ палата общин приняла постановление, которое давало право вынести приговор даже в том случае, если решение принимали даже 20 его членов (окончательное количество судей должно было составить 135 человек). При этом, вопреки существующей в Англии системе судопроизводства, судьи Верховного суда правосудия являлись одновременно и присяжными заседателями. (Это сводило к нулю сам принцип института присяжных заседателей.)

1649 год, 19 января – короля перевезли из Виндзора в Лондон. А на другой день начался суд, который заседал всего пять дней. Вначале зачитали парламентский акт, который утверждал полномочия суда. После ввели обвиняемого. Король вошел и, не снимая шляпы, направился к предназначенному ему креслу, подчеркивая таким образом, что не признает правомочие суда.

Монарху был зачитан обвинительный акт. Карла 1 обвиняли в государственной измене, стремлении присвоить себе неограниченную и тираническую власть, уничтожить права и привилегии народа, развязать гражданскую войну, подготовить иноземное вторжение в Англию. Карл был объявлен ответственным «за все измены, убийства, насилия, пожары, грабежи, убытки причиненные нации» во время войны. Его объявили «тираном, изменником, публичным и беспощадным врагом английского народа».

Король несколько раз безуспешно попытался прервать чтение. Председатель суда Бредшоу предложил королю прокомментировать предъявленные обвинения. Но тот, по-прежнему не признавая законности суда, потребовал от судей объяснений. Его интересовало, какая законная власть призвала его в этот зал. Ведь в его глазах единственной законной властью был он сам.

Суд ответа не дал. Пылкую речь Карла, которую он заготовил, прервали в самом начале. Под крики солдат «Правосудие, правосудие!» короля удалили из зала. Бредшоу явно не хотел, чтобы присутствующие смогли услышать из уст подсудимого, что он не может быть судим ни одним из английских судов, тем более таким, который создан без участия палаты лордов.

Судьи оказались в крайне затруднительном положении. Отказ Карла 1 отвечать на предъявленные обвинения не давал возможности провести судебный процесс и, в первую очередь, заслушать свидетелей и речь обвинителя. Без этого нельзя было выносить смертный приговор, а это и было основная цель парламентариев. Процедуру суда надо было продолжать любой ценой.

Короля предупредили: его молчание суд расценит как признание вины. Но монарх продолжал занимать прежнюю позицию: он не признавал законности суда над ним. Тогда обвинитель предложил заслушать свидетелей без объяснений подсудимого. По его мнению, вина государя была слишком очевидна, чтобы соблюдать принятые нормы.

На протяжении двух дней были допрошены 33 свидетеля. Их показания заслушивались на публичном заседании суда при огромном стечении народа. Допросы свидетелей продолжались два дня. 25 января показания свидетелей были зачитаны на публичном заседании суда. Но, учитывая масштаб процесса, их все же нельзя было признавать основанием для вынесения смертного приговора.

Большинство свидетелей говорило об участии короля в сражениях против собственных подданных. Лондонский ткач Ричард Бломфилд засвидетельствовал, что королевские солдаты грабили захваченных в плен в присутствии Карла. Другой свидетель, крестьянин из Рэтленда, рассказал о резне защитников города Лейстера. По его свидетельствам, государь в ответ на протесты одного из офицеров своей армии сказал: «Меня мало беспокоит, если их будет вырезано в три раза больше - они мои враги». Этого, по мнению суда, было достаточно, чтобы обвинить короля в тирании и убийстве собственных подданных (хотя в равной степени в развязывании гражданской войны был виноват и парламент).

Но в стране по-прежнему было немало роялистов и противников суда над монархом. Среди них было много священников, которые проводили агитацию за короля не только во время проповедей, но и на улицах и площадях городов. Европейские державы также пытались оказать давление на парламент. У английских берегов курсировал флот племянника Карла, принца Руперта. Король Франции издал манифест, осуждавший процесс. А Генеральные штаты Голландии направили в столицу Англии двух послов. Они должны были склонить парламент к отказу от суда.

Все это, однако, не смогло повлиять на ситуацию. 27 января состоялось последнее судебное заседание. Карлу было предоставлено последнее слово. Король просил выслушать его в присутствии парламентариев обеих палат. Многие члены суда склонялись к тому, чтобы удовлетворить желание подсудимого. Однако инициативу перехватил Кромвель, который также находился в зале суда. Он заявил, что ни одному слову короля нельзя верить, что невозможно ожидать ничего хорошего от человека, которого отверг Бог. Просьбу монарха отклонили.

Потом выступил Бредшоу. Он заявил: «Имеется договор, который заключен между королем и его народом, и обязательства, из него вытекающие, обоюдосторонние. Обязанность суверена защищать свой народ, обязанность народа - верность суверену. Если король однажды нарушил свою клятву и свои обязательства, он уничтожил свой суверенитет». Итак, по его твердому убеждению, судьи творили великое дело справедливости.

В заключение зачитали приговор. Он гласил: «Упомянутый Карл 1 Стюарт, как тиран, изменник, убийца и публичный враг, присуждается к смертной казни через отсечение головы от туловища». Под документом стояли только 59 подписей.

Казнь назначили на 30 января 1649 г. В два часа пополудни одетый во все черное король появился на площади, где был построен эшафот. Его окружали несколько шеренг кавалерии, которые отделяли толпу от места казни. Зрители заполняли не только площадь. Многие наблюдали за происходящим с балконов, крыш домов и уличных фонарей.

На помосте в одежде моряков, с наклеенными бородами и усами, в масках находились палач и его помощник. Король взошел на эшафот, достал из кармана сложенный листок бумаги и зачитал прощальное слово. Никто кроме охраны его не мог услышать. А спустя минуту помощник палача, исполняя свои обязанности, поднял за волосы отрубленную голову казненного Карла 1 и показал ее толпе.

Казнь Карла 1 не принесла английскому народу облегчения. Спустя 10 лет королевская власть была реставрирована. В Англию возвратился наследник престола, сын Карла I, которого короновали как Карла II. Он отдал приказ судить всех, принимавших участие в суде над отцом. На допросах многие из них говорили, что протестовали против приговора. Тело главного вдохновителя суда и казни монарха, Оливера Кромвеля в годовщину смерти Карла 1 извлекли из могилы. Труп повесили, а потом отрубили ему голову. Туловище зарыли в яме, выкопанной под виселицей. А насаженная на копье голова еще на протяжении долгого времени пугала пустыми глазницами прохожих возле Вестминстера.

Революция в Англии. Суд и казнь Карла I

Пока в Уайтхолле денно и нощно велась подготовка суда, Карла I решено было перевести поближе к Лондону. Новым местом заключения был избран Виндзорский замок. Миссия перевода короля из Херсткасла в Виндзор, чреватая многими осложнениями, была возложена на полковника Гаррисона, одного из ближайших сподвижников Кромвеля . Сторонники короля готовили его побег.

Одним из вариантов его было нападение племянника Карла I принца Руперта на Херсткасл, но он опоздал: короля там уже не оказалось. Вторая попытка его захватить была предпринята во время остановки в Бэгшоте, в поместье лорда Ньюберга. Под предлогом необходимости сменить коня, на котором в пути восседал король, предполагалось дать ему рысака из знаменитой конюшни гостеприимного хозяина. На нем он в случае погони был бы недосягаем. Гаррисон рысака с благодарностью принял, но королю велел дать коня одного из солдат конвоя. Недалеко от Виндзора между Карлом и Гаррисоном состоялась любопытная беседа. «Я слышал,- сказал Карл,- что вы участвуете в заговоре, имеющем цель меня убить». Гаррисон ответил: «Что касается меня, то я презираю столь низкие и скрытые предприятия». Король может на этот счет быть спокоен. То, что с ним произойдет, «будет происходить на глазах всего мира».

В Виндзоре охрана узника была поручена полковнику Томлинсону. Он получил инструкции перевести короля на более строгий режим: сократить число его слуг, постоянно охранять дверь, за которой находился Карл , один офицер должен днем и ночью находиться с королем. Прогулка разрешалась только на террасе замка. Запрещались свидания. Слуги короля под присягой обязывались немедленно доносить все, что узнают о готовящемся побеге.

Отныне подготовка суда была ускорена. Члены Военного совета перешли на казарменный режим. Днем многие из них в качестве членов парламента заседали в палате общин, ночью - в Армейском совете. Здесь царили общее возбуждение и напряженность. Спали урывками. А политические страсти вокруг готовящегося суда только разгорались. Между тем парламент как механизм власти был по существу парализован. Заседания палаты общин зачастую не собирали кворума, необходимого для вотирования рассматриваемых вопросов,- 40 членов.

Когда же 23 декабря палата постановила создать комитет для рассмотрения вопроса, каким образом король может быть привлечен к судебной ответственности, началось повальное бегство из Лондона членов парламента - наиболее опытных юристов и клерков, т. е. именно тех, от кого зависела разработка юридической формулы суда. Лондон покинули Селден, Уайтлок, Уолдрингтон. От участия в суде отказались верховные судьи Генри Ролл, Оливер Сент-Джонс, Джон Уилд. Все они были назначены на эти должности парламентом, находились у него на службе как убежденные противники королевской прерогативы, и тем не менее все они не пожелали стать участниками суда. Где для них проходила грань между правом воевать против короля и правом его судить, между корыстью и принципами, каковы на деле были эти принципы? На все эти вопросы трудно ответить.

1 января 1649 г. Генри Мартен внес в палату общин от имени «подготовительного комитета» проект ордонанса, гласившего:

«Поскольку известно, что Карл Стюарт, теперешний король Англии, не довольствуясь многими посягательствами на права и свободы народа, допущенными его предшественниками, задался целью полностью уничтожить древние и основополагающие законы и права этой нации и ввести вместо них произвольное и тираническое правление, ради чего он развязал ужасную войну против парламента и народа, которая опустошила страну, истощила казну, приостановила полезные занятия и торговлю и стоила жизни многим тысячам людей... изменнически и злоумышленно стремился поработить английскую нацию... На страх всем будущим правителям, которые могут пытаться предпринять нечто подобное, король должен быть привлечен к ответу перед специальной судебной палатой, состоящей из 150 членов, назначенных настоящим парламентом, под председательством двух верховных судей».

Это в высшей степени важный и весьма любопытный исторический документ. Прежде всего в нем четко и недвусмысленно осуждался абсолютизм как политическая (государственная) система, вместе с тем в нем не осуждалась королевская власть как таковая. Англия и впредь мыслилась монархией. Карл I привлекался к суду за злоупотребления королевской властью, но и на скамье подсудимых он оставался королем, более того, именно в качестве злоупотребившего властью короля он должен был предстать перед судом.

Но события явно опережали замыслы: они вели за собой вперед даже самых трусливых индепендентов армии и парламента.

Дело в том, что приведенное нами постановление палаты общин могло приобрести силу закона, только будучи одобренным палатой лордов. Эта палата начиная с 1642 г. (т. е. первой гражданской войны короля и парламента) существовала скорее формально, нежели фактически. Абсолютное большинство пэров, оказавшись, как и следовало ожидать, на стороне короля, покинуло Вестминстер - 80 из 100 членов палаты лордов. К концу 1648 г. в палате лордов обычно заседало шесть лордов под председательством графа Манчестера. В середине декабря лорды прервали свою сессию в связи с рождественскими праздниками. 2 января 1649 г. в палату ввиду исключительной важности вопроса явилось 12 лордов. Интереснее всего, как они повели себя в столь щекотливом деле. Граф Манчестер, командовавший парламентскими частями так называемой Восточной ассоциации в войне против короля, заявил теперь: «Один король имеет право созывать или распускать парламент, и поэтому абсурдно обвинять его в измене парламенту, над которым он возвышался как высшая юридическая власть в стране». Граф Норсемберленд, поддерживавший парламент на протяжении всей гражданской войны, выразил свое мнение следующим образом: «Вряд ли даже один человек из 20 согласится с утверждением, что король, а не парламент развязал войну. Без предварительного выяснения этого обстоятельства невозможно короля обвинить в государственной измене». Приблизительно так же повели себя и другие пэры.

В результате палата лордов единодушно отвергла предложенный палатой общин ордонанс о привлечении Карла I к суду. Вслед за этим лорды объявили о недельном перерыве в заседаниях и поспешно покинули столицу. Однако «очищенная Прайдом» палата общин была готова к такому ходу событий. 4 января она декларировала, что в качестве единственно избранной народом палаты, а народ - источник всякой справедливой власти, она является высшей властью в стране и ее решения не нуждаются в подтверждении никакой другой палаты. Из списка членов специального суда были вычеркнуты значившиеся там немногие имена пэров. Это был поистине исторический шаг.

Официальное провозглашение принципа «народ - источник всякой власти под богом» было не только вынужденным конституционным актом с целью устранить из будущего государственного устройства палату лордов, вместе с тем оно ярче всего свидетельствовало о том, где следует искать источник политической смелости и решительности организаторов суда. Беспрецедентный шаг в политике был возможен только как выражение воли взявшегося за оружие народа Англии.

Этим конституционным актом совершилось нечто непредвиденное для его авторов и вдохновителей: перечеркивалась старая, монархическая конституция Англии, согласно которой парламент законодательствует в составе двух палат во главе с королем. Отныне парламент фактически провозгласил себя однопалатным. Следовательно, формально республиканский строй был на деле введен намного раньше официального объявления Англии республикой, а палаты лордов - несуществующей. 6 января палата общин приняла акт об учреждении специальной высшей судебной палаты для суда над королем в составе 135 членов, назначенных парламентом.

Этим были окончательно пресечены все попытки повлиять на парламент и армию с целью не допустить суда. А подобных попыток было множество. С личными посланиями к парламенту и к Ферфаксу обратилась находившаяся в Париже жена Карла I королева Генриетта-Мария. Французский резидент в Лондоне сделал по тому же поводу официальное представление парламенту от имени своего правительства. Шотландские комиссары в Лондоне просили палату общин не допустить суда. Уличные проповеди врагов армии - пресвитериан, обширный поток листков, пресвитерианских и роялистских, увещевали, грозили, запугивали смертным грехом «пролития невинной крови», «египетскими казнями неминуемого возмездия». Англия, и прежде всего столица, наполнилась тревожными и противоречивыми слухами. Улицы и площади напоминали муравейники. Все жадно ловили новости, где-то раздавались крики глашатаев, возникали свалки и уличные драки. Но несколько полков, размещенных в городе, быстро восстанавливали порядок.

Характерно, что в эти критические дни «умыл руки» - уехал на север «по личным делам» - не кто иной, как Джон Лильберн, прославленный левеллер, поборник «прирожденных прав» бедного люда Англии. Что руководило им? Ведь он был убежденным врагом монархии и тирании палаты лордов, требовал учреждения республики с однопалатным парламентом в дни, когда Кромвель и Айртон были еще откровенными монархистами и сторонниками традиционной конституции. Вероятнее всего Лильберн окончательно и бесповоротно разуверился в демократизме «своих недавних союзников - офицерской верхушки». Он опасался, что казнь короля приведет к установлению в стране открытой, ничем не ограниченной диктатуры офицеров- грандов, и не желал своими руками ковать «новые цепи Англии». Когда же его опасения сбылись, Лильберн публично признал казнь короля незаконным актом и предпочел традиционную монархию произволу офицерского совета.

Наконец, среди судей короля не оказалось еще одного выдающегося деятеля партии индепендентов - члена парламента сэра Генри Вэна. И это поразительно, поскольку незадолго до этого он употребил все свое влияние и красноречие, чтобы добиться отмены парламентом соглашения пресвитериан с королем. Однако после «Прайдовой чистки» палаты он перестал посещать ее заседания. Он был против суда над королем не из политических принципов, а в силу того, что считал незаконным актом насильственное «очищение палаты» Прайдом. Открытое нарушение армией парламентской привилегии предвещало характер правления, которое должно было в недалеком будущем установиться в стране. И Вэн не желал участвовать в учреждении военной диктатуры, вынося смертный приговор Карлу I .

Обратимся теперь к тем, кто не ушел, по политическим или личным мотивам не мог уйти от организации суда. Далеко не всем сторонникам парламента это бремя было по плечу, ибо одно дело - выступить, даже с мечом в руках, против произвольного правления короля и совсем иное дело - замахнуться этим мечом на голову венценосца.

Тем временем список 135 членов специальной судебной палаты был опубликован. Он открывался знатным именем Томаса Ферфакса, хотя его баронский титул шотландского, а не английского происхождения. Затем следовали лорд Мусой, чей титул был ирландского происхождения, и два старших сына английских пэров: лорда Грея и лорда Лесли. Наконец, список «знатных судей» включал 11 баронетов, чьи титулы были в большинстве случаев в недавнем прошлом куплены за деньги.

Далее мы находим в числе судей представителей джентри многих графств и благопристойных мэров и олдерменов важнейших городов (Йорка, Ньюкасла, Гулля, Ливерпуля, Кембриджа, Дорчестера и др.). Одним словом, составители списка явно заботились о том, чтобы представить суд делом общенациональным, делом всего английского народа. Председателем был назначен верховный судья Чешира Джон Бредшоу, поскольку верховные судьи Англии, как мы видели, от этой миссии решительно отказались.

Первое заседание Высшей палаты правосудия (как именовался трибунал) состоялось 8 января в Вестминстерском дворце. На нем были назначены судьи для составления формулы обвинения короля - ими оказались Джон Кук, Энтони Стил, Джон Эле и ученый, иммигрант из Голландии, Исаак Дорислау.

19 января настало время переправить узника из Виндзора к месту суда. В замок была подана карета с шестеркой лошадей; по обеим сторонам дороги до внешних ворот замка стояли шеренги мушкетеров, и, как только карета покинула замок, ее окружил отряд кавалерии под командой Гаррисона. Когда короля доставили к Темзе, его перевели на поджидавшую у берега баржу, которую сопровождали по реке боты с солдатами на борту. У пристани сэра Роберта Коттона короля высадили на берег и между двумя сомкнутыми шеренгами пехотинцев доставили в дом, избранный в качестве местопребывания Карла на время суда. Охрану дома круглосуточно несли 200 пехотинцев и отряд кавалерии. 20 января, около двух часов пополудни, члены суда, предшествуемые 20 стражами, вооруженными алебардами, и клерками, несшими меч и скипетр - знаки высшей власти, вошли в зал и заняли свои места. Их скамьи были покрыты красным сукном. Кресло председателя стояло на возвышении. С обеих сторон его располагались кресла двух его помощников - Уильяма Сея и Джона Лесли. Все трое были в черных судейских мантиях. Перед ними находился стол секретаря и несколько поодаль - обитое красным кресло для подсудимого. Сначала был зачитан акт парламента, согласно которому суд получил свои полномочия. Затем Бредшоу велел привести обвиняемого. В ожидании его секретарь приступил к перекличке членов суда. Когда было названо имя Ферфакса, женщина в маске, находившаяся в одной из ближайших галерей, что-то закричала. Это была леди Ферфакс, произнесшая ставшую знаменитой фразу: «Он слишком умен, чтобы здесь находиться». Но вот появился король в черном платье, окруженный 12 солдатами. В знак непризнания полномочий суда он нарочито не снимал шляпы. Не глядя по сторонам, Карл быстро прошел и сел в предназначенное для него кресло спиной к публике. Охрана заняла свои места у барьера.

Бредшоу заговорил: «Карл Стюарт, король Англии, общины Англии, собранные в парламенте... в соответствии со своим долгом перед богом, нацией и перед самими собою, в соответствии с властью и доверием, которыми наделил их народ, учредили эту высшую палату правосудия, перед которой вы предстали. Выслушайте предъявленное вам обвинение». Со своего места поднялся обвинитель Джон Кук и произнес: «Милорды, именем общин Англии и всего народа страны я обвиняю присутствующего здесь Карла Стюарта в государственной измене. Именем общин Англии я желаю, чтобы обвинение было зачитано».

Во время чтения король несколько раз пытался прервать читающего, но безуспешно.

Главные пункты обвинения гласили: «Как король Англии, Карл был наделен ограниченной властью управлять страной в согласии с законами, и не иначе. Однако он возымел коварную цель учредить и присвоить себе неограниченную и тираническую власть, дабы управлять по произволу, уничтожив права и привилегии народа; преследуя эту цель, он изменнически и злоумышленно объявил войну парламенту и народу, в нем представленному». Затем Карл обвинялся в подготовке «иноземного вторжения» в Англию, указывалось на преступность развязанной им второй гражданской войны. «И все это принималось с единственной целью отстаивания личного интереса, произвола и претензии на прерогативы для себя и королевской фамилии в ущерб публичному интересу, общему праву, свободе, справедливости и миру народа этой страны». Итак, «Карл ответствен за все измены, убийства, насилия, пожары, грабежи, убытки... причиненные нации в указанных войнах». Именем народа Англии «упомянутый Карл призван к ответу как тиран, изменник, публичный и беспощадный враг английского государства».

Казнь произошла 30 января 1649 г. День выдался на удивление морозный. Темза покрылась льдом. На площади, с трех сторон огороженной зданиями королевского дворца Уайтхолл, раздавался стук топоров - шли последние приготовления к публичной казни. Здесь сооружался помост, на котором Карл должен был умереть. В два часа пополудни король, одетый в черное, в сопровождении усиленного военного конвоя появился на площади. Помост был окружен несколькими шеренгами кавалерии, отделявшей место казни от зрителей. Вся площадь была запружена народом, многие забрались на уличные фонари, балконы и крыши окружающих домов. На помосте стояли наготове палач и его помощник. В обязанности последнего входило поднять высоко отрубленную голову, выкрикивая: «Вот голова изменника!» Они были в полумасках и к тому же загримированы (им приклеили усы и бороды), в одежде моряков. Помост был задрапирован черным. Король взошел на эшафот в сопровождении епископа, избранного им в духовники. Оглядевшись вокруг, он вынул из кармана сложенный лист и обратился к охране, ибо другие его не могли расслышать, с «прощальным словом». Затем, опустившись на колени, он положил голову на плаху и через несколько мгновений вытянул вперед руки - это был знак палачу, и тот одним взмахом топора отрубил ему голову.

Дело было сделано. Кавалерия быстро рассеяла толпу, и площадь опустела. Этим актом первая социальная революция Нового времени наиболее зримо раскрыла ряд связей, от которых более чем непозволительно отвлекаться при анализе истории ее и ей подобных: во-первых, революция, если она действительно является народной, не может не отразить ступень цивилизованности ее вершителей; во-вторых, народные низы веками проходили школу жестокости, проявлявшейся к ним властями предержащими, могли ли они забыть эти уроки в момент, когда одерживали верх над теми, кто в этой этике их наставлял столь долго; наконец, в-третьих, действительно великие революции, открывающие новые всемирно-исторические эпохи, взламывающие цитадель старого порядка, сталкиваются с ожесточенным сопротивлением его вершителей и хранителей; отважившиеся восстать ввергаются в кровавую гражданскую бойню. Таков ход истории: народы-пионеры дорогой ценой оплачивают прогресс всего человечества.

Легальные и нелегальные печатные листки быстро разнесли по всей стране весть о случившемся. Впечатление от этого события было громадным. Жителю удаленных от Лондона графств трудно было поверить в его реальность. «Сосед, встречая соседа на улице, с трудом с ним заговаривает, и это не столько от ужаса перед совершившимся, сколько от удивления, что такое неслыханное дело все же свершилось» - так житель Йоркшира рисует реакцию на казнь короля.

Карла казнили как короля, однако и после его казни Англия еще оставалась монархией. Республика провозглашена не была. Тем самым существовала юридическая возможность для сторонников короля немедленно провозгласить королем наследника короны, находившегося в эмиграции принца Уэльского - будущего Карла II . Парламент буквально в день казни спохватился и наскоро вотировал билль, запрещавший подобного рода акт под страхом сурового наказания. Лорд-мэр столицы, известный своими роялистскими симпатиями, отказался его провозгласить.

Прошло немало дней, пока «цареубийцы» во главе с Кромвелем убедились, что им волей-неволей придется стать номинальными республиканцами.

Карл I (1600-1649), английский король (с 1625 г.) из династии Стюартов.

Подобно отцу, Карл был убеждённым приверженцем абсолютной монархии. Парламент рассматривался им лишь как вспомогательный инструмент государственной машины. Это вызывало крайнюю настороженность в палате общин, наделённой властью финансировать корону.

Вносившиеся Карлом в парламент запросы о субсидиях, необходимых для ведения войны с Испанией и Францией, оставались без ответа. Раздражение парламентариев вызывал также первый министр - герцог Бэкингем, фактически правивший страной (в 1628 г. он был убит). После его гибели Карл, взяв бразды правления в свои руки, заключил мир с внешними врагами.

Король являлся сторонником усиления власти епископов в Англиканской церкви, что рассматривалось пуританами (ортодоксальные протестанты) как папизм. Женатый на католичке, французской принцессе Генриетте, Карл и в самом деле выступал за смягчение отношения к католикам в Англии. Подобная терпимость вызывала возмущение пуритан, постепенно завоевавших большинство в палате общин. Карл четырежды распускал парламент, в промежутках между сессиями проводя жёсткую налоговую политику. С другой стороны, желая добиться субсидий, он вновь и вновь созывал парламент, идя на беспрецедентные в английской истории уступки. Самой значительной из них явилось утверждение «Петиции о праве» (1628 г.), гарантировавшей неприкосновенность личности.

В 1639 г. попытка поставить англиканских епископов над шотландскими пуританами вызвала мятеж. Король, потерпев поражение в войне с шотландцами, вновь был вынужден прибегнуть к помощи парламента. Так называемый Долгий парламент, собравшийся в Лондоне в 1640 г., опираясь на поддержку горожан, поставил Карла в полную зависимость от себя. Король шёл на новые и новые уступки. По требованию парламента он даже отправил на эшафот Страффорда - своего ближайшего сподвижника и личного друга. Парламент между тем выдвигал очередные требования, касавшиеся ограничения королевской власти и отмены епископата. Ситуацию усугубило восстание католиков в Ирландии - пуритане обвиняли Карла в причастности к мятежу.

В 1642 г. король попытался перехватить инициативу и арестовать пуританских вождей. Когда попытка не удалась, он покинул Лондон и начал армейский набор. В Англии разразилась гражданская война. Сперва успех был на стороне Карла, но в 1645 г. в битве при городе Незби его войска потерпели поражение. В 1646 г. король сдался шотландцам, которые передали его парламенту за 400 тыс. фунтов. После этого Карл окончательно превратился в пленника и игрушку враждующих парламентских партий.

Индепенденты (ортодоксальные пуритане) во главе с О. Кромвелем в 1647 г. захватили короля, используя его для шантажа парламентского большинства. После вступления армии Кромвеля в Лондон Карлу удалось бежать на остров Уайт. Отсюда он пытался добиться объединения своих сторонников с пресвитерианами (умеренные пуритане). Но эти планы сорвались.