Общественно-политические процессы в странах запада во второй половине хх века. Мир во второй половине xx века

Превращение США в ведущую мировую державу . Война привела к резким сдвигам в соотношении сил в мире. США не только мало пострадали в войне, но и получили значительные прибыли. В стране возросла добыча угля, нефти, выработка электроэнер­гии, выплавка стали. Основой такого экономического подъема стали большие военные заказы правительства. США заняли лиди­рующее положение в мировом хозяйстве. Фактором обеспечения экономической и научно-технической гегемонии США явился импорт идей и специалистов из других стран. Уже накануне и в годы войны в США эмигрировали многие ученые. После войны из Германии было вывезено большое число немецких специалистов и научно-техническая документация. Военная конъ­юнктура способствовала развитию сельского хозяйства. На продо­вольствие и сырье в мире существовал большой спрос, что создава­ло благоприятное положение на аграрном рынке и после 1945 г. Страшной демонстрацией возросшей мощи США стали взры­вы атомных бомб в японских городах Хиросима и Нагасаки. В 1945 г. президент Г. Трумэн открыто говорил, что на Америку легло бре­мя ответственности за дальнейшее руководство миром. В услови­ях начала «холодной войны» США выступили с концепциями «сдерживания» И «отбрасывания» коммунизма, нацеленных про­тив СССР. Военные базы США покрывают значительную часть мира. Наступление мирного времени не остановило вмешательства государства в экономику. Несмотря на похвалы свободному пред­принимательству, развитие экономики после «нового курса» Руз­вельта уже не мыслилось без регулирующей роли государства. Под контролем государства осуществлялся переход промышленности на мирные рельсы. Была реализована программа строительства дорог, электростанций и т.д. Совет экономических консультантов при президенте давал рекомендации органам власти. Были сохра­нены социальные программы времен «нового курса» Рузвельта. Новая политика называлась «справедливым курсом». Наряду с этим проводились меры по ограничению прав профсоюзов (закон Таф­та-Хартли). Одновременно по инициативе сенатора Дж. Маккар­ти развернулись гонения на людей, обвиняемых в «антиамерикан­ской деятельности» (маккартизм). Жертвами «охоты на ведьм» стали многие люди, в том числе такие известные, как Ч. Чаплин. В рам­ках подобной политики продолжалось наращивание вооружении, в том числе ядерных. Завершается складывание военно-промыш­ленного комплекса (ВПК), в котором были соединены интересы чиновников, верхушки армии и военной индустрии.

50-60-е гг. ХХ в. были в целом благоприятны для развития экономики происходил ее быстрый рост, связанный прежде все­го с внедрением достижений научно-технической революции. В эти годы в стране больших успехов достигла борьба негритян­ского (афроамериканского) населения за свои права. Акции протеста, которые возглавил М.Л Кинг, привели к запрету расовой сегрегации. К 1968 г. были приняты законы, обеспечивающие рав­ноправие чернокожих. Однако добиться реального равноправия оказалось гораздо сложнее юридического, влиятельные силы со­противлялись этому, что нашло выражение в убийстве Куинга.

Проводились и другие преобразования в социальной сфере.

Ставший в 1961 г. президентом Дж. Кеннеди проводил политику «новых рубежей», нацеленную на создание общества «всеобщего благоденствия» (ликвидация неравноправия, бедности, преступ­ности, предотвращение ядерной войны). Были приняты моще важные социальные законы, облегчавшие доступ малоимущих к образованию, медицинскому обслуживанию и т.д.

В конце 60 - начале 70-х гг. хх в. положение США ухудшается.

Это было связано с эскалацией войны во Вьетнаме, закончившейся самым большим в истории США поражением, а также с мировым экономическим кризисом начала 70-х п. ХХ в. Эти собы­тия стали одним из факторов, приведших к политике разрядки: при президенте Р. Никсоне между США и СССР были заключены первые договоры об ограничении вооружений.

В начале 80-х п. ХХ в. начался новый экономический кризис.

В этих условиях президент Р. Рейган провозгласил политику, на­званную «консервативной революцией». Были сокращены соци­альные расходы на образование, медицину, пенсии, но снижа­лись и налоги. США взяли курс на развитие свободного пред­принимательства, сокращение роли государства в экономике. Этот курс вызвал многие протесты, но способствовал улучшению положения в экономике. Рейган выступал за наращивание гонки вооружений, однако в конце 80-х п. ХХ в. по предложению лиде­ра СССР М. С. Горбачева начался процесс нового сокращения вооружений. Он ускорялся в обстановке односторонних уступок со стороны СССР.

Крушение СССР и всего социалистического лагеря способство­вало самой длительной полосе экономического подъема в США в 90-е гг. ХХ в. при президенте у Клинтоне. США превратились в единственный центр силы в мире, стали претендовать на мировое лидерство. Правда, в конце ХХ-начале ХХI в. экономическая си­туация в стране ухудшилась. Серьезным испытанием для США стали террористические акты 11 сентября 2001 г. Атаки террористов в Нью-Йорке и Вашингто­не стоили жизни более 3 тыс. человек.

После окончания Второй мировой войны и до начала XXI века общественно-политические процессы в странах западного мира проходили довольно в противоречивой обстановке. С одной стороны, в 1960-1970-х гг. среди населения Европы (в особенности молодёжи) наблюдались просоциалистические и антикапиталистические настроения. С другой стороны, в 1980-х гг., западное общество резко переметнулось на позиции антисоциализма и горячо приветствовало крушение мировой социалистической системы. Вместе с тем, общество Запада позиционировало себя как развитая демократия, где права человека священны и превыше всего, что было далеко не всегда. Процессам, происходившим в западном обществе во второй половине ХХ века, посвящён данный урок.

Общественно-политические процессы в странах Запада во второй половине ХХ века

Предпосылки

После окончания Второй мировой войны страны Западной Европы, освободившись от нацистской оккупации, вернулись к традициям парламентаризма и политической конкуренции. США и Великобритания, не подвергавшиеся оккупации, от этих традиций и не отступали.

На послевоенное общественно-политическое развитие западных стран решающее влияние имела холодная война, в рамках которой западному капиталистическому миру противостоял социалистический лагерь во главе с СССР. Также имели значение уроки, вынесенные из Второй мировой войны и предшествующих событий: Запад получил определенную «прививку» от диктатуры и фашистской идеологии.

Основные тенденции развития

Коммунистическая угроза

Если в межвоенный период борьба с коммунистической идеологией была прежде всего характерна для фашистских организаций и правительств, то начало холодной войны означало противостояние коммунизму западного мира в целом (в первую очередь США). Первая половина 1950-х годов в США ознаменовалась политикой маккартизма (по фамилии ее вдохновителя, сенатора Маккарти), получившей название «охоты на ведьм». Суть маккартизма заключалась в преследовании коммунистов и сочувствующих им. В частности, Коммунистической партии США было запрещено участвовать в выборах; ограничивались в правах миллионы американцев, так или иначе поддерживавших коммунистов.

Протесты 1968 года

К концу 1960-х годов в Европе и США выросло поколение молодых людей, которые, в отличие от своих родителей, не застали ни мирового экономического кризиса 1930-х годов, ни войны и выросли в условиях экономического благополучия. В то же время для этого поколения было характерно разочарование в обществе потребления (см. Общество потребления), обостренное чувство справедливости, свобода нравов, интерес к идеям коммунизма, троцкизма, анархизма. В 1967-1969 годах именно это поколение стало инициатором волны протестов: в США - против войны во Вьетнаме, во Франции - против авторитарной политики де Голля и за улучшение положение рабочих («Красный май» во Франции) и т.д. Одновременно с этим в США активизировалась борьба за права чернокожих и сексуальных меньшинств, которая дала свои плоды.

Политический спектр

В целом для политической жизни послевоенного Запада характерна определенная узость политического спектра. Если в континентальной Европе в межвоенный период ожесточенная политическая борьба во многом велась между радикалами правого и левого толка, которые были непримиримыми противниками с противоположными взглядами, то в послевоенный период наиболее радикальные элементы оказались маргинализованы. После войны между основными политическими силами, разумеется, по-прежнему существовали противоречия, однако определенные основы взаимодействия (сменяемость власти посредством выборов, принципы парламентаризма, ценность гражданских прав и свобод и пр.) были признаны всеми сторонами. По сравнению с межвоенным периодом послевоенный является временем определенной политической стабильности. Ближе к концу XX века на политической арене активизировались силы крайне правого толка, однако значительной поддержки в странах Запада они не получили. В целом политическая жизнь западных стран заключается в открытой политической конкуренции достаточно умеренных политических сил.

Глобализация

В то же время в западном мире постоянно слышна антиглобалисткая критика; оппоненты процессов консолидации в европейских странах выступают за главенство национального суверенитета, выступая в том числе против чрезмерного влияния США на политику европейских государств. Особенно заметны подобные настроения стали уже в XXI веке.

Политического развития ведущих индустриальных стран

ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ ХХ в.

§ 1. Общие тенденции экономического и социально-

Вторая мировая война явилась самым трагическим событием XX века. Она коренным образом изменила соотношение сил на планете. Германия, Япония и Италия вышли из войны побежденными, экономика и финансовая система этих стран были подорваны. Позиции Великобритании и Франции, ранее ведущих стран Запада, были сильно ослаблены.

Разгром основных центров фашизма и милитаризма оказал огромное воздействие на развитие демократических процессов в странах Запада. Быстро росла политическая и социальная активность широких народных масс. Широко развернулись общественные движения, повысилась активность политических партий и демократических организаций. Появление ядерного и термоядерного оружия, других видов оружия массового уничтожения, постоянные войны и конфликты в различных регионах планеты вызвали рост массового движения за мир и предотвращение новой мировой войны. В политической истории стран Запада ведущим направлением стало развитие либеральной демократии. В основных странах Западной Европы произошло утверждение демократии. В 1970-е годы рухнули последние фашистские режимы – в Португалии, Греции, Испании, ЮАР.

В 80 – 90-е годы в ряде развитых стран Запада в политической жизни получил развитие неоконсерватизм. Он содействовал ослаблению государственного вмешательства в экономику, развитию социального партнерства, расширению межхозяйственных связей.

Во второй половине 90-х годов левые силы начали возвращать утраченные позиции. После весенних 1997 г. парламентских выборов в Англии, а затем и во Франции левые силы в Западной Европе еще больше укрепили свои позиции. В 1997 г. в общей сложности из 15 стран-членов Европейского Союза в 13 у руля исполнительной власти оказались левоцентристские партии либо коалиции с участием социалистов и коммунистов.

Все послевоенные годы в странах Запада шел процесс расширения избирательного права. Были отменены все виды политической дискриминации афроамериканцев в США. Складывались новые принципы взаимоотношений между властью и оппозицией.

Важной особенностью послевоенного экономического раз-

вития стран Запада является быстрый и динамичный прогресс во всех сферах хозяйства. Среднегодовые темпы роста ВНП (валового национального продукта) в Германии и Италии выросли в 4 раза, Франции – более чем вдвое, Великобритании – почти вдвое. «План Маршалла», расширение внутреннего рынка, изменение структуры потребления, бурный рост международной торговли – все это было важными факторами экономического подъема.

Огромное воздействие на послевоенное развитие оказал научно-технический прогресс. Шла качественная перестройка всех отраслей хозяйства на основе внедрения новейших достижений научно-технического прогресса. Началось массовое производство изделий радиоэлектроники, новых средств связи, пластических масс и искусственных волокон. Быстрыми темпами развивались реактивная авиация и атомная энергетика, заботой государств и правительств была поддержка инвестиций в новейшие отрасли промышленности. Особое внимание уделялось развитию фундаментальной и прикладной науки. Стимулировался потребительский спрос.

Быстрый экономический прогресс в 50-60 годы качественно изменил облик западных стран. Заметным явлением послевоенной экономической жизни стран Запада явилось быстрое развитие производственной сферы.

Совершив мощный рывок в экономическом развитии, на второе место в мире вышла Япония.

Первой державой в Европе стала ФРГ. На рубеже 70-80-х годов началась смена экономических приоритетов. Еще более значительные изменения в странах Запада связаны с технологической революцией. С середины 70-х годов на первый план выдвинулась проблема осуществления глубоких качественных изменений в структуре экономики, технологического переоснащения производства на базе новейших достижений НТР. Этот процесс продолжается и в настоящее время, однако, развитые страны Запада сделали мощный рывок, прежде всего, в конце 70-80-х годов.

Структурная перестройка сопровождалась быстрым внедрением наукоемких технологий, позволяющих сберегать материалы, энергию и труд, использовать робототехнику, организовывать в передовых отраслях уникальные автоматизированные производства. Достижения новейшей техники вошли в быт и жизнь людей. Массовое производство компьютеров и снижение цены на них позволили сделать их доступными для многих семей. Начался настоящий компьютерный бум. Это позволило получить доступ к любой информации огромной массе людей.

Ведущую роль в мировой экономике и мирохозяйственных связях стали играть транснациональные корпорации (ТНК), располагающие производственной и сбытовой базой сразу во многих странах. Ядро ТНК составляют крупные американские компании.

В последнее десятилетие быстро развивается специфический вариант интернационализации хозяйственной, политической и культурной жизни человечества – неолиберальная глобализация.

Формой согласования и решения экономических и политических проблем ведущих стран стали ежегодно проводимые с 1975 г. совещания «большой семерки».

В послевоенные годы функционируют специализированные учреждения ООН – Международный банк реконструкции и развития (МБРР) и Международный валютный фонд (МВФ), членами которых являются подавляющее большинство стран мира. С 1961 г. существует межправительственная Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в которую входят 30 промышленно развитых государств.

Формирование уникальной разветвленной системы миро хозяйственных связей отражает все многообразие мира, как противоречивость, так и его целостность. В орбиту этих связей втягиваются Россия, другие страны СНГ, страны Восточной Европы, многие развивающиеся страны. От США поступила инициатива создания Всемирной торговой организации (ВТО). В настоящее время в нее входят 135 государств. Общая цивилизационная основа развития способствует расширению взаимовыгодного сотрудничества, дает надежду всем народам на лучшее будущее.

Под влиянием НТР стали более важны духовные ценности, знания, уровень развития образования, науки и техники.

Все более заметной становится взаимосвязь высшего образования, всестороннего научно-технического, экономического социального прогресса и национального благосостояния. Высшее и среднее специальное образование становится базовым для большинства профессий. Возможным результатом этих перемен явилось изменение

общественного сознания. Все большее значение приобретает понимание необходимости эволюционного пути развития.

В развитии экономики стран Западной Европы большую роль сыграла интеграция. Начало этому процессу было положено созданием европейского объединения угля и стали (ЕОУС) в 1951 г. Оно интегрировало каменноугольную, железорудную и металлургическую промышленность шести стран. Позднее к ЕОУС присоединились еще 6 стран, и сейчас оно контролирует 100% добычи каменного угля, свыше 90% выплавки стали и производства чугуна, около 40% добычи железной руды в Западной Европе.

В 1957 г. было подписано соглашение о создании объединения атомной промышленности этих стран – Европейского сообщества по атомной энергии (Евратом). В этом же году в Риме ФРГ, Франция, Италия, Бельгия, Нидерланды и Люксембург подписали договор об образовании Европейского экономического сообщества (ЕЭС). Цель его – устранить ограничения в торговле между странами-участницами, обеспечить свободное передвижение людей, капиталов, товаров и услуг.

В феврале 1992 г. в нидерландском городе Маастрихте министры иностранных дел и финансов 12 государств – членов Европейского Сообщества подписали Договор о Европейском Союзе, предусматривающий трансформацию ЕС в экономический, валютный и политический союз. Договор открывает новый этап в развитии европейской интеграции. В случае его осуществления к концу ХХ века Европейский Союз превратится, по сути, в экономическую «сверхдержаву», равную США и значительно превосходящую Японию.

В 1988 г. был подписан двусторонний договор о свободной торговле между США и Канадой. 17 декабря 1992 г. заключено соглашение между США, Канадой и Мексикой о создании Североамериканской ассоциации свободной торговли (НАФТА). США активно вовлекают в НАФТА Чили и выступают с инициативой создания к 2005 г. зоны «свободной торговли», в которую бы вошли 34 страны Северной и Южной Америки и Карибского бассейна.

Культура ХХ века – одна из сложнейших явлений в истории мировой культуры. Во-первых, это объясняется большим количеством социальных потрясений, страшных мировых войн, революций, которые вытеснили духовные ценности на периферию сознания и дали толчок развитию примитивных национал-шовинистских идей, усиление культа тотального разрушения старого. Во вторых, происходят существенные изменения в области экономики и средств производства. Углубляется индустриализация, разрушается традиционный сельский уклад жизни. Массы людей отчуждаются от привычного среды, переезжают в города, что приводит к урбанизации культуры. В-третьих, постепенное преобразование общества на комплекс различных объединений и группировок ведет к процессу общей институционализации, результатом которой является лишение человека собственного "я", потери индивидуальности.

В ХХ в. отчетливо проявились две тенденции. С одной стороны, заметным является кризис духовности, которая характеризуется прежде отчуждения масс от культурного достояния нации и человечества, вытеснением духовных ценностей на периферию сознания, господством стереотипов массовой псевдокультуры. Кроме того, усиливается противоположный процесс, связанный со стремлением части общества вернуться в лоно культуры, сделать свое бытие действительно духовным. В океане пароксизмов бескультурье нашего века – кровопролитных мировых и региональных войн, ядерной угрозы, национально-этнических и религиозных конфликтов, политического тоталитаризма, разрушения и уничтожения природы, растущей егоизации индивидов – многие начинают воспринимать культуру как землю обетованную, как панацею, единую спасительную силу, способную решить проблемы современного человечества.

Относительно первой тенденции можно отметить, что духовный кризис резко обострилась после первой мировой войны. В духовном отношении последствия этой войны были, пожалуй, более разрушительными, чем в материальном. Христианские ценности, которые в течение тысячелетия были духовной основой европейской культуры, подверглись серьезному давлению со стороны примитивных национал-шовинистических идей и эмоций. Разрушителями духовных основ культуры были и революции, в частности в российской империи. С одной стороны, революции преодолевали падшие формы жизни, с другой – они были связаны с пробуждением и усилением культа тотального разрушения старого.

Кульминация "одичания" человечества – это вторая мировая война, изобретение и использование ядерного оружия и других средств массового уничтожения людей, межэтнические войны конца ХХ в. Антикультурные последствия второй мировой войны и ядерного противостояния великих держав были усилены новой ситуацией в области экономики и средств производства. Углубляется индустриализация производства, быстрыми темпами разрушается традиционный сельский уклад жизни. Массы людей отчуждаются от привычного среды, перемещаются в город, что привело к росту маргинальных слоев населения и распространение урбанизированной космополитической культуры.

Исследователи отмечают, что человек теряет свою индивидуальность, а вместе с ней и потребность в духовном самосовершенствовании с помощью культуры. Вследствие совершенной системы разделения труда, когда оттачивается лишь какая-то одна производственно-профессиональная функция, индивид становится деталью машины, а культура – индустрией развлечений.

Индустриализация культуры стала одной из закономерностей нашего века. Последствия этого процесса являются противоречивыми в духовном отношении: с одной стороны, развитая техника репродуцирования и тиражирования делает искусство доступным для широкой аудитории, с другой – общедоступность произведений искусства превращает их в предмет быта, обесценивает. Облегченность и упрощенность восприятия делает ненужной внутреннюю подготовку к общению с искусством, а это резко снижает его положительное влияние на развитие личности.

В обществе распространяется "массовая" культура, синонимы которой: "популярная культура", "индустрия развлечений", "коммерческая культура" и т.п. В отличие от высокой, элитарной культуры, которая всегда была ориентирована на интеллектуальную, думающую публику, массовая культура сознательно ориентируется на "средний" уровень массовых потребителей. Главным каналом распространения массовой культуры есть современные средства коммуникативной техники (книгопечатание, пресса, радио, телевидение, кино, видео- и звукозаписи). Масскульт создают специалисты (менеджеры, писатели, режиссеры, сценаристы, композиторы, певцы, актеры и др.) не всегда на профессиональном уровне, часто качество их произведений определяется только одним критерием – коммерческим успехом. Во второй половине ХХ в. "законодателем моды" в массовой культуре стали Соединенные Штаты Америки, которые сосредоточили мощные финансовые и технические ресурсы в области поп-культуры. Многие современные культурологи даже применяет к процессу распространения массовой культуры термин "американизация культуры". Об опасности прелестей американской массовой культуры, которая имеет мало общего с творчеством таких выдающихся деятелей мировой культуры, как писатели Уильям Фолкнер (1897-1962 гг.), Эрнест Хемингуэй (1899-1961 гг.) или актер, кинорежиссер и сценарист Чарльз Спенсер Чаплин (1889-1977 гг.), говорят англичане и французы, немцы и японцы, представители других европейских и неевропейских культур. Обостряется эта проблема и у нас, ведь не может быть ничего страшнее для культуры, чем потеря ее национальной самобытности.

Это лишь некоторые негативные процессы, характеризующие состояние культуры ХХ в. Но на фоне кризисных явлений уже вырисовывается другая тенденция, которая, по мнению многих философов и культурологов, должна стать ведущей в XXI веке, – это возвращение человечества к "лоно" культуры, его духовное оздоровление. Осознание того, что человечество может спастись от самоуничтожения только путем обращения к культуре, ее тысячелетней мудрости и красоты, охватывает уже широкие круги общественности. Это, безусловно, отразилось на художественной культуре. Среди особенностей художественной культуры ХХ века можно выделить следующие:

– отсутствие доминирующего стиля и соответственно наличие многих течений, особенно в живописи и музыке;

– интерпретация действительности с позиций определенных философских идей (марксизма, фрейдизма, экзистенциализма);

– непосредственная связь художественного творчества с глобальными проблемами мировой политики, активное противостояние художественной интеллигенции милитаризма, фашизма, тоталитаризма, дегуманизации жизни и др.;

– раскол между популярным и элитарным искусством;

– интенсивное обновление выразительных средств, художественного языка в литературе, живописи, музыке, театре;

– огромные интенсивность и динамизм общественной жизни, вследствие чего чуть не каждое десятилетие имеет свое "лицо", в том числе и в художественной культуре и т.д.

Актуальными проблемами, которые нашли отражение в художественной культуре есть проблемы "культура и власть", "культура и рынок", защиту культуры. Самой болезненной проблемой является кризис духовности.

И все же XX в. – это целостная художественная эпоха, в которой прослеживается своя культурологическая идея. Это идея гуманизма, которая, в искусстве и в литературе проявляется не только в глобальном интересе к человеческой личности, рассматривается в самых разнообразных ракурсах, но и, как ни парадоксально на первый взгляд, в исчезновении человека из поля зрения художника. С одной стороны, стремление гуманизации человеческого бытия и творчества, с другой – гипертрофия форм, возрастание роли приема в таких масштабах, когда прием из средства превращается в самоцель. На смену органического образа пришел откровенный конструктивизм, геометрия стиля, которая вытеснила из содержания человека.

Международные отношения во второй половине ХХ в. Проблемы отношений «Запад-Восток», «Север-Юг». Конфликты и войны, их последствия. Деятельность ООН и других международных организаций. Международные движения за безопасность, разоружение, мир. Экологические движения. Мировое сообщество на рубеже XX-XXI в.

Глобализация - это исторический процесс сближения наций и народов, между которыми постепенно стираются традиционные границы. Начиная с середины прошлого столетия, а особенно в пос­ледние десятилетия, тенденция к глобализации является преобладающей, нивелируя значение национального и ре­гионального своеобразия.

Широкий спектр глобальных процессов: научно-техни­ческих, экономических, социальных, политических - все теснее увязывает страны и регионы в единое мировое сооб­щество, а национальные и региональные экономики - в единое мировое хозяйство.

Процесс экономической глобализации находит свое от­ражение, прежде всего, во всемерном распшрении сферы действия мирового рынка капиталов, сырья и рабочей силы, вбирающих в себя рынки региональные и локальные. Раз­личные страны становятся цехами единого мирового про­изводства, где компоненты, произведенные в Америке, За­падной Европе и Азии, на конечной производственной ста­дии превращаются в интернациональный продукт - авто­мобиль, телевизор, компьютер и т. д. В современном мире трудно отыскать более или менее крупную фирму, которую можно было бы назвать чисто национальной. Другой гло­бальный процесс, который характерен для современного мира, - это рост частного и сокращение государственного капитала во всех сферах человеческой капитала во всех сферах человеческой деятельности. Этот процесс, набираю­щий силу с конца 70-х годов, делает главенствующим в современном мировом сообществе не государственно-поли­тические, а частнокапиталистические интересы. Капитал теперь легко перешагивает государственные границы. Ин­теграция государств теперь становится второстепенной по отношению к интеграции экономических структур мирово­го сообщества. Военно-политическую экспансию отдельных государств теперь вытесняет вездесущая экспансия транс­национальных корпораций, в которые интегрируется ка­питал самых различных национальных фирм современного мира (как западных, так и восточных).

Экономическим ядром современного мирового сообще­ства становится мировой рынок, в рамках которого совре­менные страны мира все теснее взаимодействуют. Это вза­имодействие благоприятствует повсеместному утверждению (в различных видах) рыночной социально-экономической системы, а вместе с ней и демократии или ее начальных форм. В ходе процесса глобализации демократия, обеспечивающая свободу предпринимательства, одерживает по­беду над тоталитаризмом на преобладающей части земно­го шара. Растет число стран, где внедряются современные конституционные, судебные, парламентарные, многопар­тийные системы. Во всяком случае, в полной мере демок­ратическими они стали к началу XXI века уже в 30 госу­дарствах, или более чем в 10 % всех стран современного мира. Преимущественно это страны Северной Америки, Западной и Северной Европы. Многие страны Латинской Америки, Азии и Африки также внедряют у себя демокра­тические принципы. Среди стран, население которых в наименьшей мере пользуется демократическими правами, лидируют: Афганистан, Иран, большинство стран Тропи­ческой Африки, Куба, Ирак, Северная Корея, Китай, по­стсоветские государства Центральной Азии. Однако и там наблюдаются сдвиги в сторону демократизации. На пер­вый план повсеместно выходит борьба за права человека, за плюрализм мнений. Без этого нельзя создать процвета­ющее общество в эпоху стремительно развивающейся на­учно-технической революции. В октябре 1998 г. даже ком­мунистический Китай подписал международную Деклара­цию о правах человека и гражданина, включая свободу слова. Страну наводняют иностранные туристы, а китайс­кие граждане свободно посещают зарубежные государства. В Иране в мае 2000 г. начал функционировать парла­мент, большинство депутатов которого является сторон­никами проведения в этой.стране демократических реформ. В странах с переходными социально-экономическими сис­темами наблюдаются различные промежуточные стадии процесса демократизации. Огромную роль в этом играет широкий и все усиливающийся обмен различной полити­ческой, экономической и технической информацией. Че­ловечество всегда прогрессировало за счет международно­го обмена знаниями и опытом. Теперь этот процесс стал чрезвычайно интенсивным.

Границы преобладающей части стран мира становятся прозрачными, легко преодолимыми для экономического, по­литического и культурного взаимодействия народов. Это дает мощный импульс дальнейшему всестороннему развитию на­уки, техники, культуры. Вместе с тем, процесс глобализа­ции не всегда протекает безболезненно, вызывая протест со стороны ряда общественных слоев различных стран мира.

Процесс глобализации, являющийся неизбежным явлением нового времени, способствует ломке традиционных социально-экономических структур и корен­ным образом меняет жизнь многих людей далеко не в луч­шую сторону. Это вызывает протест со стороны различных общественных слоев, которые не могут адаптироваться к но­вым условиям. Кроме того, разрыв между уровнем развития между постиндустриальными - богатыми и развивающими­ся - бедными странами непрерывно увеличивается. Накап­ливается недовольство бедных, которым глобализация пока еще отнюдь не принесла благосостояния или даже значи­тельно ухудшила их материальное положение. В результате на пороге нового тысячелетия возникло широкое междуна­родное общественное движение против этого процесса. В нем принимают участие профсоюзы и представители самых ши­роких слоев населения не только в отсталых развивающих­ся, но и в постиндустриальных странах. Причины этого хо­рошо известны. Во-первых, в развитых капиталистических государствах Запада сокращается число рабочих мест в свя­зи с перемещением производства в развивающиеся, где более дешевая рабочая сила и сырье. Во-вторых, из-за притока в эти страны дешевой рабочей силы из Азии, Африки и Ла­тинской Америки предприниматели снижают там заработ­ную плату наемным работникам. Развивающиеся страны и их общественные организации, ссылаясь на экономические трудности, возникшие в ходе глобализации, требуют, чтобы МВФ и Всемирный банк списали им долги по взятым креди­там и оказали другую экономическую помощь. Огромный разрыв в уровнях жизни между развитыми и слаборазвиты­ми странами они считают аморальным. Процесс глобализа­ции, по их мнению, только увеличивает этот разрыв.

В современном мировом пространстве выделяются по­стиндустриальный Север, контролирующий торгово-финансовые каналы, высокоиндустриальный Запад - совокуп­ность национальных экономик ведущих промышленно раз­витых держав, интенсивно развивающийся новый Восток, строящий хозяйственную жизнь в рамках неоиндустриальной модели, сырьевой Юг, живущий преимущественно за счет эксплуатации природных ресурсов, а также нахо­дящиеся в переходном состоянии государства посткоммунистическрго мира.

Самым мощным экономическим государством мира в настоящий момент являются США, которые ведут себя и как политический монополист, пытающийся распространить свое влияние по всему миру. Доллары делают политику по принципу «один доллар - один голос». За решениями, при­нимаемыми от лица международных организаций, напри­мер Совета Безопасности, МВФ, ВТО, финансируемых опять же развитыми странами, обычно скрываются цели, пре­следуемые узким кругом ведущих держав.

Вытесненные на политическую и экономическую пери­ферию страны Юга, или развивающиеся страны, борются с гегемонией сверхдержав доступными им средствами. Одни выбирают модель цивилизованного рыночного развития, и как Чили и Аргентина, ускоренными темпами стремятся догнать экономически развитые Север и Запад. Другие, в силу разных обстоятельств, лишенные такой возможности, встают на «тропу войны». Они создают разветвленные кри­минально-террористические организации и мафиозные фор­мирования, раскиданные по всему миру. События 11 сен­тября 2001 года показали, что даже такое высокоразвитое государство как США не застраховано от масштабных атак со стороны террористических организаций.

В настоящее время по-прежнему сохраняется ядерная угроза. Это связано с тем, что некоторые страны упорно стремятся к обладанию собственным оружием массового по­ражения и средствами его доставки. Осуществили экспери­ментальные ядерные взрывы Индия и Пакистан, провели испытания новых видов ракетного оружия Иран и Северная Корея. Усиленно развивает программу создания химическо­го оружия Сирия. И этот перечень будет явно расширяться.

Такая ситуация делает весьма вероятным использова­ние оружия массового поражения в локальных военных конфликтах. Но проблема этим не ограничивается. Дело в том, что в последние годы отмечается снижение контроля за объектами атомной энергетики, опасное ухудшение его технического состояния. Возрастает угроза захвата ору­жия политическими авантюристами с целью шантажа пра­вительств тех или иных стран.

Свидетельством духовно нездорового состояния современ­ного общества является катастрофический рост организо­ванной преступности, коррупции, рэкета. Появились новые формы оружия массового поражения: биологические, бакте­риологические, что создает угрозу новых террористических актов. Еще более опасным явлением по сравнению с перио­дом 70 - 80-х годов стала торговля наркотиками, ибо в ее орбиту в начале 90-х годов (с падением «железного занаве­са») попали и страны вчерашнего социализма.

Все это требует от мирового сообщества выработки принципиально нового, адекватного нынешней глобаль­ной ситуации типа мышления, принципиально отличного от прежнего биполярного осмысления многих проблем (так характерного для эпохи «холодной войны»), признающей приоритет права над произволом. И здесь незаменимую роль играет (и, надо полагать, будет играть в будущем) Организация Объединенных Наций (ООН), ее различные учреждения.

Деятельность Организации Объединенных Наций и других международных организаций. Организация Объе­диненных Наций (ООН) в настоящее время является цент­ральным органом управления мирового сообщества. Создан­ная в 1945 году в целях поддержания и укрепления мира, ООН в 1985 г. объединяла 159 стран. Предполагается, что ее решениям должны подчиняться все страны-участницы. ООН оказывает гуманитарную помощь, охраняет культур­ные памятники и посылает миротворческие силы («голубые каски») ООН практически во все уголки Земли.

Деятельность ООН направлена на втягивание различ­ных государств мира в единый мировой рынок. Огромные роль в этом играют ее специализированные организации, финансирующие международные проекты экономического развития в Азии, Африке и Латинской Америке, а также в России и других постсоветских государствах. Особенно много для этого делает Международный валютный фонд (МВФ) при Организации Объединенных Наций, членами которого являются 180 стран, включая и Россию. Ему принадлежит теперь ключевая роль в предотвращении международных и локальных экономических кризисов в современном мире. Сегодня очевидно, что система единого мирового хозяйства может нормально функционировать только в условиях гло­бальной стабилизации. Любая дестабилизация в той или иной стране и тем более группе стран (военно-политичес­кая или экономическая) наносит урон мировому сообществу. Известно, например, что начавшийся в конце 90-х годов финансовый кризис в нескольких странах Тихоокеан­ского региона едва не стал прологом к глобальной дестаби­лизации всей мировой финансово-банковской системы. Имен­но по этой причине богатые страны теперь готовы оказы­вать экономическую помощь и прощать долги бедным, стре­мятся предотвратить экономическую и политическую дес­табилизацию в любом регионе земного шара. Страны и на­роды в новых условиях учатся (хотя и с большим трудом) избегать кризисов и конфронтации при объективно суще­ствующих громадных противоречиях.

Уже сегодня деятельность стран мирового сообщества в рамках программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП) помогает укреплению международного сотрудничества в об­ласти биосферы, координации национальных программ по охране окружающей среды, организации систематическо­го наблюдения за ее состоянием в глобальных масштабах, накоплению и оценке экологических знаний, обмену ин­формацией по эти вопросам.

Важный вклад в решение глобальных проблем совре­менного общества вносят и другие учреждения ООН: Кон­ференция ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), Орга­низация ООН по промышленному развитию (ЮНИДО), Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) и другие.

В составе мирового сообщества организуются также и региональные объединения, например Европейский Союз (ЕС), нацеленный на формирование Соединенных Штатов Европы. В эту региональную организацию входят самые различные, с точки зрения их истории и экономического потенциала страны, которые успешно взаимодействуют на основе общих интересов: Бельгия, Великобритания, Гер­мания, Дания, Ирландия, Испания, Италия, Люксембург, Нидерланды, Франция, Португалия.

Интеграция стран ЕС на пороге нового тысячелетия уже достигла такого уровня, что они смогли ввести для всех единую межнациональную валюту «евро», которая в будущем может обрести такую же ликвидность, как аме­риканский доллар. Экономическая стабильность ЕС, его последовательная экономическая стратегия и тактика, осу­ществление многих масштабных и весьма перспективных проектов привлекает туда довольно крупные международные инвестиции и квалифицированную рабочую силу. Все это обеспечивает высокую экономическую эффективность хозяйства Европейского Союза. С гораздо большим тру­дом и сложностями идет в ЕС, объединяющем очень раз­ные страны, процесс политической интеграции. Сказыва­ются весьма значительные различия между ними в расста­новке политических сил. Тем не менее в 2000 году Евро­пейский Союз уже приступил к созданию Конституции ЕС, которая должна заложить основы общего законодатель­ства для всех стран этого сообщества.

Все более важную роль в современном мире играет и Организация азиатско-тихоокеанского сотрудничества (АТЭС). Эта региональная организация объединяет ши­рокий круг стран Тихоокеанского бассейна, где проживает почти 40 % населения современного мира и производится свыше половины мировой продукции по стоимости. В АТЭС входят Австралия, Бруней, Гонконг, Канада, Чили, Ки­тай, Индонезия, Япония, Южная Корея, Малайзия, Мек­сика, Новая Зеландия, Филиппины, Сингапур, Тайвань, Таиланд, США, Вьетнам, Перу.

Деятельность ООН и других организаций способствует втягиванию в процесс глобализации все новых регионов и стран современного мира, в том числе тех, которые еще совсем недавно были наглухо от него изолированы.

XX век завершился беспрецедентной по масштабам встре­чей лидеров (президентов, премьер-министров, королей, шей­хов, эмиров, султанов и т. д.) более 150 государств мира. Про­ходившая в Нью-Йорке под эгидой ООН историческая встреча глав государств и правительств получила название «Саммита тысячелетия». На этой встрече были обсуждены жизненно важ­ные проблемы, имеющие значение для всего человечества, ко­торое вступило в принципиально новую эру глобализации. Глав­ной задачей саммита тысячелетия было продемонстрировать, что мировое сообщество осознает остроту тех глобальных про­блем, с которыми оно сталкивается на рубеже второго и тре­тьего тысячелетий, и готово серьезно реагировать на эти про­блемы, искать их эффективные решения.

Мировой форум завершился принятием «Декларации тысячелетия», в которой лидеры стран нашей планеты заявили о своей решимости сделать все возможное, чтобы избавить человечество от войн, нищеты и экологической катастрофы. В «Декларации» была также выражена все­мерная поддержка развития демократии и прав человека во всех странах без исключения. Подчеркнув огромную роль Организации Объединенных Наций в решении этих задач, мировые лидеры, вместе с тем, высказались за не­обходимость ее реформирования с тем, чтобы повысить эффективность этой международной организации, обеспе­чить новый мощный импульс в ее деятельности (имеется в виду возможное расширение Совета Безопасности, пере­смотр механизмов осуществления миротворческих опера­ций в «горячих точках» планеты и т.д.).

Во второй половине ХХ в. интеграционные процессы получили развитие в различных регионах мира. Заключая региональные торгово-экономические соглашения, государства брали курс на устранение ограничений в движении товаров, услуг, капиталов, людских ресурсов, на создание надгосударственных механизмов управления хозяйственным взаимодействием, на гармонизацию национальных законодательств. Однако, по мнению исследователей, в большинстве случаев региональное сотрудничество в Латинской Америке, Южной Азии, Африке, Среднем Востоке пока еще находится на начальных этапах и не дает существенного эффекта . Вместе с тем, некоторым интеграционным объединениям, таким как Европейский Союз, НАФТА (Североамериканское соглашение о свободной торговле), АТЭС (Форум «Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество») удалось достичь реального прогресса в осуществлении поставленных целей. В частности, европейские государства последовательно сформировали таможенный союз, единый внутренний рынок, Экономический и валютный союз, а также дополнили экономическое измерение интеграции сотрудничеством в области обеспечения внутренней и внешней безопасности.
В Западной Европе существовали весомые предпосылки для развития интеграционных процессов. «Здесь раньше, чем в других районах мира, сложилась достаточно развитая рыночная экономика, имелась сравнительная близость экономической, общественнополитической, правовой и культурной среды, а относительно небольшие размеры территорий государств подчеркивали узость национальных границ и внутреннего рынка, подталкивая страны к взаимовыгодному объединению усилий» . Различные авторы, начиная с эпохи Средневековья, разрабатывали проекты объединения европейских государств. Практическая реализация «европейской идеи» во второй половине ХХ века была представлена несколькими моделями.
Во-первых, западноевропейские государства сформулировали общие цели и создали организации межправительственного сотрудничества в определенных областях. Так, в 1948 г. были образованы Организация европейского экономического сотрудничества (ОЕЭС) и Совет Европы. ОЕЭС была призвана решить проблему восстановления экономики Европы в рамках плана Маршалла; Совет Европы – обеспечить эффективную защиту прав человека. После того, как основные задачи ОЕЭС были выполнены, ее заменила Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Она была создана в декабре 1960 г. для содействия экономическому росту и повышению уровня жизни в государствах-членах, для выработки согласованной экономической политики в отношении третьих стран, для развития мировой торговли на многосторонней и недискриминационной основе. Данная организация не распределяет финансовые средства и не обладает развитым механизмом принятия решений. По выражению бывшего генерального секретаря ОЭСР Ж.К. Пайе, «ОЭСР – это не наднациональная организация, а место, где творцы политики могут встретиться и обсудить свои проблемы, где правительства могут сравнить свои точки зрения и свой опыт» [Цит. по: 2, с. 132].
Во-вторых, Франция и Германия выдвинули инициативу создания Европейского объединения угля и стали (ЕОУС), в рамках которого предлагалось подчинить всю совокупность сталелитейного и угледобывающего производства государств-участников наднациональному органу. Парижский договор о создании ЕОУС был подписан в 1951 г. шестью европейскими государствами (Францией, Германией, Италией, Бельгией, Люксембургом, Нидерландами). Центральное место в системе институтов ЕОУС было отведено Высшему руководящему органу. Он был наделен правом принимать решения, обязательные, причем во всех своих частях, для государств-членов. В 1957 г. этими же государствами были созданы два новых интеграционных объединения – Европейское экономическое сообщество (ЕЭС) и Европейское сообщество по атомной энергии (Евратом). В 1992 г., на основе Европейских Сообществ, дополненных новыми «политиками и формами сотрудничества», был создан Европейский Союз.
В-третьих, на этапе создания ЕЭС, основой которого должен был стать таможенный союз, усилились разногласия между европейскими государствами по вопросу о более предпочтительной модели либерализации торговли. В 1956 г. Англия выступила с предложением ограничиться созданием зоны свободной торговли, которая должна была охватить все страны-участницы ОЕЭС. Однако, как уже говорилось выше, в 1957 г. были подписаны договоры об учреждении ЕЭС и Евратома, а в декабре 1958 г. британский проект
«большой» зоны свободной торговли не был принят на сессии Совета ОЕЭС . Тогда семь из оставшихся вне ЕЭС государств (Австрия, Великобритания, Дания, Норвегия, Португалия, Швейцария и Швеция) подписали в 1960 г. Стокгольмскую конвенцию о создании Европейской ассоциации свободной торговли (ЕАСТ). В отличие от таможенного союза, данная модель позволяла избежать существенного ограничения национального суверенитета во внешнеторговой сфере, предоставляя государствам-членам свободу действий в области торговли с третьими странами. Соответственно, взаимодействие в рамках ЕАСТ осуществлялось на межгосударственной основе, без создания сильных наднациональных институтов. Данная организация продолжает существовать и в настоящее время, но сейчас в ее состав входят всего четыре государства – Швейцария, Норвегия, Исландия и Лихтенштейн.
В-четвертых, в 1949 г. по инициативе СССР был создан Совет Экономической Взаимопомощи (СЭВ), членами которого стали государства Центральной и Восточной Европы, а затем и ряд неевропейских государств (Монголия, Куба, Вьетнам). Исследователи поразному характеризуют данное объединение. Одни видят в нем
«пример интеграционной группировки не рыночного, а плановораспределительного, командно-административного типа» . Другие полагают, что «в СЭВ имела место система квазиинтеграционных международных отношений, внешне весьма схожая с реальной интеграцией, но по существу таковой не являвшаяся» .
В-пятых, в Европе возникали субрегиональные интеграционные объединения, которые иногда даже опережали общеевропейские тенденции. Так, в 1921 г. был создан Бельгийско-Люксембургский экономический союз как союз таможенный и валютный. В 1943 г. Бельгия, Нидерланды и Люксембург подписали валютное соглашение, а в 1944 г. – таможенную конвенцию, которая вступила в силу в январе 1948 г. Таможенный союз Бенилюкс просуществовал до ноября 1960 г. 3 февраля 1958 г. Бельгия, Нидерланды и Люксембург заключили в Гааге договор об учреждении экономического союза Бенилюкс, вступивший в силу 1 ноября 1960 г., после его ратификации парламентами трёх стран. Договор предусматривал создание единого рынка его участников, свободное движение лиц, товаров, капиталов и услуг между тремя странами, координацию их экономической, финансовой и социальной политики, выступление странучастниц как единого целого в области внешних экономических связей . Государства Бенилюкса уделили внимание и развитию инструментов коллективной безопасности. Кроме того, уже в 1960 г. они подписали соглашение «О переносе личных проверок на внешние границы пространства Бенилюкс» , опередившее более чем на двадцать лет Шенгенские соглашения. Примером развития интеграционных процессов на субрегиональном уровне может служить также опыт стран Северной Европы в области создания Северного паспортного союза в 1950-х гг., а также в сфере гармонизации социального законодательства, защиты окружающей среды, развития транспортных сетей и др.
В 1990-е гг., после распада социалистической системы, сформировалась так называемая «Вышеградская группа». В феврале 1991 г. в венгерском городе Вышеграде была подписана Декларация о сотрудничестве между Польшей, Чехословакией и Венгрией с целью последующей интеграции в структуры Европейских сообществ / Европейского Союза. В декабре 1992 г. в Кракове Венгрия, Польша, Словакия и Чехия подписали Центральноевропейское соглашение о свободной торговле (ЦЕФТА), которое вступило в силу
1 марта 1993 г. В данном случае субрегиональная интеграция рассматривалась как промежуточный этап, предшествующий вступлению в ЕС и позволяющий государствам-кандидатам подготовить необходимую экономическую, законодательную, институциональную основу для принятия соответствующих обязательств.
Круг участников практически всех объединений, рассмотренных в рамках пяти моделей, на определенных этапах расширялся. Но в долгосрочной перспективе наиболее эффективной и избранной большинством европейских государств оказалась интеграционная модель Европейских сообществ / Европейского Союза. К первоначальному однородному «ядру», состоящему из шести государствучредителей, присоединились Великобритания, Ирландия и Дания (1973), Греция (1981), Испания и Португалия (1986), Австрия, Швеция и Финляндия (1995). Последнее расширение Европейского Cоюза стало наиболее масштабным – в 2004 г. новыми членами организации стали сразу десять государств. Данная тенденция не могла не оказать влияние на характер европейской интеграции. Различия в уровнях экономического развития государств-участников и степени стабильности демократии, особенности политической культуры и специфика социального законодательства, несовпадение взглядов на допустимую степень ограничения национального суверенитета, – эти и другие проявления нарастающей внутренней неоднородности Европейского Союза обусловили возникновение феномена дифференцированной интеграции. Как справедливо отмечают исследователи, «дифференцирован не только сам процесс, но и его обозначение – в современном политическом и научном лексиконе Западной Европы можно встретить свыше десятка самых различных его наименований» . Вопрос о том, в какой мере каждый из этих терминов («Европа разных скоростей», «Европа a la carte», «более тесное сотрудничество», «концентрические круги»,
«вариабельная конфигурация» и др.) отражает идею дифференцированной интеграции, является дискуссионным .
Дифференцированная интеграция, на наш взгляд, предполагает существование особых режимов, представляющих собой исключения из единых правил, установленных источниками европейского коммунитарного права для государств-участников. Необходимость подобных исключений возникает в следующих случаях: 1) когда государство не соответствует критериям, позволяющим осуществлять наднациональное регулирование; 2) когда государство не заинтересовано в расширении компетенций наднациональных институтов;
3) когда группа государств, напротив, готова сделать шаг вперед и делегировать наднациональным институтам дополнительные полномочия, не дожидаясь согласия всех государств-участников. Рассмотрим соответствующие примеры.
В первом случае классической иллюстрацией могут служить
«переходные периоды», устанавливаемые для новых государствчленов, в течение которых они обязаны создать у себя необходимые условия для применения всего комплекса норм права Европейского Союза (так называемого «acquis communautaire»), до тех пор, пока эти условия не будут созданы, выполнение соответствующих обязательств, связанных с членством в Европейском Сообществе / Европейском Союзе, допустимо в ограниченном объеме. Так, например, были случаи поэтапного включения в общий рынок таких отраслей, как энергетика, телекоммуникации и сельское хозяйство. Особые условия, регламентирующие доступ к единому рынку рабочей силы, предусмотрены в рамках последнего расширения Европейского Союза. Следует подчеркнуть, что договоры о присоединении строго фиксируют сроки «переходных периодов». Соответственно, исключения носят временный характер и не представляют опасности для стабильности интеграционного объединения.
Можно вспомнить также опыт создания Экономического и валютного союза. Право участвовать в его третьем этапе, в ходе которого была введена единая валюта – евро, получили лишь те государства, которые соответствовали так называемым «критериям конвергенции». Эти критерии, перечисленные в Маастрихтском договоре 1992 г. (в ст.104 Договора о Европейском Сообществе и Протоколах № 5, 6), установили допустимые пределы дефицита государственного бюджета, общего государственного долга, курсовых колебаний, уровня инфляции и долгосрочных процентных ставок. Греция, которой потребовалось более длительное время для выполнения этой комплексной задачи, вошла в «зону евро» 1 января 2001 г., на два года позже других участников.
Оба примера свидетельствуют о возможности достижения единых целей различными темпами, и к ним может быть также применен термин «разноскоростная интеграция».
В случае, когда обнаруживается противодействие одного или нескольких государств расширению компетенций наднациональных институтов, возникает гораздо больше вопросов и проблем. Наиболее осторожную политику, в силу ряда причин , здесь проводит Великобритания. Она, в частности, заняла особую позицию по вопросам обеспечения внутренней безопасности, введения единой валюты, выработки социальной политики (правительство консерваторов не поддержало в начале 1990-х гг. положения, регламентирующие отношения профсоюзов и предпринимателей, а также условия труда ). Препятствием на пути развития интеграционного процесса стала и позиция Дании. Если датский парламент в мае 1992 г. одобрил Маастрихтский договор, в соответствии с которым был создан Европейский Союз, то на референдуме в июне 1992 г. был дан отрицательный ответ. 50,7 % его участников высказалось против расширения компетенций институтов ЕС, особенно в области иммиграции, гражданства, общей оборонной политики, введения единой валюты.
Необходимость преодоления подобных противоречий наделила европейскую интеграцию в 1980–90-е гг. следующими характерными чертами.
Во-первых, особенностью европейской интеграции стали различные темпы ее развития в экономической и политической областях. Эта тенденция неоднократно проявлялась еще в 1950-е гг. (можно вспомнить нереализованные проекты создания Европейского оборонительного сообщества и Европейского политического сообщества), а затем нашла воплощение в построении трех «опор» ЕС. Маастрихтский договор впервые включил в сферу компетенций Европейского Союза сотрудничество в области правосудия и внутренних дел (так называемая третья «опора» Европейского Союза) и во внешнеполитической сфере (так называемая вторая «опора» Европейского Союза). Вместе с тем, здесь был установлен особый режим правового регулирования. Его характерными чертами стали наличие собственной системы актов, на которые не распространялся юрисдикционный контроль со стороны Суда Европейских Сообществ, и приоритет инструментов межгосударственного сотрудничества в процессе принятия решений.
Во-вторых, получило развитие более тесное сотрудничество группы государств-членов ЕС вне рамок учредительных договоров. Примером могут служить Шенгенские соглашения (Соглашение «О постепенной отмене проверок на общих границах» от 14 июня
1985 г. и Конвенция от 19 июня 1990 г. о применении Соглашения 1985 г.). Основное их содержание заключалось в следующем: вопервых, внутри Шенгенского пространства отменялись все виды пограничного контроля; во-вторых, устанавливался единый визовый режим на его внешних границах; в-третьих, усиливалось взаимодействие правоохранительных органов государств-участников (в частности, в 1995 г. начала функционировать Шенгенская информационная система). Нормотворческую деятельность в сфере шенгенского права был призван осуществлять Шенгенский исполнительный комитет, не являвшийся институтом Европейских сообществ.
Шенгенские соглашения 1985 и 1990 гг. были изначально подписаны Францией, ФРГ, Бельгией, Нидерландами и Люксембургом. В 1990 г. к Шенгенским соглашениям присоединилась Италия, в
1991 г. – Испания и Португалия, в 1992 г. – Греция, в 1995 г. – Австрия, в 1996 г. – Дания, Финляндия, Швеция, Исландия и Норвегия (последние два государства не являются при этом членами ЕС). Реализация положений Шенгенских соглашений на практике требовала значительной технической и юридической подготовки. Поэтому о фактическом существовании Шенгенского пространства можно говорить, начиная с 1995 г., а о реальном участии в нем всех пятнадцати государств, принявших на себя соответствующие обязательства, – с 2001 г. В декабре 2007 г. Шенгенское пространство расширилось за счет Венгрии, Латвии, Литвы, Мальты, Словакии, Словении, Польши, Чехии и Эстонии; в декабре 2008 г. – за счет Швейцарии (которая, как Исландия и Норвегия, не входит в ЕС). Таким образом, в настоящее время в Шенгенское пространство из стран ЕС не входят Великобритания, Ирландия, Румыния, Болгария и Кипр, но входят три государства, не являющиеся членами ЕС – Исландия, Норвегия и Швейцария.
Следует отметить, что в данном случае последовательное расширение круга участников Шенгенских соглашений позволило на определенном этапе включить их в правопорядок ЕС на основе соответствующего протокола. Это произошло с подписанием Амстердамского договора 1997 г., который вступил в силу в 1999 г. Полномочия Шенгенского исполнительного комитета перешли к Совету Европейского Союза. Новые источники шенгенского права теперь издаются в стандартных формах, которые предусмотрены учредительными документами ЕС (регламент, директива и др.).
В-третьих, некоторые государства-члены получили возможность участвовать не во всех составляющих интеграционного процесса.
Так, Великобритания, Дания и Швеция сохранили национальные валюты и не вошли в «зону евро». Дания, в соответствии с Эдинбургской декларацией 1992 г., получила также право не участвовать в общей оборонной политике и сохранить для себя межгосударственную основу сотрудничества в области правосудия и внутренних дел. Гражданство Союза будет дополнять, но не заменять национальное гражданство Дании (принцип, ставший действовать в отношении всех государств-членов с подписанием Амстердамского договора).
Черты, о которых говорилось выше, и сам факт отказа одного или нескольких государств-членов от участия в новых этапах интеграционного процесса, ставит на повестку дня вопрос об опасности, которую содержит в себе так называемая «Европа a la carte» (в дословном переводе «Европа по выбору» или «Европа на заказ»). Этим термином исследователи обозначают, в отличие от «разноскоростной интеграции», сотрудничество при отсутствии единых целей, к достижению которых должны стремиться все государствачлены . Каждое государство само выбирает те цели, которые соответствуют его интересам, и, соответственно, ищет единомышленников или уклоняется от участия в нежелательных сферах сотрудничества. Так, характеризуя британскую политику в социальной сфере, Э. Редер подчеркивает, что «решения в области одной из политик Европейского Союза принимаются не всеми государствами-членами, и создается впечатление, что позиция государства, остающегося в стороне, пересмотру не подлежит». Это, по мнению исследователя, представляет собой классический пример «Европы a la carte», которая «угрожает общему acquis communautaire и будущему интеграции всего Союза, поскольку отрицает общепризнанные принципы единообразной интеграции» .
Вместе с тем, наблюдаются и позитивные изменения. В отношении позиции Великобритании их можно проследить как в области общей социальной политики (после прихода лейбористской партии к власти положения Соглашения о социальной политике были включены в 1997 г. в текст Договора о Европейском Сообществе), так и в сфере шенгенского сотрудничества. С 2000 г. Великобритания и Ирландия приняли на себя ряд обязательств в области борьбы с распространением наркотиков, участия в Шенгенской информационной системе и др. . Изменился, как говорилось выше, и механизм регулирования самого шенгенского сотрудничества, центральное место в котором теперь занимают институты ЕС. Отвечая в декабре 2007 г. на вопрос корреспондента «Евроньюс», можно ли говорить, что люди больше верят в европейскую идею сейчас, после ряда трудных лет, Председатель Европейской комиссии Ж.М. Баррозу отметил, что «сейчас ситуация лучше, чем за все предыдущие 8 лет, а по ряду вопросов и 15 лет, если взять Данию» .
Интересной тенденцией последнего десятилетия является развитие в рамках ЕС правовых основ так называемого «продвинутого сотрудничества», т. е. включение в учредительные договоры положений, которые предоставляют группам государств-членов возможность наделять органы Европейского Союза дополнительной компетенцией [см., напр., раздел VII Договора о Европейском Союзе]. На сегодняшний момент для реализации данной модели необходима соответствующая заинтересованность со стороны как минимум восьми государств (независимо от общего количества государств-членов и дальнейшего расширения Европейского Союза). Таким образом, возможно, что в перспективе противодействие со стороны некоторых государств станет менее существенным препятствием для углубления европейской интеграции.
Таким образом, европейские интеграционные процессы во второй половине ХХ в. развивались в рамках различных моделей. Наиболее эффективной и избранной большинством европейских государств оказалась интеграционная модель Европейских сообществ / Европейского Союза. Сочетание различных форм дифференцированной интеграции – это одна из особенностей развития Европейского Союза на современном этапе. Она закономерно связана с последовательным расширением круга государств-членов данной организации и позволяет сохранить единое направление интеграционного процесса в условиях возрастания внутренней неоднородности ЕС.

Список литературы
1. Международная экономическая интеграция: учеб. пособие / под ред.
проф. Н.Н. Ливенцева. – М.: Экономистъ, 2006.
2. Международные отношения: теории, конфликты, движения, организации
/ Под ред. П.А. Цыганкова. – М.: Альфа-М; ИНФРА-М, 2007.
3. Право Европейского Союза в вопросах и ответах: учеб. пособие / отв.
ред. С.Ю. Кашкин. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2005.
4. Право Европейского Союза: докум. и коммент. / под ред. С.Ю. Кашкина –
М.: Терра, 1999.
5. Топорнин Б.Н. Европейское право. – М.: Юрист, 1998.
6. Четвериков А.О. Комментарий к Шенгенским соглашениям.
7. Шишков Ю.В. Интеграционные процессы на пороге XXI века: Почему не интегрируются страны СНГ. – М.: III тысячелетие, 2001.
8. Баррозу Ж.-М.: Европейська ідея знаходить все більше підтримки.
9. Chaltiel F. Pour une clarification du debat sur l’Europe a plusieurs vitesses // Revue du Marche commun et de l’Union europeenne. – 1995. – № 384. – P. 5–10.
10. Cloos J. Les cooperations renforcees// Revue du Marche commun et de l’Union europeenne. – 2000. – № 441. – P. 512–515.
11. Decision du Conseil du 29 mai 2000 relative a la demande du Royaume-Uni et d’Irlande de participer a certaines dispositions de l"acquis de Schenge // Journal officiel des Communautes Europeennes. – L 131/43. – du 01.06.2000.
12. Duff A. La Grande-Bretagne et l’Europe – la relation differente // L’Union europeenne au-dela d’Amsterdam. Nouveaux concepts d’integration europeenne/ Sous la dir. de M. Westlake. – Bruxelles: PIE, 1998. – P. 67–87.
13. Les traites de Rome, Maastricht et Amsterdam. Textes compares. – Paris: La Documentation francaise, 1999.
14. O"Keeffe D. Non-Accession to the Schengen Convention: The Cases of the United Kingdom and Ireland // Schengen en panne/ Sous la dir. de Pauly A. Maastricht: European Institute of Public Administration, 1994. – P. 145–154.
15. Quermonne J.-L. L’Europe a « geometrie variable » // Revue politique et parlementaire. – 1996. – № 981. – P. 11-18.
16. Roeder E. Integration at multiple speeds in the European Union.