Альфред Розенберг: почему ненавидел русских

Именно Альфреду Розенбергу идеология Рейха обязана тщательно проработанным еврейским вопросом. Даже сам фюрер до знакомства с Альфредом стеснялся признаваться в своем антисемитизме. Однако после тесного общения в начале 20-х годов Гитлер изжил этот недостаток. Теперь он легко обещал единомышленникам выжечь евреев по всей немецкой земле, пройтись по ней огнем и мечом. Рассуждая о светлом немецком будущем, он обещал: «Тогда жидов будут вешать одного за другим, и они будут болтаться на перекладинах до тех пор, пока не провоняют, - сулил он жителям Мюнхена, но перспектива была шире, - аналогичная процедура последует и в других городах, пока Германия не очистится от последнего еврея».

А ведь до дружбы с Альфредом Адольф старался заменить слово «жид» каким-нибудь более пристойным эвфемизмом! Кто ж этот Альфред Розенберг, откуда он взялся и чем так привлек национал-социалиста Гитлера? Альфред Розенберг был русским немцем, то есть выходцем из остзейской провинции, пережившим кошмар русской революции и чудом спасшимся из большевистской России. Одним словом - наш земляк. Этот земляк по некоторым сведениям и привез из красной России чудесный документ - Протоколы Сионских мудрецов. История создания этого антисемитского сочинения покрыта мраком.

Впервые эти «Протоколы» опубликовал еще до первой русской революции Сергей Нилус в качестве приложения к сочинению о масонах «Великое в малом». Он был твердо убежден, что протоколы подлинные и являются стенограммой первого конгресса сионистов, состоявшегося в 1897 году в Базеле. Иными словами, что это программа для завоевания мирового господства, разработанная евреями и задокументированная с их слов. «Протокольные» сионисты говорили следующее: «Каждый человек стремится к власти, каждому хотелось бы сделаться диктатором, если бы только он мог, но при этом редкий не был бы готов жертвовать благами всех ради достижения благ своих. Что сдерживало хищных животных, которых зовут людьми? Что ими руководило до сего времени? В начале общественного строя они подчинились грубой и слепой силе, потом закону, который есть та же сила, только замаскированная».

Отсюда делался такой вывод: право в силе, а политическая свобода всего лишь идея, но не факт. И давался такой совет: «Эту идею надо уметь применять, когда является нужным идейной приманкой привлечь народные массы к своей партии, если таковая задумала сломить другую, у власти находящуюся. Задача эта облегчается, если противник сам заразится идеей свободы, так называемым либерализмом, и ради идеи поступится своей мощью».

Если политическая свобода - иллюзия, то в чем же настоящая сила?

Что прокладывает дорогу к власти над другими людьми?

Ответ не заставлял ожидать: золото. «Было время, - гласил текст, - правила вера. Идея свободы неосуществима, потому что никто не умеет пользоваться ею в меру. Стоит только народ на некоторое время предоставить самоуправлению, как оно превращается в распущенность. С этого момента возникают междоусобицы, скоро переходящие в социальные битвы, в которых государства горят, и значение их превращается в пепел. Истощается ли государство в собственных конвульсиях, или же внутренние распри отдают его во власть внешним врагам, во всяком случае, оно может считаться безвозвратно погибшим: оно в нашей власти. Деспотизм капитала, который весь в наших руках, протягивает ему соломинку, за которую государству приходится держаться поневоле, в противном случае оно катится в пропасть».

Предложив эту соломку, мировое еврейство получит реальную власть, которая «при современном шатании всех властей будет необоримее всякой другой, потому что она будет незримой до тех пор, пока не укрепится настолько, что ее уже никакая хитрость не подточит. Из временного зла, которое мы вынуждены теперь совершать, произойдет добро непоколебимого правления, которое восстановит правильный ход механизма народного бытия, нарушенного либерализмом. Результат оправдывает средства».

Однако эта хорошая власть на деле окажется хорошей только для самих евреев: они прекратят войны между государствами и создадут своего рода диктатуру, заменив «…ужасы войны менее заметными и более целесообразными казнями, которыми надобно поддерживать террор, располагающий к слепому послушанию. Справедливая, но неумолимая строгость есть величайший фактор государственной силы: не только ради выгоды, но и во имя долга, ради победы, нам надо держаться программ насилия и лицемерия. Доктрина расчета настолько же сильна, насколько средства, ею употребляемые». И на самом деле этот путь к власти уже давным-давно начался, на него человечество встало, впервые произнеся лозунг великой французской революции - свобода, равенство, братство. «Между тем эти слова были червяками, которые подтачивали благосостояние гоев, уничтожая всюду мир, спокойствие, солидарность, разрушая все основы их государств… Абстракция свободы дала возможность убедить толпу, что правительство не что иное, как управляющий собственника страны - народа, и что его можно сменять, как изношенные перчатки. Сменяемость представителей народа отдавала их в наше распоряжение и как бы нашему назначению», - сообщали «Протоколы». А сами войны, которые в истории были средством регулирования интересов государств, перейдут из области открытого конфликта в экономическую. Тайное еврейское правительство будет помогать развивать экономику стран и выступать золотом на чьей-то стороне, таким образом сами евреи в войнах выступать не будут, а за их интересы станут сражаться связанные экономической поддержкой другие народы, «…тогда наши международные права сотрут народные в собственном смысле права и будут править народами так же, как гражданское право государств правит отношениями своих подданных между собою».

Особую роль в формировании общественного мнения будет играть пресса. «Роль прессы - указывать якобы необходимые требования, передавать жалобы народного голоса, выражать и создавать неудовольствия. В прессе выражается торжество свободоговорения». Однако пресса будет в руках того самого мирового еврейства, что уже на самом деле произошло. Еврейство не станет запрещать свободу слова, оно просто изменит финансовое положение печати, тогда выражающие недовольство издания вынуждены будут закрываться, поскольку деньги-то в руках евреев, а широкое распространение получат те газеты и журналы, которые будут уводить интересы народов от политики, давать им не стимул к размышлению, а стимул к развлечению. Так масса людей окажется выведенной из политики, это позволит легко удерживать власть. В парламентах, где должны обсуждаться законы и приниматься решения, будут действовать купленные деньгами говоруны, которые будут показывать, что существующая нееврейская власть - плохая и требует изменения. Эта роль «Протоколами» отводится, конечно, социалистам и коммунистам. Само собой начнутся суды, возрастет недовольство властью среди народа, и откроется легкий способ власть в государствах перехватить. Сама толпа сделает революцию и вверит власть в руки тех, кто станет ее правильно эксплуатировать. Для того чтобы эксплуатация выглядела как добытое кровью право распоряжаться своей судьбой, будет введена конституция: «Народы прикованы к тяжелому труду бедностью сильнее, чем их приковывало рабство и крепостное право: от них так или иначе могли освободиться, могли с ними считаться, а от нужды они не оторвутся. Мы включили в конституции такие права, которые для масс являются фиктивными, а не действительными правами. Все эти так называемые „права народа“ могут существовать только в идее, никогда на практике не осуществимой… Народ под нашим руководством уничтожил аристократию, которая была его естественной защитой и кормилицей ради собственных выгод, неразрывно связанных с народным благосостоянием. Теперь же, с уничтожением аристократии, он попал под гнет кулачества разжившихся пройдох, насевших на рабочих безжалостным ярмом». Конституция только закрепит единственное право народа - подчиняться тем, у кого есть капитал. «Мы явимся якобы спасителями рабочего от этого гнета, когда предложим ему вступать в ряды нашего войска - социалистов, анархистов, коммунаров, которым мы всегда оказываем поддержку из якобы братского правила общечеловеческой солидарности нашего социального масонства. Аристократия, пользовавшаяся по праву трудом рабочих, была заинтересована в том, чтобы рабочие были сыты, здоровы и крепки. Мы же заинтересованы в обратном - в вырождении гоев. Наша власть - в хроническом недоедании и слабости рабочего, потому что он не найдет ни сил, ни энергии для противодействия ей. Голод создает права капитала на рабочего вернее, чем аристократии давала это право законная Царская власть».

Оболваниванию народов и воспитанию нации рабов будет помогать и система образования: «…В народных школах надо преподавать единую истинную науку, первую из всех - науку о строе человеческой жизни, социального быта, требующего разделения труда, а, следовательно, разделения на классы и сословия. Необходимо, чтобы знали все, что равенства быть не может вследствие различия назначения деятельности, что не могут одинаково отвечать перед законом тот, который своим поступком компрометирует целое сословие, и тот, который не затрагивает им никого, кроме своей чести. Правильная наука социального строя, в тайны которой мы не допускаем гоев, показала бы всем, что место и труд должны сохраняться в определенном кругу, чтобы не быть источником человеческих мук от несоответствия воспитания с работой».

Золото будет править миром: «Напряженная борьба за превосходство, толчки в экономической жизни создадут, да и создали уже, разочарованные, холодные и бессердечные общества. Эти общества получат полное отвращение к высшей политике и к религии. Руководителем их будет только расчет, то есть золото, к которому они будут иметь настоящий культ за те материальные наслаждения, которые оно может дать. Тогда-то не для служения добру, даже не ради общества, а из одной ненависти к привилегированным низшие классы гоев пойдут за нами против наших конкурентов на власть интеллигентов-гоев… Капитал для действий без стеснений должен добиться свободы для монополии промышленности и торговли, что уже и приводится в исполнение незримой рукой во всех частях света. Такая свобода даст политическую силу промышленникам, а это послужит к стеснению народа. Ныне важнее обезоруживать народы, чем их вести на войну, важнее пользоваться разгоревшимися страстями в нашу пользу, чем их заливать, важнее захватить и толковать чужие мысли по-своему, чем их изгонять. Главная задача нашего правления состоит в том, чтобы ослабить общественный ум критикой, отучить от размышлений, вызывающих отпор, отвлечь силы ума на перестрелку пустого красноречия… Мы присвоим себе либеральную физиономию всех партий, всех направлений и снабдим ею же ораторов, которые бы столько говорили, что привели бы людей к переутомлению от речей, к отвращению от ораторов. Чтобы взять общественное мнение в руки, надо его поставить в недоумение, вызывая с разных сторон столько противоречивых мнений и до тех пор, пока гои не затеряются в лабиринте их и не поймут, что лучше всего не иметь никакого мнения в вопросах политики, которых обществу не дано ведать, потому что ведает их лишь тот, кто руководит обществом. Это первая тайна. Вторая тайна, потребная для успеха управления, заключается в том, чтобы настолько размножить народные недостатки - привычки, страсти, правила общежития, чтобы никто в этом хаосе не мог разобраться и люди вследствие этого перестали бы понимать друг друга. Эта мера нам еще послужит к тому, чтобы посеять раздор во всех партиях, разобщить все коллективные силы, которые еще не хотят нам покориться, обескуражить всякую личную инициативу, могущую сколько-нибудь мешать нашему делу… На место современных правителей мы поставим страшилище, которое будет называться Сверхправительственной Администрацией. Руки его будут протянуты во все стороны, как клещи, при такой колоссальной организации, что она не может не покорить все народы…

Скоро мы начнем учреждать громадные монополии - резервуары колоссальных богатств, от которых будут зависеть даже крупные гоевские состояния настолько, что они потонут вместе с кредитом государств на другой день после политической катастрофы… В то же самое время надо усиленно покровительствовать торговле, промышленности, а главное - спекуляции, роль которой заключается в противовесе промышленности: без спекуляции промышленность умножит частные капиталы и послужит к поднятию земледелия, освободив землю от задолженности, установленной ссудами земельных банков. Надо, чтобы промышленность высосала из земли и руки, и капиталы, и через спекуляцию передала бы в наши руки все мировые деньги и тем самым выбросила бы всех гоев в ряды пролетариев. Тогда гои преклонятся перед нами, чтобы только получить право на существование».

Еще одна задача - разорить богатых гоев, уничтожить их гойскую промышленность, взвинтить цены и создать экономическую нестабильность, чтобы у народов была одна надежда - на еврейское золото. Народы должны покориться. А если не захотят этого сделать, всегда есть способ развязать большую мировую войну, которая принесет этим народам страдания и голод, а контролирующим рынок капиталистам-евреям - обогащение и власть. Постепенно к власти везде придут еврейские правительства. «Когда мы завершим наш государственный переворот, мы скажем тогда народам: „Все шло ужасно плохо, все исстрадались. Конечно, вы свободны произнести над нами приговор, но разве он может быть справедливым, если он будет вами утвержден прежде, чем испытаете то, что мы вам дадим“… Тогда они нас вознесут и на руках понесут в единодушном восторге надежд и упований. Голосование, которое мы сделали орудием нашего воцарения, приучив к нему даже самые мелкие единицы из числа членов человечества составлением групповых собраний и соглашений, отслужит свою службу и сыграет на этот раз свою последнюю роль единогласием, в желании ознакомиться с нами поближе, прежде чем осудить…

В близком будущем мы утвердим ответственность президентов. Тогда мы уже не станем церемониться в проведении того, за что будет отвечать наша безличная креатура… Палата депутатов будет прикрывать, защищать, избирать президентов, но мы у нее отнимем право предложения законов, их изменения, ибо это право будет нами предоставлено ответственному президенту, куле в руках наших… Кроме того, мы отнимем у Палаты с введением новой республиканской конституции право запроса о правительственных мероприятиях под предлогом сохранения политической тайны, да, помимо того, новой конституцией мы сократим число народных представителей до минимума, чем сократим настолько же политические страсти и страсть к политике… От президента будет зависеть назначение президентов и вице-президентов Палаты и Сената. Вместо постоянных сессий Парламентов мы сократим их заседания до нескольких месяцев. Кроме того, президент как начальник исполнительной власти будет иметь право собрать и распустить Парламент и в случае роспуска протянуть время до назначения нового парламентского собрания…

Президент будет, по нашему усмотрению, толковать смысл тех из существующих законов, которые можно истолковать различно; к тому же он будет аннулировать их, когда ему нами будет указана в том надобность; кроме того, он будет иметь право предлагать временные законы и даже новое изменение правительственной конституционной работы, мотивируя как то, так и другое требованиями высшего блага государства. Такими мерами мы получим возможность уничтожить мало-помалу, шаг за шагом все то, что первоначально при вступлении нашем в наши права мы будем вынуждены ввести в государственные конституции для перехода к незаметному изъятию всякой конституции, когда наступит время превратить всякое правление в наше самодержавие».

Успех этого плана захвата власти зависит больше всего от правильного мнения большинства, поэтому при его реализации «Протоколы» советуют обращать основное внимание не на столицы, а на провинции, не на просвещенные слои, а на непросвещенное большинство. Поскольку это непросвещенное большинство сдерживает от кровопролитий и неповиновения законной власти только вера в бога, то «Протоколы» советуют, прежде всего, искоренить религию. Точнее - все религии кроме иудаизма, который оправдывает богоизбранность евреев. Религии будут названы опиумом и заблуждением. Но иудаизм будет для гоев закрытой религией, его нельзя будет осуждать или даже обсуждать. В конце концов, при столь усиленной работе падут все правительства гоев по всему миру. Наступит светлое будущее.

«Когда наступит время нашего открытого правления, время проявлять его благотворность, мы переделаем все законодательство: наши законы будут кратки, ясны, незыблемы, без всяких толкований, так что их всякий будет в состоянии твердо знать. Главная черта, которая будет в них проведена, - это послушание начальству, доведенное до грандиозной степени. Тогда всякие злоупотребления иссякнут вследствие ответственности всех до единого перед высшей властью представителя власти… Мы искореним либерализм из всех важных стратегических постов нашего управления, от которых зависит воспитание подчиненных нашему общественному строю. На эти посты попадут только те, которые будут воспитаны нами для административного управления… Мы упраздним кассационное право, которое перейдет в исключительное наше распоряжение - в ведение правящего, ибо мы не должны допустить возникновения у народа, чтобы могло состояться неправильное решение нами поставленных судей…

Наше правление будет иметь вид патриархальный, отеческой опеки со стороны нашего правителя. Народ наш и подданные увидят в его лице отца, заботящегося о каждой нужде, о каждом действии, о каждом взаимоотношении как подданных друг к другу, так и их к правителю… Когда царь Израильский наденет на свою священную голову корону, поднесенную ему Европой, он сделается патриархом мира…

Наша власть будет славною потому, что она будет могущественна, будет править и руководить, а не плестись за лидерами и ораторами, выкрикивающими безумные слова, которые они называют великими принципами и которые не что иное, говоря по совести, как утопия… Наша власть будет вершителем порядка, в котором и заключается все счастье людей. Ореол этой власти внушит мистическое поклонение ей и благоговение перед ней народов».

Нилус, осуществивший публикацию этих «Протоколов», не сомневался в их истинной принадлежности сионистам. Текст достался ему в виде тетрадки, исписанной разными почерками, происхождение тетрадки он держал в тайне (а может быть - не знал). Евреев он боялся и всюду видел масонские заговоры.

Один из его современников вспоминал такой эпизод: как-то Нилус пригласил его к себе домой, дабы осмотреть лично музей Антихриста и ознакомиться с тайными масонскими (то есть для Нилуса - еврейскими) знаками. И вот что тот увидел. «В неописуемом беспорядке перемешались в нем воротнички, галоши, домашняя утварь, значки технических школ, даже вензель императрицы Александры Федоровны и орден Почетного Легиона. На всех этих предметах ему мерещилась „печать Антихриста“ в виде либо одного треугольника, либо двух скрещенных. Не говоря про галоши фирмы „Треугольника“, но соединение стилизованных начальных букв „А“ и „О“, образующих вензель царствовавшей императрицы, как и Пятиконечный Крест Почетного Легиона, отражались в его воспаленном воображении, как два скрещенных треугольника, являющихся, по его убеждению, знаком Антихриста и печатью Сионских мудрецов. Достаточно было, чтобы какая-нибудь вещь носила фабричное клеймо, вызывающее даже отдаленное представление о треугольнике, чтобы она попала в его музей. С возрастающим волнением и беспокойством, под влиянием мистического страха, С.А. Нилус объяснил, что знак „грядущего Сына Беззакония“ уже осквернил все, сияя в рисунках церковных облачений и даже в орнаментике на запрестольном образе новой Церкви в скиту. Мне самому стало жутко. Было около полуночи. Взгляд, голос, сходные с рефлексами движения С. А., - все это создавало ощущение, что ходим мы на краю какой-то бездны, что еще немного, и разум его растворится в безумии».

Свой эпохальный труд Нилус стремился донести до сердца русского народа. И публикация, действительно, наделала шума. Правда, в определенных кругах русского дореволюционного общества. В Думе. И все потому, что стала известна позиция самого государя. Тот на полях нилусовской книжки записал: «Какая ясность мысли! Всюду видна направляющая и разрушающая рука еврейства». Черносотенные думцы тут же воспользовались благим расположением к «документу» Николая и попытались провести в оном учреждении распоряжение, чтобы этот труд получил широкое распространение. Правда, Столыпин такой радости им не дал. Он подозревал (и справедливо), что нилусовский бестселлер родился в недрах охранки, так что повелел изучить вопрос и выяснить происхождение текста. В стенографистку, тайком скопировавшую «Протоколы», чтобы предупредить гоев о еврейском заговоре, он не верил. Приказ был исполнен. Автора нашли.

Оказалось, что «Протоколы» родились не в 1897 году и не на базельском конгрессе, а в 1864 году и в Бельгии. И текст представляет собой сжатый конспект оппозиционного Наполеону Третьему труда Мориса Жоли «Диалог в аду между Макиавелли и Монтескье, или же Политика Макиавелли в XIX веке глазами современника». На том дело и успокоилось: к евреям памфлет Жоли никакого отношения не имел. Но, тем не менее, многих это вовсе не убедило. Нилус, правда, жаловался, что не может «найти аудиторию, которая бы отнеслась к „Протоколам“ с пристальным вниманием, которого они заслуживают. Их читают, критикуют, часто высмеивают, но очень мало таких, которые придают им действительно важное значение, видят в них реальную угрозу христианству, программу разрушения христианского порядка, программу завоевания всего мира евреями. Этому никто не верит».

Но поверивших было немало. Со временем о книжке стали забывать, но тут вот и случилась Февральская революция, а следом - Октябрьский переворот. В советском правительстве было множество евреев - не удивительно, что «Протоколы» всплыли во враждебном большевикам лагере - в белом движении. Бывший думский жидомор Пуришкевич даже «дописал» канонический текст. Теперь «Протоколы» начинались призывом ко всем сынам Израилевым: «Секретно. Представителям всех отделений Международной израильской лиги. Сыны Израиля! Час нашей окончательной победы близок! Мы находимся на пороге завоевания мира. То, о чем раньше мы только мечтали, становится явью. Еще недавно слабые и бессильные, мы теперь можем благодаря мировой катастрофе высоко и гордо поднять головы. Но мы, однако, должны проявлять осторожность. Можно с уверенностью предсказать, что, после того как мы промаршируем по рухнувшим и разбитым алтарям и тронам, мы продолжим наш марш по предначертанному пути». Пуришкевич лично раздавал горячие, как пирожки, экземпляры разоблачительного труда. Шел 1919 год.

В Германии было тоже неспокойно. Немецкие коммунисты мечтали о революции. Они хотели повторить удачный опыт русских товарищей. Так родилась Баварская республика. С этой коммунистической угрозой удалось справиться. В борьбе с республикой участвовали и Гитлер, и недавно эмигрировавший в Германию Альфред Розенберг. Вполне возможно, что он и привез проклятые «Протоколы». На немецкий язык этот бессмертный труд переложил Людвиг Мюллер. Публикация имела шумный успех, ею зачитывались в националистических кругах. После проигранной войны, выступления «красных» в самой Германии и создания республики Советов фальшивка была более чем похожа на правду.

Появилось и немецкое дополнение в тексте. Оно касалось именно Германии. Якобы эти слова сказал один еврейский журналист все в том же 1897 году, то ли под впечатлением чтения «Протоколов», то ли под впечатлением от еврейского конгресса. Теодор Фриче не преминул добавить их в текст: «Примерно через тридцать лет Германия будет вовлечена в большую войну, которую она будет вынуждена проиграть. Тогда на руинах Германской империи мы построим нашу империю, как нам и обещал Иегова, а царем ее станет второй Соломон».

Розенберг, переживший немало ужасного на своей русской родине, считал «Протоколы» самой правдивой книгой на свете. Евреев он ненавидел. Впрочем, не только евреев. К поддавшемуся на пропаганду комиссаров русскому народу он относился столь же неприязненно. Для него русская родина прекратила свое существование. На этой обиде, собственно, и сложилось все мировоззрение будущего идеолога национал-социалистической партии. Коммунистическую власть в бывшей России, мировое еврейство он сознательно противопоставил чистокровному немецкому народу, наследникам древних ариев, с которыми теперь себя и отождествлял. Мессианство немецкого народа он выводил из всей предыдущей истории человечества: «Если мы заглянем в самое далекое прошлое и в самое последнее настоящее, перед нашим взором развернется следующее многообразие: арийская Индия подарила миру метафизику, глубина которой не достигнута и сегодня; арийская Персия сочинила нам религиозный миф, сила которого подпитывает нас и сегодня; дорическая Эллада грезила о красоте в этом мире, и эта мечта так и не была воплощена в своем, известном нам, завершении; италийский Рим показал нам формальное государственное воспитание как пример формирования и защиты общности людей, находящихся под угрозой. И германская Европа подарила миру самый светлый идеал человечества: учение о ценности характера, как основе всякой цивилизации, с одой высочайшим ценностям нордической сущности, идее свободы, совести и чести. За него шла борьба на всех полях сражения и в кабинетах ученых. И если эта идея не победит в грядущих больших сражениях, то Запад и его кровь пропадут подобно Индии и Элладе, которые когда-то раз и навсегда исчезли в хаосе».

«Альфред Розенберг, - писал Эвола, - идеолог движения, провозгласил миф Крови, в котором говорил о „тайне“ нордической крови и приписывал ей сакральную ценность; одновременно он нападал на все обряды и таинства католицизма, как на заблуждения, точно так же как и люди эпохи Просвещения. Он выступал против „темных людей нашего времени“, в то же время приписывая Арийскому человеку честь создания современной науки».

Будущий новый мир виделся ему таким: «В центре находится лучезарный народ - Германия, - могучее возрождение которого раздвигает клыки еврейского всемирного окружения, и он рвет сеть, в которую его поймали талмудические охотники, он, словно Феникс, восстает из пепла сожженной материалистической философии. Германский Рейх стоит в центре мира, и очистившаяся нация открывается тем, кто способен видеть, ярко сияя, словно новая заря творения. Духи подземной бездны отступают перед этим подъемом».

В «Мифе XX века» он описывал то положение, в котором страна оказалась после Первой мировой войны, и намечал путь возможного движения: «Великая мировая революция, которая началась в августе 1914 года и на всех территориях сокрушила старых богов и кумиров, перемешала не только духовную и внутриполитическую жизнь каждого народа, но и перепутала раз и навсегда линии границ довоенного времени. Временное урегулирование в Версале, которое в июне 1919 года было признано представителями ненемецкой теории покорности в качестве связывающего закона Веймарской республики, не сковывает, а ускоряет органичное течение заново формирующегося мира. Насильственное сокращение германского жизненного пространства, подобно силе судьбы, вынуждает всех немцев окончательно решить их древнюю жизненную проблему. В либерализующей трусости до 1914 года ее не хотели видеть и с трогательной близорукостью превратили всю Германию в сплошную машину.

В результате к небу поднялось больше труб, чем выросло деревьев. И все это для того, чтобы накормить растущие миллионы голодных, но без серьезного намерения завоевать для них землю, на которой они могли бы посеять свой собственный хлеб. Судьбоносный вопрос, касающийся жизненного пространства и хлеба, Нижняя Саксония решила мечом, размахивая им перед плугом, но интернационализирующие потомки этих рыцарей и крестьян забыли благодаря проповеди о „завоевании“ мира „мирным экономическим путем“, что их не было бы, не будь германского меча. Сегодня не поможет больше никакая игра в прятки, никакое хилое указание на внутреннее заселение как на единственное спасение, потому что это мало что изменит в общей судьбе нации. Сегодня поможет только преобразуемая в целенаправленную деятельность, воля добыть пространство для миллионов подрастающих немцев».

Иными словами, внешний враг - это неарийское население окрестных стран: поляков и чехов на востоке, далее на восток - русских с их большевистской территорией, Франции - на западе. К Франции Розенберг имел особые счеты. Это она украла целый кусок Германии, захватив западные земли. Обосновывая притязания на родные поля и леса, Альфред Розенберг смело именовал современных французов не автохтонным населением Франции. Прежде, считал он, там жили долихоцефалы, а теперь сплошь брахицефалы, и хуже всего - эти брахицефалы, по своей круглоголовости уже неполноценные, стоят у власти. Так что французские земли - это украденные немецкие земли. И точка.

Вывод был прозрачен: «Все европейские государства основаны и сохранены нордическим человеком. Этот нордический человек при помощи алкоголя, мировой войны и марксизма частично деморализован, а частично истреблен. Ясно, что белая раса не сможет удержать свои позиции в мире, не наведя порядок в Европе. Отсюда следует только одно требование, которое миллион раз воспринималось как необходимое и которое объясняет таким образом некоторые успехи „панъевропейской“ пропаганды - это внешнеполитическая защита европейского континента. Но из этой органично верной идеи вытекает вывод прямо противоположный тому, который сделали „панъевропейцы“ с Курфюрстендамм и из бов лож в разных государствах. Чтобы сохранить Европу, необходимо в первую очередь снова оживить нордические источники силы Европы, укрепить их: то есть Германию, Скандинавию с Финляндией и Англию. Напротив, влияние Франции, которая на юге уже полностью заселена мулатами, следует сориентировать таким образом, чтобы она прекратила быть территорией нашествия африканцев, что при сегодняшних обстоятельствах имеет место во все возрастающей степени.

Необходимо, чтобы перечисленные нордические империи - а также еще США - признали эту предпосылку для своего собственного энергичного существования». Победить должна коалиция долихоцефалов. Именно Германии дана миссия вести эту коалицию за собой, поскольку немцы несут в себе настоящую арийскую кровь. Тут он добавлял, что «…немецкий народ существует не для того, чтобы защищать своей кровью абстрактную схему, а наоборот, все схемы, системы идей и ценности являются в наших глазах лишь средствами для укрепления жизненной борьбы нашей нации извне и увеличения внутренней силы при помощи справедливой и целесообразной организации. Развивать и приветствовать национализм как расцвет определенных ценностей мы должны поэтому только у тех народов, о которых мы знаем, что силы их личной судьбы никогда не вступят во враждебное противоречие с влиянием немецкого народа».

Что же касается немецкого государства - оно должно расширить границы. «Поэтому призыв к собственному пространству, к собственному хлебу является также предпосылкой к победе духовных ценностей, к формированию немецкого характера. В этой великой борьбе за существование, в борьбе за честь, свободу и хлеб такой творческой нации, как германская, ее народ вправе ожидать того уважения, которое безоговорочно оказывали менее значительным нациям. Земля должна быть свободна для обработки руками немецких крестьян. Только это одно даст возможность немецкому народу, сжатому в тесном пространстве, вздохнуть свободно. Но в результате этого произойдет и возникновение новой культурной эпохи - эпохи белого человека». Для торжества этой эпохи в мир вернулся даже забытый, но самый действенный символ - древняя свастика, солярный знак. Именно под свастикой ариев начнется возрождение справедливого мира, не под крестом (время его прошло), не под красным знаменем (оно несет только порабощение и смерть), а именно под свастикой - ради будущего белых людей и освобождения от власти евреев. Немцы уже потеряли в этой борьбе (имелась в виду Первая мировая война) два миллиона героев, и нужно, чтобы эта жертва не была напрасной.

«Вокруг центра народной и расовой чести, - объяснял Розенберг, - должны сплотиться личности, вокруг того таинственного центра, который издавна оплодотворял ритм германского бытия и становления, когда Германия обращалась к нему. Это то благородство, та свобода мистической души, сознающей честь, невиданно широким потоком принесшей себя в жертву, перейдя границы Германии и не требуя никакого „заместительства“. Отдельная душа умирала за свободу и честь своего собственного возвышения, за свою народность. Эта жертва одна может определять ритм будущей жизни немецкого народа, культивировать новый тип немца. При строгом сознательном отборе теми, кто его изучил и жил им… Бога, которого мы почитаем, не было бы, если бы не было нашей души и нашей крови, - так звучало бы признание мастера Эккехарта для нашего времени. Поэтому делом нашей религии, нашего права, нашего государства является то, что защищает, укрепляет, облагораживает, осуществляет честь и свободу этой души и этой крови. Поэтому святыми местами являются все те, на которых немецкие герои умирали за эти идеи. Святыми являются те места, где надгробия и памятники напоминают о них. А святые дни - это те, в которые они когда-то боролись за нашу честь и свободу.

Святой час для немца наступит тогда, когда символ пробуждения и знамя со знаком возникающей жизни станет единственной господствующей верой в империи».

Евреям в этой империи будущего места он не находил. В 20-е годы, правда, он еще не призывал применять к ним полное уничтожение. Нет, он больше копался в метафизическом еврейском вопросе. «Еврейская религия, - отмечал Розенберг, - целиком ориентирована на земное. В мире она стоит особняком. Это чрезвычайно важный факт, о котором необходимо помнить постоянно. Ибо именно это исключительное положение объясняет, почему такая сомнительная нация, как евреи, пережила величайшие и знаменитейшие нации и будет существовать до самого конца света, когда час спасения пробьет для всего человечества… Среди евреев утверждение мира абсолютно свободно от всякой примеси его отрицания. Все другие народы, существовавшие ранее или существующие сейчас, имели в своих религиях эту примесь, для которой характерна идея иного бытия. Там, где жива вера в бессмертие, снова и снова возникает стремление к вечному и уход от временного, а вместе с этим и новое отрицание мира. В этом смысл нееврейских народов: они хранители мироотрицания, идеи грядущего, даже если они выражают ее самым неудачным способом. Поэтому тот или иной народ может незаметно исчезнуть, но суть его будет продолжена в потомках. Однако, если исчезнут евреи, то не останется больше ни одного народа, который будет с таким же высочайшим почтением хранить идею мироутверждения. Тогда наступит конец всему…

Еврею Вейнингеру его собственная нация кажется невидимой липкой паутиной из слизи, существующей с незапамятных времен и покрывающей всю землю. Этот экспансионизм, как он верно отмечает (но, конечно, не доказывает), есть главный компонент идеи и природы иудаизма. Это сразу становится очевидным, если рассматривать еврейский народ как воплощение идеи мироутверждения. Без этой идеи невозможна ни одна нация. Поэтому евреи как наиболее последовательные и жизнеспособные носители мироутверждения всегда находятся там, где другие народы несут в себе хотя бы крошечное стремление преодолеть мир.

Вот ведь дилемма! И жить с евреями паскудно, бациллы они, и уничтожить нельзя - мир рухнет! Но это Розенберг писал в 1928 году. К началу Второй мировой войны он уже метафизически определился и определил судьбу для всех этих евреев: «Еврейский вопрос будет разрешен только тогда, когда на европейском континенте не останется ни одного еврея». Просто и со вкусом.

«Протоколы» отложили в его остзейской душе такой глубокий след, что позже, уже во время Второй мировой войны, Розенберг издал немало приказов именно по еврейскому вопросу, стремясь, очевидно, избавить европейский континент от этого вредного народа. В период оккупации Франции, когда началось движение «Сопротивления», он распорядился по еврейскому вопросу так: «В связи с приказом фюрера о захвате еврейских культурных ценностей докладываю, что большое количество еврейских домов никем не контролируется. В результате большое количество мебели исчезло потому, что не были выставлены часовые. На всем Востоке администрация обнаружила жуткие условия в жилых квартирах, а возможность улучшения их столь ограниченна, что не стоит об этом говорить. Поэтому я прошу фюрера разрешить изъять все оборудование и всю мебель в домах евреев в Париже, всех тех евреев, которые убежали или которые собираются уехать, а также во всех домах евреев, которые живут в оккупированных районах Запада, для того чтобы восполнить недостаток мебели в восточных районах. Большое количество занимавших высокое положение евреев после короткого допроса в Париже было выпущено. Покушения на жизнь наших солдат не прекратились. Напротив, они продолжаются. Это показывает, что существует определенный план нарушить германо-французское сотрудничество, вынудить Германию отомстить и, таким образом, вызвать новую волну сопротивления во Франции против Германии. Я предлагаю фюреру вместо того, чтобы казнить сто французов, заменить их сотней еврейских банкиров, адвокатов и т. д. Именно евреи в Лондоне и Нью-Йорке подстрекают французских коммунистов совершать акты насилия, и было бы чрезвычайно справедливо, чтобы члены этой расы расплатились за это. Не рядовые евреи, а ведущие евреи во Франции должны за это ответить. Это приведет к тому, что начнутся антисемитские настроения».

Что же касается родины, лишившей его семьи и юности, о ее судьбе он всегда имел особое представление. «Имеются две противостоящие друг другу концепции германской политики на Востоке, - говорил он за день до начала войны с Советским Союзом, - традиционная и другая, выразителями которой мы, по моему мнению, должны быть, и в зависимости от решения, утвердительного или отрицательного, в отношении этой концепции будет определяться ход событий на ближайшие столетия. Одна точка зрения - Германия вступила в последний бой с большевизмом, и этот последний бой в области военной и политической нужно довести до конца; после этого наступит эпоха строительства заново всего русского хозяйства и союз с возрождающейся национальной Россией. Этот союз будет означать образование на все будущие времена континентального блока и будет неуязвим. Это было бы особенно удачным сочетанием потому, что Россия аграрная, а Германия - индустриальная страна, и поэтому они успешно могут противостоять капиталистическому миру. Это было обычным взглядом многих кругов до сих пор. Мне думается, я уже на протяжении 20 лет не скрываю, что являюсь противником этой идеологии… Сегодня же мы ищем не „крестового похода“ против большевизма только для того, чтобы освободить „бедных русских“ на все времена от этого большевизма, а для того, чтобы проводить германскую мировую политику и обезопасить Германскую империю. Мы хотим решить не только временную большевистскую проблему, но также те проблемы, которые выходят за рамки этого временного явления, как первоначальная сущность европейских исторических сил. Сообразно с этим, мы должны сегодня систематически сознавать наше будущее положение. Война с целью образования неделимой России поэтому исключена. Замена Сталина новым царем или выдвижение на этой территории какого-либо другого национального вождя - все это еще более мобилизовало бы все силы против нас.

Вместо этой, имеющей, правда, до сих пор распространение идеи единой России, выступает совершенно иная концепция восточного вопроса… Задачи нашей политики, как мне кажется, должны поэтому идти в том направлении, чтобы подхватить в умной и целеустремленной форме стремление к свободе всех этих народов и придать им определенные государственные формы, то есть органически выкроить из огромной территории Советского Союза государственные образования и восстановить их против Москвы, освободив тем самым Германскую империю на будущие века от восточной угрозы… Нет, однако, оснований к тому, чтобы это порабощение могло быть вечным божественным законом. Целью германской восточной политики по отношению к русским является то, чтобы эту первобытную Московию вернуть к старым традициям и повернуть лицом снова на восток. Сибирские пространства огромны и в центральной части плодородны. Многие революционеры, которые были сосланы русским царским правительством в Сибирь, были превосходными людьми.

Сибирские полки считались в русском государстве особенно хорошими. Даже если русских оттеснить от тех пространств, которые не принадлежат им, у них останется большее пространство, чем когда-либо было у любого европейского народа. Обеспечение продовольствием германского народа в течение этих лет несомненно будет главнейшим германским требованием на Востоке, южные области и Северный Кавказ должны будут послужить компенсацией в деле обеспечения продовольствием германского народа. Мы отнюдь не признаем себя обязанными за счет этих плодородных районов кормить также и русский народ. Мы знаем, что это жестокая необходимость, выходящая за пределы всяких чувств. Несомненно, будет необходима весьма широкая эвакуация, и русским, определенно, предстоит пережить очень тяжелые годы. Насколько нами еще должна быть оставлена промышленность (вагоностроительные заводы и т. д.), это будет решено позднее. Для германского государства и его будущего трактовка и проведение этой политики на собственной русской территории представляют собой огромные политические и отнюдь не негативные задачи, какими они, возможно, могут казаться, когда в них будут видеть только жестокую необходимость эвакуации.

Поворот русской динамики на восток является задачей, которая требует сильных характеров. Возможно, будущая Россия одобрит когда-нибудь это решение, конечно, не в ближайшие 30 лет, а лет 100 спустя, так как ведущаяся до настоящего времени борьба в течение последних 200 лет разрывала русскую душу… Если русские теперь будут изолированы от Запада, тогда они, возможно, вспомнят о своих первоначальных силах и о том пространстве, к которому они принадлежат. Возможно, по истечении столетий какой-либо историк будет трактовать это решение иначе, чем сегодня это кажется возможным для русского».

Для русского ли?

В «Мифах» Розенберг признавался: «В 1917 году с „русским человеком“ было покончено. Он распался на две части. Нордическая русская кровь проиграла войну, восточно-монгольская мощно поднялась, собрала китайцев и народы пустынь; евреи, армяне прорвались к руководству, и калмыко-татарин Ленин стал правителем. Демонизм этой крови инстинктивно направлен против всего, что еще внешне действовало смело, выглядело по-мужски нордически, как живой укор по отношению к человеку, которого Лотроп Штоддард правильно назвал „недочеловеком“. Из самоуверенной от беспомощности, любви прошлых лет получился эпилептический припадок, проведенный в политическом плане с энергией умалишенного. Смердяков управляет Россией. Русский эксперимент закончился, как всегда: большевизм у власти мог оказаться в качестве следствия только внутри народного тела, больного в расовом и душевном плане, которое не могло решиться на честь, а только на бескровную „любовь“. Тот, кто хочет обновления Германии, отвергнет и русское искушение вместе с его еврейским использованием. Отступление уже имело место и здесь. Результаты покажет будущее».

Что же касается еврейского населения России, то его судьба ввиду всего вышесказанного тоже была очевидной: «Первой основной целью немецких мер, проводимых в этом вопросе, должно быть строжайшее отделение евреев от остального населения. При проведении этой меры, прежде всего, нужно проводить регистрацию еврейского населения путем введения приказа о принудительной регистрации и аналогичных мер. Все права на свободу должны быть отняты у евреев, они должны помещаться в гетто, и в то же самое время они должны быть разделены согласно полу.

Наличие целых еврейских общин и поселений в Белоруссии и на Украине делает это особенно простым. Более того, следует избрать места, где будет удобнее применять еврейскую рабочую силу в ходе осуществления в настоящее время трудовых программ. Эти гетто могут быть созданы под руководством еврейского самоуправления, с еврейскими чиновниками. Однако охрана этих гетто и отделение их от остальной местности должны быть поручены полиции. В тех случаях, где еще нельзя устроить гетто, следует проследить, чтобы были введены суровые меры, которые запрещали бы продолжение смешения крови между евреями и остальным населением».

Ничего личного, как говорится.

От вдумчивого читателя «Протоколов» иного и ожидать было нельзя. Только арийская кровь достойна править миром. Совсем не евреи. А русские? Тех - за Урал. Впрочем, не все в Германии думали, как Розенберг. Карл Хаусхофер, к которому на первых порах прислушивался сам фюрер, считал иначе.

Альфред Эрнст Розенберг (нем. Alfred Ernst Rosenberg ; рус. Альфред Эрнст Вольдемарович Розенберг ; 12 января 1893, Ревель, ныне Таллин - 16 октября 1946 года, Нюрнберг) - немецкий государственный и политический деятель российского происхождения, один из наиболее влиятельных членов и идеолог Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП).

Начальник Внешнеполитического управления НСДАП (1933-1945), уполномоченный фюрера по контролю за общим духовным и мировоззренческим воспитанием НСДАП (Beauftragter des Führers für die Überwachung der gesamten geistigen und weltanschaulichen Schulung und Erziehung der NSDAP ) (1934-1945), руководитель Центрального исследовательского института по вопросам национал-социалистической идеологии и воспитания (1940-1945), рейхсминистр восточных оккупированных территорий (Reichsministerium für die besetzten Ostgebiete ) (1941-1945). Рейхсляйтер (1933-1945), обергруппенфюрер СА. Приговором Нюрнбергского трибунала объявлен одним из главных военных преступников.

Биография

Происхождение

Родился в Ревеле (ныне Таллин) в семье родившегося в 1862 г. в Риге остзейского немца-башмачника (по другим данным, купца) Вольдемара Вильгельма Розенберга (нем. Woldemar Wilhelm Rosenberg ) и родившейся в Петербурге Эльфриды Каролины Сире (фр. Elfriede Caroline Siré ), происходившей из семьи переселившихся в Эстонию французов-гугенотов. Из воспоминаний самого Альфреда Розенберга: «Мой отец был из числа потомков тевтонского рыцарства».

Ранние годы

После окончания ревельского Петровского реального училища осенью 1910 года поступил на факультет архитектуры Рижского политехнического института. В 1915 году, когда возникла угроза занятия Риги германскими войсками, студент Розенберг эвакуировался вместе с институтом в Иваново-Вознесенск. Но жить и учиться в Иваново-Вознесенске не захотел и перебрался в Москву. В январе 1918 года закончил Московское высшее техническое училище (МВТУ) с дипломом первой степени как «дипломированный инженер-архитектор».

В феврале 1918 года вернулся в Ревель, где попытался вступить в германский добровольческий корпус, но не был принят как «русский». Работал учителем в ревельской мужской гимназии (ныне Гимназия Густава Адольфа в Таллине, Эстония).

Переезд в Германию. Восхождение в партийной и государственной иерархии

В конце 1918 года переехал в Мюнхен, где занялся писательской деятельностью. В конце 1919 года был привлечён Дитрихом Эккартом в «Общество Туле», после чего сблизился с Адольфом Гитлером и в 1920 году вступил в НСДАП (билет № 625).

Был среди тех, кто оказал огромное влияние на формирование взглядов Гитлера, в частности, именно Розенберг познакомил будущего фюрера с «Протоколами сионских мудрецов». Как заявлял Розенберг, революция в России произошла в результате тайного заговора, организованного мировым еврейским сообществом, которое, по его мнению, было виновно и в развязывании Первой мировой войны.

По воспоминаниям современников, «в его речах сразу чувствовался мыслитель, высказывающий оригинальные идеи в доступной форме». Был убеждён, что всю историю человечества можно объяснить с точки зрения расовой теории. В 1920 году выпустил антисемитские работы «След евреев в изменениях времени» и «Безнравственность в Талмуде». В 1922 году издал книгу «Природа, основные принципы и цели НСДАП».

С 1921 года - главный редактор центрального органа НСДАП «Völkischer Beobachter». Участник «Пивного путча» 9 ноября 1923 года, после провала которого скрылся и не был привлечен к ответственности.

Многие идеи Розенберга были использованы Гитлером при написании «Майн кампф». Пока Гитлер находился в тюрьме, Розенберг основал Великогерманское рабочее сообщество, в которое вошли многие члены запрещённой НСДАП. По сути, Гитлер тогда возложил на Розенберга руководство нацистской партией как на своего заместителя, но Розенберг не справился с задачей сохранить партийное единство, и Гитлеру после выхода из ландсбергской тюрьмы пришлось воссоздавать партию.

В 1929 году Розенберг основал Союз борьбы за немецкую культуру (нем. Kampfbund fur deutsche Kultur ). В 1930 году избран депутатом Рейхстага от Гессен-Дармштадта, входил в состав комиссии по иностранным делам.

В 1930 году опубликовал свой труд «Миф XX века», считавшийся теоретическим обоснованием национал-социализма (хотя официально и не признанный таковым); в то же время большинство его соратников по партии (включая Гитлера) утверждали, что более путаной и непонятной книги им не доводилось видеть и большинство её даже не смогло прочитать. Объявил идеалы «римского-этрусского католицизма» и «масонского гуманизма» бесполезными. «Культура всегда приходит в упадок, когда гуманистические идеалы… препятствуют праву господствующей расы управлять теми, кого она поработила», - писал Розенберг. Гитлер про эту книгу заявлял, что это «малопонятный бред, написанный самоуверенным прибалтом, который крайне путано мыслит».

1 апреля 1933 года возглавил Внешнеполитическое управление НСДАП (нем. Außenpolitisches Amt ) (АПА), при котором было создано т. н. Бюро иностранной помощи НСДАП. В задачу АПА входили пропаганда нацизма за рубежом, организация университетских обменов, стимулирование торговых отношений, публикация в иностранной прессе пропагандистских статей. Кроме того, АПА осуществляло сбор информации, публикуемой в зарубежной прессе, в том числе о политических эмигрантах.

С февраля 1934 по 1945 год - уполномоченный фюрера по контролю за общим духовным и мировоззренческим воспитанием НСДАП (нем. Beauftragen des Führers für die Überwachung der gesamten geistigen und weltanschaulichen Schulung und Erziehung der NSDAP ), по вопросам Германского рабочего фронта и всех связанных с ним организаций. 29 января 1940 назначен главой Центрального исследовательского института по вопросам национал-социалистической идеологии и воспитания; сформировал так называемый «Штаб рейхсляйтера Розенберга», который первоначально должен был заниматься созданием научно-исследовательской библиотеки, но в годы войны превратился в организацию, проводившую в крупных масштабах захват культурных ценностей на оккупированных территориях (1 марта 1942 года по декрету Гитлера сотрудники штаба получили право обыскивать библиотеки, жилые помещения и культурные учреждения и изымать материалы, культурные ценности и т. д.).

В годы войны против СССР

20 апреля 1941 года Гитлер проинформировал Розенберга, что планирует назначить его руководителем германских оккупационных органов на территории Советского Союза и тогда же назначил его своим «непосредственным уполномоченным для централизованного решения вопросов восточноевропейского пространства». Однако ни 20 апреля, ни через два месяца (за два дня до начала войны с СССР) ещё не было определённо решено, что за орган будет создан для управления оккупированными территориями СССР. Выступая 20 июня, Розенберг заявлял: «Вместо должности уполномоченного, возможно, будет создано учреждение с определёнными правами и государственными задачами. Сегодня нельзя определить служебные должности, но на сегодня можно считать разрешёнными следующие вопросы: 1) полномочие осуществлять на Востоке правопорядок предоставлено мне; 2) вопросы подчинённости четырёх рейхскомиссаров, которые получают указания только от меня; 3) всё руководство областью осуществляется рейхскомиссаром».

17 июля 1941 года на основании указа Гитлера «О гражданском управлении в оккупированных восточных областях» под руководством Розенберга было сформировано Имперское министерство оккупированных восточных территорий. Ему подчинялись рейхскомиссариаты «Остланд» (центр - Рига), включавший территорию прибалтийских республик и Белоруссии, во главе с Генрихом Лозе; «Украина» (центр - Ровно), включавший в основном территорию Украины, за исключением нескольких областей Западной Украины, вошедших в состав Генерал-губернаторства, а также часть белорусских областей: юг Брестской области, почти вся Гомельская и часть Пинской и Полесской областей, во главе с Эрихом Кохом. Предусматривалось создание рейхскомиссариатов «Кавказ» (центр - Тбилиси; рейхскомиссар Арно Шикеданц); «Московия» (Центральная Россия до Урала; рейхскомиссар - 3игфрид Каше); «Туркестан» (территория Средней Азии). Аппараты рейхскомиссариатов «Кавказ», «Москва» и «Туркестан» были сформированы в 1941 году, однако к работе приступили лишь некоторые административные органы на Кавказе и в Центральной России.

По мнению сотрудничавшего с немцами журналиста Анатолия Стенроса-Макриди, ни сам Розенберг, ни возглавляемое им восточное министерство не пользовались авторитетом среди руководства НСДАП, потому что Гитлер относился к Розенбергу с презрением за его «теоретичность» и беспомощность и бездарность в качестве администратора: «Все нацисты знали, что при Гитлере Розенберг не смел даже рта раскрыть и никогда не раскрывал. С постановлениями и распоряжениями Остминистерства решительно никто не считался, а Розенберг даже жаловаться на это никому не смел» .

После освобождения советскими войсками территории СССР аппараты рейхскомиссариатов были эвакуированы, а министерство фактически перестало функционировать, хотя, судя по дневнику имперского уполномоченного по тотальной войне Йозефа Геббельса, даже весной 1945 года Розенберг категорически отказывался расформировывать своё министерство. Тем не менее, значительная часть аппарата министерства была мобилизована в ходе мероприятий по ведению тотальной войны.

После войны

После окончания войны бежал на север Германии в расположение Фленсбургского правительства Карла Дёница. По воспоминаниям состоявшего в этом правительстве рейхсминистра Альберта Шпеера, там он вынашивал идею распустить нацистскую партию, заявляя при этом, что он - единственный партийный руководитель такого ранга, который вправе издать такой декрет. Был арестован военными 11-й английской армии 19 мая 1945 года в госпитале Фленсбурга.

Суд и казнь

В качестве одного из главных военных преступников предстал перед судом Международного военного трибунала в Нюрнберге. Приговорён к смертной казни через повешение. 16 октября 1946 года приговор был приведён в исполнение. Розенберг был единственным из 10 казнённых, который отказался произнести на эшафоте последнее слово.

Готовил к переплету подшивку своей газеты «Возрождение». В № 17 /63/ за июнь 2001 года на четвертой полосе прочел материал «Альфред Розенберг о России». Этот текст подготовил и напечатал я пять лет назад, но в Интернете его нет, а он мне показался небезынтересным:

«ОТ РЕДАКТОРА: В 1963 году я по заданию известного философа Юрия Николаевича Давыдова написал статью «Смерть» (для «Философской энциклопедии»). В этом тексте мне довелось концентрированно изложить суть Правой Веры, в океан которой впадают реки мировых религий. Согласно Правой Вере - «Бог Сам приносит Себя в жертву Себе руками Своих детей».

Статья не была опубликована, но пошла самиздатом. И однажды мне позвонил прославленный ученый-генетик Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский. Он ознакомился с Правой Верой, заинтересовался и захотел со мной пообщаться. Ему дали мой телефон или корифей диалектической логики Эвальд Ильенков, или звезда математической логики - ныне здравствующий Александр Зиновьев, оба сотрудничавшие в возглавляемом мной либерально-патриотическом Университете Молодого Марксиста при ЦК ВЛКСМ.

В обнинской квартире Николая Владимировича мы сутками напролет говорили о Самом Главном. Великий «Зубр» поведал мне о том, как напряженно обретали Веру основатели Третьего Райха, с которыми он общался, находясь во время войны в Берлине. «Мы - только иоанны крестители в миниатюре, - признавался Гитлер. - Я жду пришествия Христа».

Ученый участвовал в делах Общества «Аненэрбе» («Наследие предков»), в соперничестве ведомств Гиммлера и Розенберга. А с Альфредом Розенбергом, который родился в российском Ревеле /ныне Таллин/ и закончил в 1918 году Высшее техническое училище в Москве (ныне Бауманка), он беседовал много раз. И Тимофеев-Ресовский пересказал мне его воспоминания о контактах с эзотерическим центром в Калуге, в орбите которого вращались также Циолковский и Чижевский.

Алексей Федорович Лосев, будучи почти слепым, перед этим посылал меня, своего помощника, в спецхран Ленинки конспектировать для него «расовую концепцию истории» Розенберга. С Тимофеевым-Ресовским мы обсуждали её на примере вятичей.

Что касается Правой Веры, то её час ещё не пробил, как не пришло время и для программы модернизации, разработанной нами для России.

Мы уже печатали тексты Гобино и Гитлера о России. Продолжим публикацию исследования «Читая Гитлера», актуального для нас. Ниже предлагаются отрывки из главного труда Альфреда Розенберга «Миф XX века», изданного на русском языке в родном городе автора Таллинне в 1998 г. (перевел Лобанов С.Н., с. 85, 152-157):

…На Востоке немецкая культура была окружена бурными потоками. Когда-то Россию основали викинги и придали жизни государственные формы, позволяющие развиваться культуре. Роль вымирающей крови викингов взяли на себя немецкие ганзейские города, выходцы с с Запада.

Однако под несущим цивилизацию верхним слоем в России постоянно дремало стремление к безграничному расширению, неугомонная воля к уничтожению всех форм жизни, которые воспринимались как преграды. Смешанная с монгольской кровь вскипала при всех потрясениях русской жизни, даже будучи сильно разбавленной, и увлекала людей на поступки, которые отдельному человеку кажутся непонятными. Такие внезапные и резкие изменения нравственных и общественных моментов, которые постоянно повторяются в русской жизни и в русской литературе (от Чаадаева до Достоевского и Горького), являются признаками того, что враждебные потоки крови сражаются между собой и что эта борьба закончится не раньше, чем сила одной крови победит другую.

Большевизм означает возмущение потомков монголов против нордических форм культуры, является стремлением к степи, является ненавистью кочевников против корней личности, означает попытку вообще отбросить Европу. Одаренная многими поэтическими талантами восточно-балтийская раса оказывается - при проникновении потомков монголов - податливой глиной в руках нордических вождей или же еврейских или монгольских тиранов. Она поет и танцует, а также убивает и неистовствует; она преданная, но при стирании расшатанных форм безудержно склонна к предательству, пока ее не загонят в новые формы, даже если они имеют деспотический характер.

Христианско-церковное смирение и масонская гуманность были двумя формами, под которыми проповедовалась идея любви в качестве высшей ценности человеческих групп, управляемых из некоторого авторитетного центра. К концу XIX века идея любви вступила в третью фазу, которую нам подарил большевизм - в русском учении о страдании и сострадании, символом которого являются «люди Достоевского».

Достоевский в своем «Дневнике» совершенно открыто высказывается о том, что существует «абсолютно исконная потребность» русского человека в страдании во всем, даже в радости. На основании этих идей действуют и живут его персонажи; в страдании поэтому заключается и сущность русской нравственности. Народ знает, что преступник действует греховно, но воспринимает преступников как несчастных. «Эта идея - чисто русская».

Достоевский – это увеличительное стекло русской души: через его личность можно понять всю Россию в её трудном для объяснения многообразии. Он заметил, что идея страдания тесно связана с тенденцией к потере индивидуальности и к раболепию. Русский самоубийца, например, не имеет ни тени подозрения, что убиваемое «я» бессмертно. И при этом он совсем не атеист.

Достоевский отмечает, что в России нет ни одного человека, который бы не лгал. Могут лгать честнейшие люди. Во-первых, потому, что правда кажется русскому слишком скучной; а во-вторых, «потому что мы все стыдимся самих себя, и каждый старается представить себя чем-то другим, чем он есть на самом деле».

Оборотная сторона русской покорности - безграничное самомнение. «Он (русский), может быть, совсем ничего не понимает в вопросах, которые он взялся решать, но он этого не стыдится, и совесть его спокойна. Это отсутствие совести свидетельствует о таком равнодушии по отношению к самокритике, о таком неуважении к себе самому, что впадаешь в отчаяние и теряешь надежду на нечто самостоятельное и спасительное для нации».

Несколько русских едут на поезде вместе с великим химиком Либихом, которого не знают. Один из них, ничего не понимая в химии, начинает разговаривать с Либихом на эту тему. Он говорит красиво и долго до своей станции, затем берет свои вещи и, гордый и величественный, покидает купе. Остальные русские тоже ни на момент не сомневаются в том, что в споре победил невежа.

Самоунижение, сопряженное с непомерным самомнением, Достоевский соотносит с 200-летним отвыканием от самостоятельности и с 200-летним оплевыванием русского лика, которое привело русскую душу к катастрофической покорности. Мы выскажем сегодня другое суждение: это нечто нездоровое, больное, чуждое, что перечеркивает постоянно все стремление к возвышенному. Психологизм является следствием не сильной души, а полной противоположностью этому, знаком уродства души.

Как раненый постоянно ощупывает свою рану, так и душевноущербный исследует свое внутреннее состояние.

В русской идее страдания и покорности заключается самое сильное напряжение между ценностями любви и чести. Во всей Западной Европе честь и идея свободы всегда пробивались, несмотря на костры инквизиции. У «русского человека», который к наступлению XX века стал почти евангелистом, честь как формирующая сила вообще не выступала. Митя Карамазов, который своего отца бил ногами, чтобы потом смириться, вряд ли был знаком с этим понятием. То же можно сказать о размышляющем Иване и старце Зосиме (один из прекраснейших образов русской литературы), не говоря уже о старшем Карамазове.

Рогожин отличается необузданной страстностью, европейского центра у него нет. Смердяков является сосредоточием всего рабского, без всякого стремления к духовным вершинам. К ним примыкают все те жестикулирующие студенты и больные революционеры, которые ночи напролет ведут долгие разговоры и споры, не зная в конечном итоге, о чем они вообще спорили. Это признаки испорченной крови, отравленной души.

Когда Тургенев искал для героя романа образец силы и прямоты, он, не найдя такового среди русских, выбрал болгарина - Инсарова. Русская литература подтверждает горькое признание Чаадаева о том, что Россия не относится ни к Западу, ни к Востоку, что она не имеет твердых органичных традиций. Русский - единственный в мире, кто не внес ни одной идеи в копилку человечества, и всё, что он получил от прогресса, было им искажено. Русский хоть и движется, но по кривой линии, которая не ведет к цели, и он подобен маленькому ребенку, который не умеет думать правильно.

Из мучительного стремления подарить миру нечто самостоятельное возникло «всеобъемлющее человеколюбие» Достоевского, которое, видимо, означает то же самое, что и русская культура. Россия для него - это страна, которая сохранила в своей груди истинный образ Христа, чтобы однажды, когда народы Запада собьются с пути, вывести их на новую спасительную дорогу. Страдающее, терпеливое человеколюбие является залогом грядущего «слова» России.

Эта отчаянная попытка Достоевского сродни поведению русского в случае с Либихом, когда сломанная покалеченная душа берет на себя смелость наставлять мир на путь истинный.

Достоевский имел успех у всех европейцев, которые находились в состоянии усталой расслабленности, у всех полукровок духовности большого города - и без учета его антисемитского мировоззрения - у еврейского мира писателей, которые в пустом пацифизме Толстого увидели еще одно благоприятное средство для разложения Запада. «Человечным» начали считать всё больное, сломленное, загнивающее. Униженные и преследуемые стали «героями», эпилептики - объектами истового человеколюбия и такими же неприкасаемыми, как юродивые обленившиеся нищие Средневековья или Симон Столпник. При этом человечность в германском понимании превратилась в свою противоположность.

Человечным для жителя Запада является герой Ахиллес или ищущий Фауст; человечной является сила неутомимого Леонардо; человечной является борьба Рихарда Вагнера и Фридриха Ницше. От русского понимания больных и преступников в роли несчастных, дряхлого и гнилого как символов «человеколюбия», - необходимо отделаться навсегда.

Даже индиец, к которому напрасно апеллируют многие русские, принимает свою судьбу как вину своей прошлой жизни. Как бы ни толковали учение о переселении душ, оно аристократично и было порождено храбрым сердцем. Причитания же по поводу «власти тьмы» - это беспомощный лепет отравленной крови. Эта испорченная кровь создала себе в качестве высшей ценности стремление к страданию, покорность, «любовь ко всем людям» и стала враждебной природе. Подобной «любовью» когда-то побеждал Рим, пока Европа отчасти не стряхнула с себя аскетичный египетско-африканский мазохизм.

Не лишенная естества «любовь», не непостижимая «община добрых и верующих», не «человеколюбие» с испорченной кровью издавна творчески воздействовали на культуру и искусство. В Элладе - плодовитый Эрос и расовая красота, в Германии - честь и расовая динамика.

Очевидно святое великое желание Достоевского вести борьбу с погибельными силами. Восхваляя русского человека как путеводную звезду будущей Европы, он тем не менее видит, что Россия предалась бесам. Он уже знает, кто возьмет верх в игре сил: «безработные адвокаты и наглые евреи». Керенский и Троцкий предсказаны. В 1917 году с «русским человеком» было покончено.

Он распался на две части. Нордическая русская кровь проиграла войну, восточно-монгольская мощно поднялась, собрала китайцев и народы пустынь; евреи, армяне прорвались к руководству, и калмыко-татарин Ленин стал правителем. Демонизм этой крови инстинктивно направлен против всего, что выглядит отважным и по-мужски нордическим как живой укор по отношению к человеку, которого Лотроп Штоддард правильно назвал «недочеловеком». Прежняя любовь, самоуверенная от беспомощности, обернулась эпилептическим припадком, проведенным в политическом плане с энергией умалишенного. Смердяков управляет Россией.

Русский эксперимент закончился банально: большевизм мог взять власть лишь в расово и духовно больном народном теле, которое не могло решиться на честь, а только на бескровную «любовь».

Тот, кто хочет обновления Германии, отвергнет и русское искушение вместе с его еврейским использованием. Отпор этому соблазну уже набирает силу. Результаты покажет будущее».

МОЙ КОММЕНТАРИЙ: Рассуждения Альфреда Розенберга сугубо надстроечны и потому не очень значимы. Однако они созвучны многим современным вумникам, апеллирующим к некой «особой» русской ментальности, оказывающейся примордиально-рабской и жаждущей царя, попа и кнута. Национал-социалистические расисты относились к русским людям столь же высокомерно, как и нынешние социал-дарвинистские либерасты. Немецкие агрессоры недооценили нас и проиграли. Как я жажду «сталинграда» для предателей-оккупантов!

Главный идеолог национал-социалистического движения придумал и ввел в употребление многие ключевые понятия нацизма, такие как "расовая теория", "окончательное решение еврейского вопроса" и многих других идеологем. Альфред Розенберг долгое время среди немцев в Германии считался "русским", поскольку родился в Ревеле и до революции жил в России. Он является выпускником Московского высшего технического училища, хотя, наверное, теперь университет вряд ли гордится таким своим воспитанником.

Ранние годы

У Альфреда Эрнста Вольдемаровича Розенберга (так его называли до 1923 года, о чем свидетельствуют записи в свидетельстве о рождении и паспорте) родным языком был русский. Будущий идеолог немецкого национал-социализма родился 12 января 1893 года в Ревеле (сейчас Таллин), административном центре Эстляндской губернии Российской империи. Его отец Вольдемар Вильгельм Розенберг - остзейский немец, занимался пошивом обуви (по другим данным торговец). Мама была родившаяся в Петербурге Эльфрида Каролина Зире, происходившая из семьи переселившихся в Россию французских гугенотов. В те времена значительную часть городского населения Эстонии составляли остзейские (прибалтийские немцы). По другим версиям, особенно широко распространенным в 30-х годах 20 века, его отец был наполовину эстонец, наполовину латыш, а мама то ли французского, то ли франко-немецкого происхождения.

Альфред Розенберг рано остался без родителей, мама умерла всего через два месяца после его рождения. Окончательно он осиротел в возрасте 11 лет. Воспитывали его тетки, которые очень любили его и часто баловали. Учился он в местном реальном училище, где больше всего было немцев, но учились и русские, а меньше всего эстонцев. Лучше всего ему давалось рисование, по приказу инспектора училища, его рисунки эстляндской усадьбы Петра Первого повесили в богатых рамках на стены училища. Когда в 1942 году Альфред Розенберг приезжал в Таллин, они висели на прежнем месте. В запасниках музея искусств Эстонии хранится его рисунок «Лестница» (1918).

Жизнь до

В 1910 году он поступил на архитектурный факультет Рижского политехнического института. Во время Первой мировой войны перевелся в Московское высшее техническом училище, которое закончил в 1918 году. В русскую армию его не призвали, поскольку у него, как студента была бронь.

В 1918 году он вернулся в Ревель, который примерно через две недели захватили немцы. Розенберг хотел записаться в германский добровольческий корпус. Однако попытка не удалась, ему объяснили, что "русских" не принимают. В оккупированной немцами стране жить было тяжело, Альфред Розенберг не имел постоянной работы. Иногда зарабатывал частными уроками рисования и изредка продавал свои пейзажи старого Ревеля. Вскоре его жена выехала на лечение в Германию, и Розенбергу с большим трудом тоже удалось получить разрешение на выезд.

Приобщение к нацизму

В 1919 году в Мюнхене он познакомился с Дитрихом Эккартом, издателем националистического журнала, где вскоре начал печатать свои антисемитские статьи. Он вступил в оккультную организацию "Общество Туле" и вскоре его познакомили с Адольфом Гитлером. Альфред Розенберг оказал большое влияние на формирование взглядов будущего фюрера, особенно касающихся евреев и русских. Он познакомил Гитлера с "Протоколами сионских мудрецов" и не раз говорил ему, что революция в России и Первая мировая война произошла вследствие мирового еврейского заговора.

В эти годы вышли и первые книги Альфреда Розанберга, развивающие его взгляды на развитие истории, как борьбу рас. Он все активнее занимался политической деятельностью, стал главным редактором партийной газеты. В 1923 году принял участие в "пивном путче", неудачной попытке силового захвата власти. После чего некоторое время был на нелегальном положении.

Манифест национал-социализма

В октябре 1930 года вышло главное произведение Альфреда Розенберга "Миф 20 века", ставшее почти официальным идеологическим пособием членов нацистской партии. Книга за время существования Третьего рейха была издана общим тиражом более миллиона экземпляров. Она распространялась национал-социалистической партией по любому существенному поводу, а предложенные лозунги активно обсуждались. Внимательно изучали ее только нацистские партийные функционеры в поисках подходящих лозунгов или идеологи оппозиции, которые искали слабые места в настольной книге нацизма.

Хотя Розенберг показывал рукопись Гитлеру и получил его одобрение на ее издание, Гитлер не раз говорил своим близким соратникам, что книга, написанная "самоуверенным прибалтом", совершенно скучная и сумбурная. Большинство высокопоставленных нацистов не смогли полностью прочитать книгу Альфреда Розенберга "Мифы 20 века", настолько она была непонятна и не читабельна.

Мифотворчество нациста

В своей книге он предлагает расовое рассмотрение истории, утверждая, что будущая борьба будет не между классами или церковными догмами, а борьба между "кровью и кровью, расой и расой, народом и народом". Розенберг писал о ключевой роли нордических людей в развитии практически всех древних цивилизаций, упадок же происходил, по его мнению, из-за смешения с "дегенеративными" расами (сирийцами, этрусками), которые распространяли низменную культуру и другие пороки. Подавая реальную историческую жизнь как миф, Альфред Розенберг все хорошее отнес к достижениям нордических арийцев, обосновывая их право на доминирование в мире. Только истинные арийцы являются носителями высокой культуры, эталонами честности и справедливости.

О России он писал, что только основание ее викингами дало государственность и позволило развиваться культуре. Однако в революцию 1917 года нордическая часть русской крови проиграла борьбу восточно-монгольской, объединившись, китайцы, жители пустынь, евреи и армяне прорвались к власти, поставив правителем калмыко-татарина Ленина. Хорошо зная русскую литературу, Розенберг пишет, что Достоевский, восхваляя русского человека, как будущее Европы, все равно видит, что страна отдана демонам.

Министерство разграбления и уничтожения

В 1940 году Альфред Розенберг назначен главой института идеологии и воспитания, при котором была создана организация ("Эйнзатцштаб Розенберга"), которая должна была заниматься конфискацией имущества и культурных ценностей на захваченных территориях. Сам он подчеркивал, что в соответствии с директивой фюрера, все научное и архивное имущество идеологических противников, которое включало и мебель, находится в его ведении. Только в странах Западной Европы было ограблено около 70 тысяч еврейских домов, для вывоза мебели потребовалось 27 тысяч железнодорожных вагонов.

За несколько дней до нападения на Советский Союз Альфред Розенберг стал министром оккупированных восточных территорий. Теперь подведомственные ему организации вывозили не только произведения искусства, но и продовольствие. С подведомственных ему земель были вывезены сотни тысяч тонн зерна, мяса, масла и других продуктов. За несколько лет оккупации были также отправлены 137 товарных вагонов с 4100 ящиками с произведениями искусства.

Розенберг начал воплощать в жизнь свои антисемитские теоретические положения по изоляции евреев в гетто. Его подчиненные стремились очистить восточные земли от "недочеловеков", участвуя в массовых убийствах евреев.

На процессе в Нюрнберге выяснилось, что 9 мая 1941 года Альфред Розенберг получил одобрение у Адольфа Гитлера предложенным планам по расчленению Советского Союза. В его дневниках есть запись, что фюрер дал ему задание управлять Россией. В одном из документов его ведомства было написано, что миллионы людей умрут или должны будут переселиться в Сибирь.

Ключевые пункты программы по расчленению Советского Союза - это организация местных националистических правительств. По его мнению, чтобы не бороться со 120 миллионным населением страны, нужно, чтобы одна часть людей боролась с другой под присмотром нацистов.

Непосредственно для управления отдельными регионами были созданы пять комиссариатов, которые должны были подчиняться непосредственно Розенбергу. Однако к работе успели приступить только несколько административных управлений в Центральной России и Кавказе. Розенберг оказался бездарным администратором, и контроль над оккупированными территориями перешел к другим нацистским ведомствам. Однако даже весной 1945 года он отказывался расформировывать свое министерство.

Дневники преступника

Личные записи он вел с 1936 по 1944 год, сделанные в блокноте или на отдельных листах бумаги. Они составили 425 страниц. В конце войны записи попали к союзникам и стали одной из существенных улик обвинения. Потом они были утеряны, их увез главный обвинитель от США Роберт Кемпнер, о чем узнали уже только после его смерти в 1996 году. После долгих поисков выяснили, что он их передал одному из своих старых друзей, в июне 2013 года власти США конфисковали их и передали в Мемориальный музей Холокоста, находящийся в Вашингтоне.

Историки считают политические дневники Альфреда Розенберга важным документом, раскрывающим внутреннюю кухню работы тоталитарного нацистского государства, планом по расчленению "восточных территории" (бывший Советский Союз) и созданию нескольких губернаторств, которые должны были враждовать между собой.

Среди записей можно найти информацию о его беседах с Гитлером. Он с воодушевлением вспоминает, как убеждал его, что российская большевистская революция стала результатом "всемирного заговора еврейства", и поэтому евреи являются самой большой угрозой для страны. Много записей посвящены депортации еврейского населения, которую они деликатно называли "выдавливание на Запад".

Часть записей дневников Альфреда Розенберга посвящено описанию внутренних противоречий среди нацистского руководства. Например, в ноябре 1938 года он сообщает, что рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер разделяет его взгляды на одного из товарищей по партии особо приближенном к Гитлеру. Про другого функционера, зашифрованного как д-р Г, пишет, что он самый ненавидимый человек в Германии.

Справедливое возмездие

Розенберг продолжил оставаться министром по делам восточных территорий, даже когда советские войска уже штурмовали Берлин. В последние годы войны он бежал на север страны, где была резиденция правительства под руководством адмирала Карла Деница, официального приемника Гитлера. Однако 19 мая 1945 года военными из 11-й британской армии он был арестован в госпитале города Фленсбурга и переправлен в тюрьму, как один из главных военных преступников.

Обвинение в Международном военном трибунале представило многочисленные документы, включая переписку, дневник и книги. Одним из главных свидетельств нацистских взглядов стала книга Альфреда Розенберга "Миф ХХ века". Суд отметил, что декреты министерства способствовали окончательной изоляции евреев в гетто, его подчиненные принимали активное участие в массовых расстрелах евреев. Многие присутствовавшие на судебном процессе отмечают, что он был самым бесцветным среди других подсудимых - ни харизмы, ни красноречия.

Вместе с другими нацистскими преступниками он был приговорен к смертной казни через повешение. Приговор был приведен в исполнение 16 октября 1946 года, труп сожгли. Он единственный среди военных преступников, кто отказался от последнего слова и остался убежденным нацистом, о чем свидетельствуют мемуары Альфреда Розенберга, изданные в конце сороковых годов. Так назвали книгу с комментариями C. Ланга и Э. фон Шенка, в которую вошли записи, которые делал нацистский идеолог во время Нюрнбергского процесса, при этом только те, которые были интересны с точки зрения составителей.

Личная жизнь

Первый раз он рано женился (в 22 года) на эстонке, по другой версии, - обрусевшей прибалтийской немке. В 1915-1923 годах его женой была Хильде Леэсман. Известно, что она была высокообразованной, любила читать русских классиков. В 1917 году Хильда заболела туберкулезом, и супруги провели лето в Крыму для лечения ее болезни. Осенью молодая семья вернулась в Ревель, а в 1918 году переехала в Германию. В 1923 году Альфред получил немецкое гражданство и развелся с женой, которая ненадолго приезжала с лечения в Швейцарии. После развода Хильда лечилась во Франции, и осенью этого же года умерла.

Через два года он женился на немке Хедвиг Крамер, с которой прожил до самой смерти. Супруга навещала его, когда он сидел в тюрьме во время Нюрнбергского процесса. В этом браке у него родилось двое детей. Сын умер во младенчестве. Дочь Альфреда, Ирина Розенберг, родилась в 1930 году. Практически единственное опубликованное фото есть в книге Роберта Сесила The Myth of the Master Race: Alfred Rosenberg and Nazi Ideology, где она в возрасте примерно 8 лет вместе с отцом на дне рождения Гитлера. Известно, что после войны она работала секретарем со знанием многих языков, но ее постоянно увольняли, когда узнавали об отце. Только в американской эмиграционной службе она проработала до ее закрытия, их не беспокоило, что Ирен - дочь Альфреда Розенберга.

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field "wikibase" (a nil value).

А́льфред Эрнст Ро́зенберг (нем. Alfred Ernst Rosenberg ; рус. Альфред Эрнст Вольдемарович Розенберг ; 12 января , Ревель , ныне Таллин - 16 октября 1946 года , Нюрнберг) - немецкий государственный и политический деятель, один из наиболее влиятельных членов и идеолог Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП) .

Начальник Внешнеполитического управления НСДАП ( -), уполномоченный фюрера по контролю за общим духовным и мировоззренческим воспитанием НСДАП (Beauftragter des Führers für die Überwachung der gesamten geistigen und weltanschaulichen Schulung und Erziehung der NSDAP ) (1934-1945), руководитель Центрального исследовательского института по вопросам национал-социалистической идеологии и воспитания (1940-1945), рейхсминистр восточных оккупированных территорий (Reichsministerium für die besetzten Ostgebiete ) ( -). Рейхсляйтер (1933-1945), обергруппенфюрер СА . Приговором Нюрнбергского трибунала объявлен одним из главных военных преступников .

Считается автором таких ключевых понятий нацистской идеологии, как «расовая теория », «окончательное решение еврейского вопроса» , отказ от Версальского договора и борьба против «вырождения искусства» .

Биография

Происхождение

Ранние годы

По воспоминаниям современников, «в его речах сразу чувствовался мыслитель, высказывающий оригинальные идеи в доступной форме». Был убеждён, что всю историю человечества можно объяснить с точки зрения расовой теории. В 1920 году выпустил антисемитские работы «След евреев в изменениях времени» и «Безнравственность в Талмуде». В 1922 году издал книгу «Природа, основные принципы и цели НСДАП».

После освобождения советскими войсками территории СССР аппараты рейхскомиссариатов были эвакуированы, а министерство фактически перестало функционировать, хотя, судя по дневнику имперского уполномоченного по тотальной войне Йозефа Геббельса , даже весной 1945 года Розенберг категорически отказывался расформировывать своё министерство . Тем не менее, значительная часть аппарата министерства была мобилизована в ходе мероприятий по ведению тотальной войны.

После войны

После окончания войны бежал на север Германии в расположение Фленсбургского правительства Карла Дёница . По воспоминаниям состоявшего в этом правительстве рейхсминистра Альберта Шпеера , там он вынашивал идею распустить нацистскую партию, заявляя при этом, что он - единственный партийный руководитель такого ранга, который вправе издать такой декрет . Был арестован военными 11-й английской армии 19 мая 1945 года в госпитале Фленсбурга .

Суд и казнь

В качестве одного из главных военных преступников предстал перед судом Международного военного трибунала в Нюрнберге . Приговорён к смертной казни через повешение. 16 октября 1946 года приговор был приведён в исполнение. Розенберг был единственным из 10 казнённых, который отказался произнести на эшафоте последнее слово.

Библиография

• След еврея в перемене эпох (нем. Die Spur des Juden in Wandel der Zeiten )
• Безнравственность в Талмуде (нем. Unmoral im Talmud )
• Преступление масонства (нем. Das Verbrechen der Freimaurerei )
• Чума в России: большевизм, его руководители, приспешники и жертвы (нем. Pest in Rußland: der Bolschewismus, seine Häupter, Handlanger und Opfer )
• Сущность, принципы и цели НСДАП (нем. Wesen, Grundsätze und Ziele der Nazionalsozialistischen Deutschen Arbeiterpartei )
• Антигосударственный сионизм (нем. Der staatsfeindliche Zionismus )
• Протоколы сионских мудрецов и еврейская мировая политика (нем. Die Protokolle der Weisen von Zion und die jüdische Weltpolitik )
• Перевод с французского книги А. Р. Гугено де Муссо «Еврей: иудейство и оевреивание христианских народов» (фр. R. Gougenot de Mousseaux. Le juif: Le judaisme et la judaïsation des peuples chrétiens , нем. Übersetzung aus dem Französischen G. des Mousseaux: Der Jude, das Judentum, und die Verjudung der christlichen Völker )
• Центр и Баварская народная партия как противники идеи германского государства (нем. Zentrum und Bayerische Volkspartei als Feinde des Deutschen Staatsgedankens )
• Кошелёк и марксизм (нем. Börse und Marxismus )
• Идея народного государства (нем. Der völkische Staatsgedanke )
• В 1929 году Розенберг издал свою главную работу «Миф XX века».
• В 2005 г. на русском языке изданы мемуары А. Розенберга: Мемуары (с комментариями C. Ланга и Э. фон Шенка). Перевод с немецкого. Харьков, ООО «ДИВ», 2005. ISBN 966-8504-03-8

Библиография книжных изданий Розенберга

В списке указаны первые издания работ

• Unmoral im Talmud. München: Deutscher Volksverl., 1920.

Английская версия:

• Immorality in the Talmud. London: Friends of Europe, 1937.
• Die Spur des Juden im Wandel der Zeiten. München: Deutscher Volksverl., 1920.

Японская версия:

• 猶太民族の歴史的足跡 (Yudaya minzoku no rekishi-teki ashiato). Tōkyō: Shin Taiyo-sha, 1944.
• Das Verbrechen der Freimaurerei. München: Hoheneichen-Verl., 1921.
• Pest in Rußland. München: Deutscher Volksverl., 1922.
• Bolschewismus, Hunger, Tod. München: Deutscher Volksverl., 1922.

Польская версия:

• Bolszewizm, glód, śmierć. Warszawa: Perzyński, Niklewicz i s-ka, 1923.
• Der staatsfeindliche Zionismus auf Grund jüdischer Quellen erläutert. Hamburg: Deutschvölkische Verlagsanst., 1922.
• Wesen, Grundlagen und Ziele der national-sozialistischen deutschen Arbeiterpartei. München: Deutscher Volksverl., 1923.
• Die Protokolle der Weisen von Zion und die jüdische Weltpolitik. München: Deutscher Volksverl., 1923.
• Zentrum und Bayerische Volkspartei als Feinde des Deutschen Staatsgedankens. München: Deutscher Volksverl., 1924.
• Dr. Georg Heim und die Novemberrepublik. München: Deutscher Volksverl., 1924.
• Der völkische Staatsgebaute. München: Deutschvölkische Verlagsbuchh., 1924.
• Börse und Marxismus oder Der Herr und der Knecht. München: Deutscher Volksverl., 1924.
• Die internationale Hochfinanz als Herrin der Arbeiterbewegung in allen Ländern. München: Deutscher Volksverl., 1925.
• Der Fall Bettauer. München: Deutscher Volksverl., 1925.
• Dolchstoß-Dokumente. München: Fr. Eher Nachf., 1926.
• Nationalsozialismus und Jungdeutscher Orden. München: Fr. Eher Nachf., 1927.
• Houston Stewart Chamberlain als Verkünder und Begründer der deutschen Zukunft. München: H. Bruckmann, 1927.
• Dreißig Novemberköpfe. Berlin: Kampf-Verlag Gregor Strasser, 1927.
• Der Weltkampf des Faschismus. München: Deutscher Volksverl., 1927.
• Der Zukunftsweg einer deutschen Außenpolitik. München: Eher, 1927.

Английская версия:

• The Future of German Foreign Policy. London: Friends of Europe, 1937.
• Der Weltverschwörerkongreß zu Basel. München: Fr. Eher Nachf., 1927.
• Dietrich Eckart. München: Eher, 1928.
• Freimaurerische Weltpolitik im Lichte der kritischen Forschung. München: Fr. Eher Nachf., 1929.

• Der Sumpf. München: F. Eher Nachf., 1930.
• Der Mythus des 20. Jahrhunderts. München: Hoheneichen-Verlag, 1930.
• Wesen, Grundsätze und Ziele der Nationalsozialistischen Deutschen Arbeiterpartei. München: Deutscher Volksverl., 1930.
• Das Wesensgefüge des Nationalsozialismus. München: Eher, 1932.
• Die Entwicklung der deutschen Freiheitsbewegung. München: Eher, 1933.

Издано под тем же названием в Бразилии:

• Die Entwicklung der deutschen Freiheitsbewegung. Ponta Grossa: Verl. d. Dt. Vereinigung f. Evangelisation u. Volksmission, 1933.
• Revolution in der bildenden Kunst? München: Eher, 1934.
• Krisis und Neubau Europas. Berlin: Junker & Dünnhaupt, 1934.
• Le Mouvement National Socialiste. Paris: Librairie Hachette, 1934.
• Die Religion des Meister Eckehart. München: Hoheneichen-Verlag, 1934 (Sonderdruck aus dem «Mythus d. 20. Jh.») .
• Der Kampf um die Weltanschauung. München: Eher, 1934.

Болгарская версия:

• Борба за новъ свѣтогледъ. София: Нова Европа, 1942.
• Der deutsche Ordensstaat. München: Eher, 1934.
• Der Bolschewismus als Aktion einer fremden Rasse. München: Eher, 1935.
• An die Dunkelmänner unserer Zeit. München: Eher, 1935.
• The final Fight between Europe and Bolshevism. München: Eher, 1936.

Французская версия:

• L’Heure décisive de la lutte entre l’Europe et le bolchevisme. München: Eher, 1936.

Итальянская версия:

• La lotta decisiva fra l’Europa e il Bolscevismo. München: Eher, 1936.
• Разоблаченный большевизм: речи Адольфа Гитлера и Альфреда Розенберга на Нюрнбергском конгрессе Национал-социалистической германской рабочей партии 8-14 сентября 1936 г. Берлин: Новое слово, 1936.
• Nationalsozialismus, Religion und Kultur. Berlin: Industrieverl. Spaeth & Linde, 1936.
• Gestaltung der Idee. München: Eher, 1936.
• Der entscheidende Weltkampf. München: Eher, 1936.
• Rede des Reichsleiters Alfred Rosenberg auf der Gautagung des NS.-Lehrerbundes Gau Hessen-Nassau am 18. April 1937 in Mainz. : , 1937.
• Protestantische Rompilger. München: Hoheneichen-Verlag, 1937.

Английская версия:

• Protestant pilgrims to Rome. London: Friends of Europe, 1938.
• Kampf um die Macht. München: Eher, 1937.
• Georg Friedrich Händel. Rede bei der Feier des 250. Geburtstages Händels am 22. Februar 1935 in Halle. Wolfenbüttel: Kallmeyer, 1937.
• Ein Kampf f. dt. Wiedergeburt. Reden u. Aufsätze v. 1919-1933. München: Eher, 1937.
• Der Kampf zwischen Schöpfung und Zerstörung. Kongreßrede auf d. Reichsparteitag d. Arbeit am 8. Sept. 1937. München: Eher, 1937.

Русская версия:

• Призыв к борьбе: Речи Адольфа Гитлера и Альфреда Розенберга на Нюрнбергском конгрессе Национал-социалистической германской рабочей партии 7-13 сентября 1937 г. Berlin: G. Koenig, 1937.
• Ulrich von Hutten. : , 1938.
• Gestalt und Leben. Halle/Saale: Niemeyer, 1938.
• Europa und sein Todfeind. München: Eher, 1938.
• Einsamkeit und Gemeinschaft. Rede des Reichsleiters Alfred Rosenberg am 11. November 1938 in Berlin. Dresden: , 1938.
• Die neue Mission des Erziehers. München: Deutscher Volksverl., 1938.
• Der Kampf um die Freiheit der Forschung. Halle/Saale: Niemeyer, 1938.
• Демократия и большевизм: речи Адольфа Гитлера, Альфреда Розенберга и Германа Геринга на Нюрнбергском съезде НСДАП 5-12 сентября 1938 г. Берлин: Новое слово, 1938.
• Autorità e libertà. : , 1938.
• Weltanschauung und Glaubenslehre. Halle/Saale: Niemeyer, 1939.
• Verteidigung des deutschen Kulturgedankens. München: Eher, .
• Neugeburt Europas als werdende Geschichte. Halle/Saale: Niemeyer, 1939.
• Müssen weltanschauliche Kämpfe staatliche Feindschaften ergeben? München: Eher, 1939.
• Das Parteiprogramm. München: Eher, 1939.
• Das nationalsozialistische Deutschland und die Wissenschaft. Tōkyō: Hakusuisha Verl., .

• Unser Kampf gegen Versailles. Danzig: NSDAP., Gauleitg Danzig-Westpreußen, 1940 (als Ms. gedruckt)
• Nordisk Skjebnefellesskap. Lübeck: Nord. Ges., 1940.

Немецкая версия:

• Nordische Schicksalsgemeinschaft. Mainz: Mainzer Presse, 1941.
• Der geschichtliche Sinn unseres Kampfes. Berlin: M. Müller, 1940.
• Tradition und Gegenwart. München: Zentralverl. der NSDAP, 1941.
• ナチス闘争の理念 (Nachisu tōsō no rinen). Tōkyō: Kuni-kyō-sha, 1941.
• Gold und Blut. München: Eher, 1941.

Болгарская версия:

• Злато и кръвъ. София: Нова Европа, 1942 (работа вышла под одной обложкой с «Борба за новъ свѣтогледъ»)
• Die Judenfrage als Weltproblem. München: Eher, 1941.

Венгерская версия:

• Zsidókérdés - világprobléma. Budapest: Centrum, 1942.
• Uutta eurooppaa kohti. Helsingissä: Otava, 1942.
• Waffenbruder Finnland: ein Buch für die deutschen Soldaten in Finnland. : , 1942.
• Schriften und Reden. Bd. 1. Schriften aus d. Jahren 1917-1921, Bd. 2. Schriften aus d. Jahren 1921-1923. München: Hoheneichen-Verlag, 1943 (юбилейное издание к 50-летию Розенберга)
• Der Weltkampf und die Weltrevolution unserer Zeit. München: Eher Nachf., 1943.

Издано под тем же названием в рейхскомиссариате Остланд :

• Der Weltkampf und die Weltrevolution unserer Zeit. Riga: Pressechef d. Reichskommissars f. d. Ostland, 1943.
• 血と名誉 (Chi to meiyo). Tōkyō: Kigensha, 1943.
• Deutsche und europäische Geistesfreiheit. München: Eher, 1944.

Чешская версия:

• Německá a evropská svoboda ducha. Praha: Orbis, 1944.

Голландская версия:

• Duitsche en Europeesche geestesvrijheid. : , 1944.
• Friedrich Nietzsche. München: Eher Nachf., 1944.

• Letzte Aufzeichnungen. Göttingen: Plesse-Verl., 1956.
• Das politische Tagebuch Alfred Rosenbergs aus den Jahren 1934/1935 und 1939/1940. Göttingen: Musterschmidt, 1956.

В 2013 году в США был найден дневник Розенберга, раннее считавшийся утерянным.

Запрет в России

На основании решения Солнцевского районного суда г. Москвы от 15.10.2012 книга А. Розенберга «Мемуары» была внесена в Федеральный список экстремистских материалов под № 1648.

См. также

Напишите отзыв о статье "Розенберг, Альфред"

Примечания

2. «Der Großdeutsche Reichstag 1938» («Der Großdeutsche Reichstag 1938. IV. Wahlperiode (nach dem 30. Januar 1933)). Mit Zustimmung des Herrn Reichstagspräsidenten herausgegeben von E. Kienast, Direktor beim Reichstag», Berlin, im Juni 1938, R.v. Decker’s Verlag, E.Schenck, Berlin W9. Стр. 367.
4. http://www.jstor.org/pss/3269855
6. «… в беседах за чайным столом Гитлер без обиняков говорил, что это малопонятный бред, написанный самоуверенным прибалтом, который крайне путано мыслит. И вообще Гитлер удивлялся, что подобная книга вышла столь большим тиражом: „Возврат к средневековому мышлению“» (А. Шпеер «Воспоминания». - Смоленск: «Русич», 1997. - С. 648. - 696 с.).
7. «Из речи рейхсляйтера Розенберга о политических целях Германии в предстоящей войне против Советского Союза и планах его расчленения» 20 июня 1941 г. в кн: «Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками». Сборник материалов в трёх томах. Под общей редакцией Р. А. Руденко . Издательство «Юридическая литература». Москва, 1965-1966. Т. 2, стр. 166.
8. «Указ Гитлера о гражданском управлении во вновь оккупированных восточных территориях» от 17.07.1941 г. в кн: «Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками». Сборник материалов в трёх томах. Под общей редакцией Р. А. Руденко. Издательство «Юридическая литература». Москва, 1965-1966. Т. 2, стр. 170.
9. «Наша страна » от 19 ноября 2011, стр. 3, рубрика «К истории белой эмиграции», статья "Редактор газеты «За родину» о редакторе «Нового слова» (Анатолий Григорьевич Макриди-Стенрос о судьбе Владимира Михайловича Деспотули - из писем Н. Л. Казанцеву).
10. Й. Геббельс «Последние записи». Смоленск, «Русич», 1993: «Рейхсминистр Розенберг всё ещё отказывается распустить своё министерство. Он называет его теперь не министерством по делам оккупированных восточных областей, ибо это звучало бы слишком смешно, а только восточным министерством. Он хочет сосредоточить в этом министерстве всю нашу восточную политику» (запись от 16 марта 1945 г., с. 202); «Розенберг продолжает отказываться ликвидировать восточное министерство» (запись от 18 марта 1945 г., с. 220).
11. Рейхсминистр А. Шпеер описывал прибытие туда Розенберга так: «Через несколько дней его привезли в Мюрвик в бессознательном состоянии. Чуть придя в себя, он заявил, что принял яд; позднее выяснилось, что рейхслейтер был попросту совершенно пьян» (А. Шпеер «Воспоминания». - Смоленск: «Русич», 1997. - С. 648. - 696 с.).
12. А. Шпеер «Воспоминания». - Смоленск: «Русич», 1997. - С. 648. - 696 с.
13. Н. С. Лебедева «Подготовка Нюрнбергского процесса». Издательство «Наука». Москва, 1975. Отв. ред. - докт. юрид. наук. А. И. Полторак. Со ссылкой на «New York Times», 20. V. 1945, p. 7.: http://vivovoco.narod.ru/VV/BOOKS/LEBEDEVA/CHAPT_2.HTM#29; http://worldatwartimeline.com/1945/may/05191945.htm; http://history.howstuffworks.com/world-war-ii/nazi-germany-surrenders13.htm
14. Приведено по списку в брошюре: Der völkische Staatsgedanke. München, 1924. S. 35.

Литература

• Hart F.Th. Alfred Rosenberg. Der Mann und sein Werk. München, 1933 (официальная биография, неоднократно переиздавалась) .
• Залесский К. А. Кто был кто в Третьем рейхе: Биографический энциклопедический словарь. - М .: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Издательство Астрель», 2002. - С. 570-573. - 942 с. - ISBN 5-17-015753-3 (ООО «Издательство АСТ»); ISBN 5-271-05091-2 (ООО «Издательство Астрель»).
• Залесский К. НСДАП. Власть в Третьем рейхе. - М .: Эксмо , 2005. - С. 474-476. - 672 с. - ISBN 5-699-09780-5.
• в словаре Baltisches Biographisches Lexikon digital (нем.)

Ссылки

• Георг Лукач. // Литературная газета, № 26, 1934.
• С. А. Гурулёв. Ещё раз о расизме, нацизме и их идеологе Розенберге //Вопросы Истории, 2006, № 5, стр. 62 слл.

Отрывок, характеризующий Розенберг, Альфред

* Примечание: прошу не путать (!!!) с греческим комплексом монастырей Мэтэора в Каламбаке, Греция. Мэтэора по-гречески означает «висящие в воздухе», что полностью соответствует потрясающему виду монастырей, как розовые грибы выросших на высочайших верхушках необычных гор. Первый монастырь был построен примерно в 900 году. А между 12 и 16 столетиями их было уже 24. До наших дней «дожили» всего лишь шесть монастырей, которые до сих пор потрясают воображение туристов.
Правда, туристам не известна одна весьма забавная деталь... В Мэтэоре существует ещё один монастырь, в который «любопытные» не допускаются... Он был построен (и дал начало остальным) одним одарённым фанатиком, учившимся когда-то в настоящей Мэтэоре и изгнанным из неё. Обозлившийся на весь мир, он решил построить «свою Мэтэору», чтобы собирать таких же «оскорблённых», как он, и вести свою уединённую жизнь. Как ему это удалось – неизвестно. Но с тех пор в его Мэтэоре начали собираться на тайные встречи масоны. Что происходит раз в году и по сей день.
Монастыри: Гранд Мэтэорон (большой Мэтэорон); Руссано; Агиос Николас; Агиа Триос; Агиас Стефанос; Варлаам расположены на очень близком расстоянии друг от друга.